Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ЖЕСТЬ»

24 ноября 2013 г.
В 2010 году я работал старшим оперуполномоченным отдела уголовного розыска Октябрьского ОВД города Омска. В июле месяце, мне тогда оставалось три недели до выхода на пенсию, а точнее, 17-го числа, я дежурил в составе следственно-оперативной группы. Около трёх часов ночи, когда мы со следователем собрались выпить чаю, по громкой связи дежурный объявил сбор оперативной группы. Когда мы все четверо собрались в дежурной части, помощник дежурного нам пояснил, что позвонила женщина и сказала, что на улице Гагарина рядом с гаражным массивом она обнаружила труп, а точнее, останки человеческого тела. Она пыталась ещё что-то сообщить, но, видимо, из-за шока у неё это не получилось. Уже через двадцать минут мы были на месте происшествия.

То, что мы обнаружили, трудно вообще как-то описать. За всё время всей моей работы я ничего похожего на это не видел. Тело женщины висело, зацепившись одеждой, которая представляла собой пижаму или что-то похожее на это, за деталь крыши одного из гаражей. Левая рука была отделена и лежала на асфальте. Правая нога отсутствовала вообще. Грудная клетка разорвана, сквозь кровь и остатки одежды белели рёбра. Всё тело было покрыто глубокими ранами. Лицо изуродовано до неузнаваемости. Повсюду кровь. Складывалось впечатление, что женщину разорвал какой-то зверь, медведь или что-то в этом роде. Но откуда взяться медведю в центре города и как труп оказался в таком положении, объяснить было невозможно.

Спустя несколько минут, когда все пришли в себя, мы приступили к осмотру места происшествия. Я связался с дежурным, узнал от него телефон женщины, которая обнаружила тело и попытался с ней связаться. Но несколько моих попыток не увенчались успехом — трубку никто не брал. Я сообщил об этом дежурному, он сказал мне, что попробует пробить номер по базе. В этот момент следователь забрался на крышу, чтобы сделать несколько фотографий к протоколу, и мы все тут же услышали несколько непечатных слов из его уст. Отсутствующая нога трупа была найдена на крыше гаража.

Пока следователь описывал место происшествия, а эксперт-криминалист делал фотографии, мы вместе с участковым пошли осматривать гаражный массив. Мы проверили несколько близлежащих секций и уже собирались возвращаться, как зазвонил мой телефон. Дежурный сообщил нам адрес, по которому зарегистрирован телефон звонившей женщины, и мы с участковым пошли искать указанный дом. Спустя десять минут мы уже стучались в дверь квартиры, на адрес которой был зарегистрирован номер телефона. Долгое время нам никто не открывал, и мы уже собирались уходить, как услышали шорохи за дверью. Участковый снова забарабанил в дверь и стал требовать открыть. Когда дверь открылась, мы увидели женщину тридцати — тридцати пяти лет. На ней лица не было, а в глазах был такой страх, что у меня внутри всё похолодело. Она стояла, прижав руки к груди, и вся дрожала.

Минут через двадцать нам удалось привести её в чувство и немного успокоить. Она сказала, что её зовут Наталья, и что в этой квартире она живёт полтора года. Я никогда не видел, чтобы человек испытывал такой страх. Казалось, что ужас, который она испытала, не давал ей дышать. Когда я попросил её всё нам рассказать, женщина, глядя куда-то в пустоту, полушёпотом начала говорить. С её слов, она находилась у своей подруги Галины, которая живёт неподалёку, и собиралась у неё переночевать. Однако в два часа ночи пришёл брат Галины, он был в пьяном виде и начал устраивать скандал. Не желая участвовать в семейной ссоре, Наталья пошла к себе домой. Этой дорогой Наталья ходила десятки раз, поэтому даже в темноте хорошо ориентировалась в лабиринте гаражного массива. Когда она увидела тело, то сначала даже и не поняла, что это такое. Только подойдя ближе, Наталья увидела эту ужасную картину. Но это было ещё не самое ужасное. То, что её повергло в настоящий ужас, находилось на крыше гаража…

По словам Натальи, там стоял кто-то, похожий на человека, или что-то, похожее на человека. Несмотря на лунный свет, пробивающийся сквозь облака, она не смогла разглядеть никаких деталей его внешности. Он показался ей просто огромной тенью, пропорции которой явно отличались от человеческих. От страха она попятилась и упала, а когда поднялась, тот, кто стоял на крыше, бесследно исчез. Дальше она даже не могла вспомнить, как оказалась в своей квартире. Уже оттуда она позвонила в милицию.

Выудить ещё какую-нибудь полезную информацию из Натальи нам не удалось. Участковый записал её показания, и мы вернулись к оперативной группе. Там уже стояла машина городского морга, санитары грузили тело.

Спустя три дня мне в руки попалось заключение судебно-медицинского эксперта. Там было указано, что возраст жертвы составлял от двадцати пяти до тридцати лет. Смерть наступила в результате разлома грудной клетки, причём разлом произошёл изнутри тела. Кроме того, практически все кости жертвы имели переломы, что могло говорить о падении с большой высоты, части тела были отделены уже после острым режущим предметом. Татуировок или других отличительных признаков на теле обнаружено не было.

Я до сих пор благодарю Бога за то, что это дело ушло в Следственный комитет. Каким образом они всё это оформили, как всё это объяснили, я не знаю и знать не хочу. А ещё больше всего я не хочу видеть такой страх в глазах человека, который я видел в ту ночь в глазах Натальи.

Насколько мне известно, тело той девушки опознано не было.
♦ одобрил friday13
Автор: Мартин Уоддел

Деннис упокоился среди большого числа своих родственников, но не сознавал их присутствия, так как в склепе было темно, темнее, чем в гробу. Он был жив, а они — мертвы. Лишь местонахождение — вот что было общего между ними.

Это было ужасающе затруднительное положение, но Деннис еще не в полной мере пришел в себя, чтобы осознать это. Если он о чем и грезил сейчас в состоянии легкой комы, так это о великолепном ужине, которым он наслаждался в Олд Лодж Ин восточнее Брайдинга, и длительной прогулке по низинам Аферхилла; чудесной прогулке по осенней природе. На этой высокой ноте его жизнь, по-видимому, оборвалась. И теперь он лежал в темном сыром склепе с особым тошнотворным запахом, причиной которого было начавшееся разложение трупа его бабушки, похороненной им же неделю назад.

Деннис, очевидно, умер спокойно, во сне. На его лице не было и следа той распущенной жизни, которую он вел постоянно. Напротив, на нем запечатлелось выражение набожной, благочестивой чистоты, которая так ему не соответствовала, но которая украшала его тетю, последнюю представительницу их угасающего рода. И совсем не забавно узнать — в свете того, что впоследствии случилось с Деннисом, — что его отец и дед ушли на тот свет точно так же: неожиданно, после хорошего ужина. Его брат Уильям, однако (возможно, к счастью), умер на действительной военной службе, оплакиваемый чужим человеком, вынужденным по долгу службы заниматься его похоронами. Уильям, стало быть, был счастливчиком.

Никто, кроме тети, не был озабочен его кончиной, а она, правду сказать, осталась довольна. Бабушка, внук и тетя длительное время жили в Аферхилле в злобе и обиде друг на друга. Смерть бабушки, а затем и внука, доставила незамужней леди большое удовольствие; хотя мы должны предположить, что она даже не могла представить себе ни на минуту, что когда Денниса опускали в могилу его предков, он, накрытый крышкой гроба, слегка дышал. Так как болезнь эта была наследственной, умершего не трогали добрых четыре дня, давая возможность прийти в себя, и этот промежуток времени сам по себе казался до сих пор вполне достаточным — он гарантировал, что вокруг не будет ни души, чтобы ответить на безумный стук, доносящийся из гроба.

С Деннисом пришлось все изменить. Если бы он был добрым и внимательным к своим старшим родственникам, он бы оставил этот мир так же, как и другие члены его фамилии; достаточно плохо. Так как именно он… ну, что ж, он получил то, что заслужил.

Утром на четвертый день, то есть день спустя после погребения в склепе у Аферхилльской церкви, Деннис открыл глаза в белый атласный мир. Мир этот был узким, чрезвычайно неудобным; его руки на груди были пришиты к пиджаку тщательно скрытыми стежками. Через несколько часов он, в конце концов, нашел в себе силы, чтобы попытаться двигаться, но тщетно, слишком тесно ему было. Это, однако, было его собственной виной, так как он совершенно случайно закончил свой жизненный путь в гробу, приготовленном для тети, которая теперь пережила его. В связи с его скоропостижной кончиной она считала своим долгом уступить гроб, ведь он в нем, несомненно, больше нуждался.

Однажды Деннис, разозлившись в очередной раз, сколотил ящики для тети и бабушки; жест, который стал предметом жестоких колкостей в семье, так как обе леди считали это знаком того, что он желает от них побыстрее избавиться, что соответствовало действительности. Оставшаяся в живых тетя была только счастлива видеть, как ее противного племянника впихивали в гроб, специально для нее сделанный. Правда, он был для него маловат, это, конечно, было не слишком хорошо. Но его очень быстро уложили в гроб. Будучи скрупулезной немолодой женщиной, она слегка связала его ноги, пока не наступило трупное окоченение… или то, что называлось трупным окоченением на языке медиков; с точки зрения Денниса, неудачное притворство. Если бы его колени не были так неопытно связаны тетей, гроб без труда бы открылся, так как крышка была не слишком плотно прикрыта, пропуская внутрь воздух — сырой, затхлый, отдающий плесенью, мертвый воздух, усиленный запахом начавшегося разложения останков бабушки. Воздух просачивался в щель между крышкой и гробом, которые, как уже было сказано, не очень плотно прилегали друг к другу. Это не дало ему задохнуться, что вполне могло случиться с его отцом и дедом; по крайней мере, надо милостиво на это надеяться.

Он пытался надавить на обтянутую атласом крышку, которая прижимала его, еще раз и еще раз, со всей силой, которую он только мог собрать. Он колотил, кричал, но только мертвая бабушка могла услышать его… по крайней мере, она была единственным человеком из окружающих его, у которых еще не сгнила барабанная перепонка — остальные, бедняги, уже давно прошли эту стадию. Не то чтобы бабушкины несгнившие уши могли как-то ей пригодиться или пригодиться Деннису, хотя слух у нее был утонченным, как будет доказано далее.

Но все было тщетно. Чувства, испытываемые им, сменяли друг друга: от страха — к отчаянию, от отчаяния — к изнеможению. Когда он проснулся в очередной раз, ему не стало лучше; атлас все так же прижимался к его щеке… его розовой щеке. Он неподвижно лежал в гробовой тишине, слишком хорошо понимая, что те небольшие силы, которые у него оставались, быстро убывали, что ощущение сосущего голода притаилось где-то внутри страха, голода, который можно было сравнить только со все усиливающейся жаждой.

Ему надо было выбраться из тетиного гроба во что бы то ни стало.

А такие возможности у Денниса еще были. Он хорошо знал секреты тетиного гроба. Один из них заключался в том, что сделан он был не из самого лучшего дерева, как могло показаться. Изготовление гробов всегда было не самым приятным занятием рода человеческого, но он никогда всерьез и не намеревался роскошно хоронить и ту, и другую леди. Он купил дорогостоящий лак для дерева, а не само дорогое дерево. Гроб этот, как и вообще гробы, был весьма непрочным.

Он спокойно обдумал этот аспект проблемы или, по крайней мере, настолько спокойно, насколько можно было ожидать, принимая в расчет те жестокие обстоятельства, в которых он поневоле оказался. Он очень хорошо знал склеп, тщательно осмотрев его по случаю погребения бабушки. Склеп был продолговатой формы; гробы в нем лежали на полках ровными рядами, по три на каждой. Он знал, где должен быть расположен его гроб: прямо над гробом великого дядюшки Мортимера, умершего лет восемьдесят назад, и он понял, что если бы смог надавить каким-то образом на крошащийся, разваливающийся гроб дядюшки Мортимера всем тем весом, который на него поместили, то оба гроба могут вместе упасть на каменный пол склепа, и тот, в котором он сам лежит, непременно сломается.

Чтобы совершить этот — нельзя сказать, что ничтожный — подвиг, ему было необходимо попытаться подтолкнуть гроб изнутри, что оказалось делом чрезвычайно сложным. Если бы гроб не был настолько легким и так халтурно сделанным, едва ли бы ему удалось справиться с этой задачей. Но он с ней справился. Гроб, стоящий сверху дядюшкиного, начал раскачиваться. Мортимер, который мучительно отошел в мир иной во сне, неожиданно, после хорошего ужина, и его старый гнилой ящик постепенно начали поддаваться. Наконец Деннис почувствовал, что его гроб слегка накренился, и удвоил свои усилия. Потом он услышал хруст — это его гроб навалился на бедренную кость Мортимера. Удар, еще удар и еще один удар, и гроб Денниса начал скользить вниз. Он падал и в следующий момент с дребезгом грохнулся на каменный пол склепа. Деннис потерял сознание.

Придя в себя, он ощутил, что на грудь ему навалилось нечто серое и пыльное, в истлевшем саване, напоминающее мумию. Иссохшее, потемневшее от времени лицо с отвратительной ухмылкой прислонислось к его щеке, и рядом с его губами оказались сморщенные губы и полуоткрытые челюсти. На него смотрели глаза, похожие на пожелтевшие горошины, лежащие глубоко в глазных впадинах. Все, что было в падающих гробах, перемешалось: рядом с Деннисом лежало то, что когда-то было великим Мортимером.

Ну, это не столь важно… главное, он выбрался из гроба. Сквозь щели двери, ведущей в склеп, проникал слабый свет, и в его отблеске Деннис увидел гробы, лежащие вокруг ровными рядами. Сквозь разваливающееся дерево проглядывали белые кости, полуистлевшая ткань… или кожа.

Он прислонил пропыленные и разложившиеся останки Мортимера к своему разбитому гробу, очистил, как мог, свои волосы и глаза от трупной пыли и утешился тем, что самое худшее позади, и теперь надо выбраться из склепа.

Проблема, с которой он столкнулся, имела под собой основания. Странная наследственная болезнь, которую он только теперь начал постигать, уносящая жизни одну за другой неожиданно, после хорошего ужина… Эта странная скоротечная болезнь, пережитая, по крайней мере, одним, который здорово за это настрадался. К счастью, Деннис сосредоточился теперь на том, чтобы найти цепь, ведущую из-под земли наверх, на кладбище, к похоронному колоколу, сохраненному здесь на случай, чтобы погребенные в склепе заживо могли из него выбраться.

Там, наверху, в мире, который покинул Деннис, был холодный неспокойный день. Над кладбищем бушевал ветер, переплетая и пригибая к земле ветви лиственниц, нависающие над кладбищенской стеной; мелкий осенний дождь монотонно стучал по церковной крыше. Вечер снес несколько листов шифера, и они с грохотом упали на вымощенную дорожку. Но отошедшие в мир иной этого не видели — они были укрыты и от дождя и от холода.

К пяти часам поднялся ураган, ветер со свистом проносился над мысом; в разные стороны разлетались брызги от морских волн, бьющихся о пирс у основания церкви. В темноте своего склепа бедняга Деннис ни о чем этом не знал. Несчастный Деннис наощупь в темноте искал цепь колокола. Руки его скользили по мокрым гробам, копошились в прахе давно умерших родственников, он спотыкался, застревая ногами в их грудных клетках, когда гроб за гробом падал на пол под тяжестью его веса. Но сырость на стенах склепа даже по-своему устраивала его. Он промокал ее своим саваном, а потом подносил к губам, пытаясь тем самым утолить жестокую жажду. Это помогало ему, но не могло ослабить нарастающее чувство голода.

Он заставил себя забыть обо всем, кроме цепи, и в конце концов поиски увенчались успехом. Силы почти оставили его, но он ухватился за нее и начал раскачивать.

Там, наверху, колокольный звон был едва различим среди вспышек молнии и раскатов грома, отдаленного рокота морского прибоя и убаюкивающего постукивания дождевых капель. Колокол звонил и звонил, но звук его терялся в шуме и грохоте стихии. И люди улеглись в постели, не потревоженные печальным звоном, ни на миг не представляя себе, как Деннис раскачивает цепь, повиснув на ее конце, упираясь коленями в мертвого племянника.

Позже — должно быть, это было намного позже — он проснулся, чтобы обнаружить, что грудная клетка племянника развалилась, и сломанные кости упирались ему в бедра. И некому было утешить его, снаружи не доносилось ни звука; его окружали покой и тишина.

От колокола толку было мало. Надо было придумать что-то другое. Ему необходимо было выбраться отсюда. А что, если попробовать сдвинуть какой-нибудь камень?.. Но для этого нужны инструменты…

Из третьего гроба, который он вскрыл, он достал то, что искал — не сгнившую еще бедренную кость. Он оторвал ее от скелета и начал долбить ею раствор, соединяющий камни… но тщетно.

Силы почти покинули его. Отчаянное желание есть в конце концов овладело им теперь, когда последняя надежда спастись ускользнула. Сначала он пожевал мокрый конец своего савана, но это не помогло. Ему нужна была пища, если он намеревался остаться в живых. Он поднял одну из костей Мортимера, казавшуюся неповрежденной, и попробовал грызть ее, но она раскрошилась. Он попытался поесть мох с сырого пола, соскребая его ногтями… но этого было мало, совсем мало. Сейчас все желания казались ничтожными, кроме одного — поесть.

И теперь, только теперь, он вспомнил о своей бабушке.

Шторм утих, когда колокол начал звонить опять, и на сей раз он был услышан, но вызвал чувство большого раздражения у тех, до которых донеслись его звуки. В конце концов, было два часа утра, хотя Деннис об этом не знал. Впрочем, ему это было бы безразлично, даже если бы он и знал. Колокол звонил громко, наполняемый силой и решительностью отчаявшегося человека, умоляющего спасти его жизнь.

Церковный староста, приходской священник, затем полицейский — один за другим взобрались по холму на кладбище и увидели колокол и раскачивающуюся цепь.

Они предположили, что виной всему шторм. Подземный поток, сказал полицейский совсем неубедительно. Надо спуститься вниз и проверить. Эта мысль никому не пришлась по душе. Уже было за полночь, и вряд ли нашлось много охотников разгуливать по кладбищу в этот час.

Приходской священник, человек практического склада ума, предлагал убрать язык колокола и разойтись по домам; но полицейский находился при исполнении служебных обязанностей и настаивал на своем. При сложившихся обстоятельствах им пришлось поднять с постели тетю Денниса, что она сделала весьма неохотно. Они взяли факелы и дубинки и отправились в путь.

Вид у процессии был весьма серьезный, когда они прошли через старые дубовые двери и стали спускаться вниз по сырым ступеням, ведущим к склепу, — месту малоприятному, посещаемому в печальные дни, месту, где покоилась местная знать. Они миновали проход, выложенный каменными плитами, и наконец остановились у большой стальной двери.

То, что последовало затем, было неприятно для всех, кроме Денниса. Дверь распахнулась настежь, когда они сняли с нее засов, и Деннис, спотыкаясь, вышел наружу в рваном измятом саване, со сломанными от соскребывания мха ногтями. Речь его, особенно когда он обратился к тете, была весьма далека от светской.

В большом смятении повели они его наверх и уложили в церкви на скамье со спинкой, подложив под голову подушки и послав церковного старосту за местным доктором.

Тетя была первой, кто обратил внимание на то, что Деннис крепко сжимает в руке кость, с которой клочьями свисала мягкая плоть, а к изодранному савану прилипли сухожилия.

А могильщику в склепе пришлось вновь собирать все, что осталось от еще свежего трупа, раскладывая по местам изжеванные куски мяса.

Они решили никому об этом не рассказывать, даже тетя согласилась на это. Деннису, которому никогда не нравилась бабушка, пришлось признаться всем без исключения, что он многим обязан старой леди. Больше он никогда не скажет о ней плохого слова.

В конце концов, самым чудесным образом его вернули к жизни. Неожиданно, после хорошего ужина.
♦ одобрил friday13
14 ноября 2013 г.
Нам, живущим в компьютерном веке, когда любую твою оплошность могут выложить на «YouTube» в назидание потомству, трудно в это поверить, но около 70% немых фильмов считаются утраченными. Из режиссеров немого кинематографа, чьи произведения практически не сохранились, самым загадочным — по крайней мере, для меня — является немецкий режиссер Кай Винкельман (1887 — 1926). Хотя в свое время он пользовался большим влиянием, сейчас его наследие почти полностью забыто — и из этой статьи вам станет ясно, почему.

Винкельман родился 18 сентября 1887 в Оффенбахе на Майне в семье мясника. Насколько известно, семейное ремесло казалось ему отвратительным, и с отцом он не ладил — тем более что тот сильно пил. Отслужив в Первую мировую войну на русском фронте (этот период в жизни Винкельмана нанес ему глубокую психологическую травму), он женился на некоей Грете Шульц, медсестре, с которой он познакомился в госпитале для ветеранов. Винкельман переехал в Вену, родной город жены, и стал снимать фильмы под руководством одного из родоначальников немецкого кино Йозефа Манделя. В этот период он снял немало достаточно успешных фильмов; некоторые из них частично или полностью сохранились. Но самой удачной его работой был сериал про лорда Листера.

Сериал о Листере, основанный на цикле бульварных детективов о «воре-джентльмене» лорде Листере, известном в преступном мире под кличкой Раффлз, состоит из шести серий, каждая длиной около часа. Фильмы достаточно вольно обращаются с первоисточником. В оригинальных романах (и в первых двух сериях сериала) лорд Листер — довольно обаятельный персонаж в духе Робин Гуда или Арсена Люпена, редко совершающий действительно серьезные преступления. В сериале Винкельмана Листер стал куда более зловещим персонажем, всемогущим гением преступного мира, не брезгующий изнасилованиями и массовыми убийствами. В сериале, как и в романах, за Листером гоняется Бакстер, сыщик из Скотланд-Ярда. В ранних сериях Бакстер был комическим героем, безалаберным выпивохой, которого всегда обводит вокруг пальца маэстро-вор. В более поздних он преображается в трагического героя, честного полицейского, бессильного остановить злодейства своего беспощадного врага лорда Листера. Хотя Листера все время играли разные актеры — замысел состоял в том, что его истинный облик неизвестен, — детектива Бакстера всегда играл близкий друг Винкельмана Олаф Шнайдер.

Олаф Шнайдер сдружился с Винкельманом вскоре после того, как тот стал работать у Йозефа Манделя. Они были полностью противоположны как внешностью, так и внутренним миром: Шнайдер был крепким здоровяком, любителем бокса и автогонок, Винкельман — болезненным затворником. Несмотря на это, они стали очень близкими друзьями. Возможно, их объединяли трагедии в личной жизни: у Винкельмана было тяжелое детство, к тому же его не переставало терзать пережитое в войну, а жена Шнайдера покончила с собой в 1918 году, оставив ему малолетнюю дочь.

Сюжет первых пяти фильмов про Листера, насколько вообще его можно восстановить (сохранился только один, и то в неполной копии), таков:

1. Lister tritt ein («Появление Листера»). Сценарий первой серии написал никто иной, как легендарный режиссер и сценарист Фриц Ланг. В этой серии Листер, живущий под именем лорда Уильяма Абердина, похищает ценную картину с вернисажа. Горе-сыщик Бакстер в конце концов ловит Листера, но тот сбегает, провернув хитроумный план и выдав себя за охранника. Следует увлекательная сцена погони, в конце которой Листер, естественно, спасается бегством.

2. Lister schlagt zuruck («Ответный удар Листера»). Фильм начинается со сложно выстроенной сцены того, как Листер крадет жемчужное ожерелье с шеи герцогини прямо посреди оперного театра. Потом он дерзко заявляет о своем следующем преступлении, дав объявление в газету: в такой-то день и час он похитит фамильные драгоценности лорда Вилмора. Бакстер и его помощник-полицейский вместе с Вилмором караулят драгоценности в особняке, но Листер так и не появляется. Бакстер уже готов объявить все мистификацией, но вдруг слышит приглушенные стоны и находит настоящего лорда Вилмора связанным в шкафу — оказывается, Листер всю ночь выдавал себя за него, а настоящие драгоценности давно заменил подделками. Бакстер понимает, что особняк заминирован, и чудом спасается. Это единственный сохранившийся фильм про Листера.

3. Lister in Amerika («Листер в Америке»). Детектив Бакстер узнает, что Листер скрывается в США. Он садится на океанский лайнер, но на полпути, посреди Атлантики, пассажиров начинает косить загадочная болезнь. Похоже, что Листер запустил на пароход чумных крыс, чтобы убить Бакстера. По приезду в Нью-Йорк Бакстера арестовывают по обвинению в ряде убийств, совершенных Листером, и судья (переодетый Листер) приговаривает его к смерти через повешение. Бакстер бежит через канализацию, вылезает, вдыхает свежий ночной воздух — и видит глумливого Листера на крыше дома. Он одет в классический злодейский костюм: черный плащ, черные перчатки и черную маску палача. Листер издевательски протягивает руки, будто бы предлагая Бакстеру себя арестовать.

4. Das todliche Parfum («Смертоносный аромат»). Детектив Бакстер расследует серию кошмарных приступлений: в универмаге кто-то подменил духи серной кислотой, вызвав десятки смертей и увечий. Чтобы раскрыть правду, Бакстер объединяет усилия с молодой женщиной, утверждающей, что она бывшая пассия лорда Листера. Бакстер, пусть он и женат, вскоре начинает поддаваться очарованию красавицы. Фильм завершается шокирующей сценой: в результате махинаций Листера Бакстеру приходится допустить смерть женщины под колесами поезда, чтобы предотвратить катастрофу, которая могла бы унести сотни жизней.

5. Die schreiende Leiche («Кричащий труп»). О сюжете фильма известно очень мало — рецензии тех лет состоят в основном из осуждающих восклицаний. Там точно изображено погружение Бакстера в алкоголизм и депрессию после множества неудачных попыток поймать Листера. В сюжете, насколько известно, фигурирует пожар в опере и безумная сцена, в которой Листер носит маску из срезанного лица.

Несмотря на болезненно-гротескное содержание (а может, благодаря ему), фильмы были весьма популярны у тогдашних зрителей — их можно назвать «Пилой» своего времени. Как можно было представить, нарастающая мрачность фильмов про Листера совпадала с нарастающим кризисом в личной жизни Винкельмана — романом его жены Греты с Олафом Шнайдером, его ближайшим другом. Похоже, что Винкельман знал о романе и молча принял его, но это сказалось на его и без того неустойчивой психике. В письме двоюродному брату от 13 октября 1923 года Винкельман пишет: «А почему бы ей не предпочесть его? Такой мужчина сможет дать ей то, чего я никогда не смог бы, с моим хилым телом и истерзанной душой. Моя темная Муза овладела моей жизнью. Я могу лишь повиноваться ее приказам…».

Так продолжалось до тех пор, пока чудовищная трагедия не положила конец и сериалу, и партнерству Винкельмана и Шнайдера… по крайней мере, на время.

В декабре 1923 года Винкельман уехал по делам во Франкфурт, оставив с женой полуторагодовалого сына. Экономка тоже уехала навестить сестру. Согласно показаниям, взятым полицией у пораженной ужасом Греты, она занималась в спальне любовью со Шнайдером, когда услышала громкий стук в детской. Их сын выбрался из колыбельки и сломал себе шею. Естественно, разразился громкий скандал, и никто не удивился, когда Грета однажды исчезла, возможно, чтобы начать новую жизнь под чужим именем. Шнайдер же вскоре эмигрировал в Америку, где его следы затерялись.

Несмотря на чудовищную личную трагедию, Винкельман держался как мог. Хотя он был примерным отцом — насколько позволяла работа, — он перенес свое горе с достоинством, даже основал собственную киностудию несколько месяцев спустя. Студия Винкельмана была поначалу довольно успешной, там снимались пусть и не выдающиеся, но доходные фильмы. Через несколько лет после смерти сына начали ходить странные слухи — будто бы Винкельман поувольнял почти весь персонал и бродит по опустевшему, полузаброшенному Фильмштадту.

За полгода до смерти он дал интервью газете «Фоссише цайтунг», в котором заявил, что полностью простил Шнайдера, мало того — переписывается с ним и готовится снять новый фильм. К удивлению, а потом и разочарованию публики, последний эпизод саги о лорде Листере, озаглавленный «Listers Rache» («Месть Листера»), вышел на экраны в 1927 году.

«Месть Листера» показывали в весьма немногих кинотеатрах, а потом и вовсе сняли с проката. Фильм длиной всего 40 минут был насыщен причудливым экспрессионизмом куда больше, чем любая из предыдущих серий — и был куда как страшнее. Отзывы современников (возможно, преувеличенные) сообщают об обмороках, инфарктах и т. п. на предварительных показах. Согласно газетным статьям, фильм начинается с надписи, гласящей, что детектив Бакстер потерял работу в Скотланд-Ярде и его бросила жена. Бакстер сидит в грязной, заваленной барахлом квартире за письменном столом; другой мебели нет. Он пишет записку, текст которой нам не видно, и все время плачет. Его окружают пустые пивные бутылки, у него запущенный и неопрятный вид. Сцена с плачем затягивается до неудобности долго, после чего Бакстер выходит из квартиры и бродит по улицам Лондона. Город представлен в виде серии безумных картин-декораций в духе «Кабинета доктора Калигари» под невозможными углами, не существующими в реальности. На заднем плане различимы жуткие образы: повешенные, изуродованные лица, плач и т. п.

Бакстер наконец оказывается посреди высокого моста и разглядывает быструю реку и острые скалы. Ясно, что он думает о самоубийстве. Внезапно на другом конце моста появляется темный силуэт — это Листер в маске и плаще палача. Листер кричит: «Прыгай!» (с помощью надписи, разумеется). Бакстер, на минуту растерявшись, собирается с силами и гонится за врагом. После короткой сцены погони Листер прыгает в огромную яму, а за ним и Бакстер. В следующей сцене сыщик оказывается в огромной пещере — возможно, в логове преступного гения. Видно, что в пещере полно мебели: обеденный стол со стульями, гарбероб, рукомойник, даже книжная полка. Бакстер подходит к столу и видит, к своему ужасу, что вся мебель сделана из человеческих костей. Посреди пещеры — огромная куча частей человеческого тела, сваленных наподобие компоста. Бакстер дрожит от ужаса и пытается бежать обратно к выходу из пещеры, но поздно — Листер вместе с двумя подручными в масках быстро приближается, держа в руках топор. Мы видим, как их тени на стене надвигаются на сыщика и полностью его затмевают.

Сцена снова сменяется. Сыщик Бакстер в каком-то сыром подземелье, его руки и ноги прикованы к стене. Он избит и истекает кровью. Открывается большая стальная дверь, входит Листер с двумя подручными в масках. Один из них тащит маленькую девочку лет десяти с повязкой на глазах. Листер «говорит» Бакстеру: «Сейчас ты воссоединишься с дочерью, как ты и хотел!». Двое громил в масках прижимают брыкающуюся девочку в земле, Листер откуда-то из-за пазухи достает мясницкий нож и спокойно, методично перерезает ей горло. Подручные сажают умирающую девочку напротив пораженного детектива Бакстера. Изо рта и горла у нее хлещет кровь, но она еще дышит. Листер командует: «Оставьте их!». Все трое уходят из комнаты, а Бакстер бессильно наблюдает за последними минутами дочери.

Надпись объявляет, что прошло три недели. Бакстер все еще прикован там, где Листер его оставил. Его одежда порвана, у его затравленный, измученный вид. Рядом с ним лежит почерневший и раздувшийся труп дочери. Железная дверь медленно открывается, входит Листер, снова с двумя подручными. У него в руках мешок. Подручные снимают с Бакстера оковы; он пытается задушить Листера, но настолько ослаб, что его с легкостью оттаскивают. Лорд Листер достает из мешка человеческую голову с длинными волосами, с которой льется кровь. «Целуй свою жену!» — «восклицает» Листер. Бакстер в ужасе отказывается, но громилы скручивают его. Листер прижимает отрубленную голову к губам сопротивляющегося Бакстера. Затем сыщика снова заковывают и избивают утыканными гвоздями деревянными досками, а Листер за этим наблюдает. Лорд Листер дает знак прекратить избиение; умирающий Бакстер, лежащий в луже крови, моляще смотрит на своего мучителя. «Теперь ты понял, почему тебе ни за что не поймать меня? Почему ты не мог победить?» — говорит Листер. Затем он начинает снимать с себя маску палача и поворачивается лицом прямо к камере. Теперь мы впервые видим его настоящее лицо — точнее, его место, ибо лица как такового у Листера нет. Только гладкая плоть, на которой нет никаких человеческих черт, кроме черного провала рта. «Я — Утрата», — «говорит» он, приближаясь к камере, как будто пытаясь прорвать экран. Челюсть лорда Листера распахивается все шире и шире, гораздо шире, чем это физически возможно; она свешивается чуть ли не до пояса, как будто грозя поглотить зрителей и весь мир. На этом кадре фильм внезапно прерывается.

Как уже говорилось, «Месть Листера» потерпела сокрушительный провал на предварительных показах и вскоре была изъята из кинотеатров. Фильм оказался «чересчур» даже для любителей эстетизированного насилия, сделавших Винкельмана богачом. Зрителям кровавые спецэффекта фильма показались до жути правдоподобными — настолько, что многие заподозрили, что это и не спецэффекты вовсе. Был выписан ордер на арест Винкельмана. Пока полиция безуспешно обыскивала в поисках Винкельмана его дом, на киностудии разразился пожар. Труп Винкельмана, извлеченный из-под обгорелых развалин Фильмштадта, был опознан по отпечаткам пальцев. Хотя его одежда частично сгорела, удалось установить, что он был одет в черное.

Тела Олафа Шнайдера, его десятилетней дочери и его бывшей возлюбленной Греты Винкельман так и не были найдены.

Как и большая часть фильмов Винкельмана, «Месть Листера» исчезла почти бесследно. Часть копий сгорела при пожарах (к сожалению, весьма частых — на заре кинематографа использовалась легко воспламеняющаяся пленка), другие были целенаправленно уничтожены. В книге Христиана Эйхгейма «Современные городские легенды времен немого кино» содержатся вполне апокрифические сведения о вновь найденной копии «Мести Листера», которые все же уместно здесь привести. Согласно этой истории, австрийский режиссер Петер Фляйшер купил копию «Мести» на аукционе. Посмотрев фильм на своем частном проекторе, он начал испытывать головные боли, тошноту и галлюцинации. Он утверждал, что краешком глаза видел фигуру в черном плаще, но стоило повернуть голову, как она исчезала. Каждый раз она подбиралась все ближе и ближе. Наконец Фляйшер стал страдать от бессонницы — фигура стояла у него над кроватью по ночам и исчезала при включенном свете. После нескольких недель агонии Фляйшер сжег пленку в камине. Галлюцинации прекратились, но в трубе стоял необъяснимый запах горелого мяса.

В той же книге содержится довольно странная городская легенда о проклятии, якобы висевшем над жизнью Кая Винкельмана. Согласно ей, в Первую мировую на русском фронте умирающий военнопленный цыганского происхождения, захваченный во время особо кровавого боя, «сглазил» молодого лейтенанта. «Смерти, которые ты причинил, будут следовать за тобой словно облако», — таковы были его последние слова, как утверждает книга. Может, это и была «темная Муза» из писем Винкельмана? Также следует упомянуть, что в блокноте, которым он пользовался в госпитале ветеранов, были рисунки безликой фигуры в плаще.

Неважно, что вы думаете о сверхъестественном. Просто спросите себя: кто более реален — Гамлет или Шекспир, Оливер Твист или Диккенс, Чарльз Фостер Кейн или Орсон Уэллс? В некоторых персонажах больше жизни, чем во мне с вами.
♦ одобрил friday13
10 ноября 2013 г.
Первоисточник: otstraxa.su

В первый раз это произошло, когда мне было девять лет. Я играл во дворе со своим другом Джонни. Солнце только взошло, и лучи оранжевого и красного света пробивались сквозь забор. Мы играли в ковбоев и индейцев. Джонни был ковбоем, скачущим по пустынной дороге, а я индейцем, который угрожал снять с него скальп.

Мы бегали по двору, смеялись и кричали. Потом Джонни случайно споткнулся о свои шнурки и упал. Я подбежал к нему, направил на него свой палец и крикнул: «Бах! Бах!».

Внезапно его голова взорвалась.

Мозги, осколки черепа и кровь попали на траву. Я даже не понял, что произошло. Просто стоял, разинув рот.

Кто-то рядом закричал. Мама Джонни выбежала из дома и склонилась над обезглавленным телом её сына, рыдая и причитая.

Я убежал домой.

Джонни похоронили в закрытом гробу. Когда гроб опускали в могилу, его мать схватила меня и стала трясти, требуя рассказать, что тогда произошло с её сыном. Но я сам ничего не понимал.

Прошли годы, мне постепенно удалось забыть о том трагическом происшествии. Я больше никогда не играл в ковбоев и индейцев.

Второй раз это случилось в парке. Я сидел на скамейке, обедал, а вокруг скамейки бегала маленькая девочка с водяным пистолетом. Она подбежала ко мне, наставила на меня пистолет и крикнула: «Руки вверх!».

Я улыбнулся и поднял руки, делая вид, что боюсь. Она стала брызгать водой из пистолета, весело смеясь. Потом она сказала: «Теперь твоя очередь!».

Я поднял вверх палец и навёл на неё:

— Бах! Бах!

Как только эти слова сорвались с моих губ, девочка взорвалась, как воздушный шар. Багровые куски мяса посыпались вокруг меня.

Когда я пришёл в себя, то увидел женщину, которая ползала по траве, собирая оторванные конечности своей дочери, судорожно сжимая в руках её ручки и ножки.

Я снова сбежал.

В третий раз это произошло сегодня утром. Я поссорился с женой и в запале, направив палец ей в лицо, сказал, чтобы она заткнулась. Я даже не говорил «Бах! Бах!», но это всё равно случилось.

Я собственными руками счистил с пола кухни то, что осталось от жены.

Я больше не могу так жить. Не могу жить с мыслью, что снова могу в любой момент стать причиной чьей-то гибели. Поэтому я решил положить этому конец.

Всё, что мне осталось — это приложить палец к голове и сказать два слова.
♦ одобрил friday13
6 ноября 2013 г.
Не так давно я потерял своего близкого друга. Знакомы мы с ним были очень давно, подружились еще в первом классе и через многое прошли вместе. А рассказать я хочу про то, как все это произошло.

Кирилл — так звали моего друга. Осенью он женился на прекрасной девушке Ире, любовь у них была очень сильная — такая, что многие знакомые завидовали. После свадьбы Кирилл обрадовал нас новостью, что Ира беременна. Из-за беременности жены Кириллу пришлось найти вторую работу, поэтому видеться мы стали редко.

В марте у Кирилла случилось непоправимое — убили Иру. Это случилось вечером, когда Кирилл был на работе. Ира пошла в магазин, и, когда она возвращалась, на пешеходном переходе ее сбила машина. Она была еще жива, когда из машины вылезли три пьяных отморозка. Со словами, что она испортила им машину, двое из них по несколько раз ударили Иру ногами, после чего сели в машину и спокойно уехали. Свидетели происшествия — несколько человек — не успели ничего сделать, кроме как вызвать «скорую», но когда она приехала, было уже поздно.

После похорон Иры (которыми в основном занимались мы с друзьями, так как Кирилл был не в состоянии что-то делать) мы узнали, кто были эти отморозки, но наказать их не получалось: уголовное дело заглохло, хотя в какие только инстанции не подавались документы, а найти и устроить «народный суд», так сказать, тоже не имели возможности, так как эти уроды испарились из города — им помогали их влиятельные родители.

Шли дни, Кирилл много пил, мы старались помочь, как могли — даже хотели положить его в больницу, чтобы он вышел из запоя, но он вообще перестал контактировать с друзьями. На сорок дней со дня смерти Иры мы приехали к Кириллу и долгое время тщетно пытались попасть в квартиру. Потом решили поехать на могилу к Ире, помянуть и заодно узнать, когда будет готов памятник.

Приехав на кладбище, мы увидели Кирилла, лежащего возле могилы своей жены. Приведя его в чувство, насколько это было возможно, я сказал парням, что отвезу его домой, а их отправил узнать по поводу памятника. Пока мы ехали в машине, Кирилл поведал мне, что ночью пьяный приехал на такси на кладбище. И когда ночью он плакал у могилы, к нему подошла старуха в лохмотьях. Не зная даже причину смерти Иры, старуха сразу спросила Кирилла, хочет ли он отомстить тем трем, что виновны в смерти Иры, на что Кирилл ответил согласием. Старуха дала ему семена какого-то цветка (три штуки) и сказала, что надо сажать их по очереди — как первый цветок вырастет и станут лепестки красными, надо сажать следующий, а потом последний. Когда старуха уже собиралась уходить, она добавила, что в обмен за месть душа Кирилла перестанет принадлежать ему, и чтобы Кирилл сначала все хорошо обдумал, прежде чем сажать семена.

Я воспринял рассказ как бредни пьяного и убитого горем человека и не придал его словам значения. И вообще, я тогда больше переживал, чтобы он не наложил на себя руки, так как выглядел, да и вел себя он с каждым днем все хуже. Приехав домой, Кирилл поблагодарил меня за все и попросил оставить его одного. Не слушая мои слова, он буквально вытолкал меня за дверь.

После этого я Кирилла я не видел — он снова перестал с кем-либо контактировать. Через три недели мне в слезах позвонила мама Кирилла и сказала, что его убили. Убит он был дома, дверь была закрыта изнутри. Полицию вызвали его родители, так как общался он только с ними, и то по телефону — хотя бы раз в три дня они созванивались. Когда он не брал телефон уже вторую неделю, родители, вскрыв дверь, обнаружили тело — вернее, то, что от него осталось. На полу было сплошное месиво из плоти Кирилла.

После похорон Кирилла его мать попросила меня забрать кое-какие вещи из квартиры Кирилла. Зайдя в квартиру и собирая вещи, я обратил внимание на подоконник, на котором стояли три красных цветка. Вид у них был мерзкий, из них сочился красный сок, от них исходил аромат гниющего мяса, да такой, что меня едва не вырвало. Взяв вещи, я быстро вышел из квартиры и запер дверь, борясь с рвотными позывами.

Дело по убийству Кирилла остаётся нераскрытым по сей день. По слухам, те трое отморозков, которые сбили Иру, вскоре все погибли при загадочных обстоятельствах.
♦ одобрил friday13
Первоисточник: creepypastaru.blogspot.ru

Всем известно, что если достаточно долго бродить по Интернету, то можно найти весьма нездоровые вещи. Особенно, когда намеренно лазаешь по «тёмным уголкам Сети». Мне приходилось видеть многие вещи, в просмотре которых я бы не хотел признаться, но больше всего мне запомнился сайт под названием «NormalPornForNormalPeople.com».

Первой странностью было то, что я вовсе не искал этот сайт. Ссылку на него мне прислали в спаме по электронной почте. Письмо выглядело так:

------

Привет

нашёл этот сайт очень интересно думал тебе понравится

normalpornfornormalpeople.com

расскажи другим во имя блага человечества

------

Это было стандартное «письмо счастья», но ссылка и последняя ремарка сумели пробудить во мне любопытство. В тот день мне было скучно, и, убедившись, что мой антивирус включен, я нажал на ссылку.

Это был обычный посредственно выглядящий сайт. У меня сложилось впечатление, что его создателям было всё равно, насколько профессионально он выглядит. На первой странице был длинный, скучный и бессвязный текст, автор которого явно не слишком хорошо владел английским. Этот текст я не скопировал и не запомнил.

У сайта был странный девиз: «Нормальное порно для нормальных людей. Сайт, посвящённый уничтожению ненормальной сексуальности». Исходя их этой фразы, нельзя было понять, предназначался ли сайт для просмотра порнографии или для участия в какой-то программе по евгенике. Но раз уж я на него зашёл, было любопытно посмотреть, чем любуются «нормальные люди». Я прокрутил страницу вниз, но там ничего не было. На странице не было никаких ссылок, и я уже собирался покинуть сайт, но тут заметил, что каждое слово в тексте представляет собой скрытую гиперссылку. Я нажал на одну из них и оказался на белой странице с длинным списком ссылок. Тут я остановился на минуту и задался вопросом, хочу ли я тратить бог знает сколько времени на открывание каких-то ссылок, которые могли заразить мой компьютер вирусом. В итоге я решил открыть всего пару ссылок, чтобы посмотреть, что там. Я кликнул одну из ссылок и попал на новую страницу с таким же длинным списком ссылок, как и на предыдущей.

Я хотел уже сказать: «Ну его к чёрту», — но когда я нажал на одну из ссылок, появилось видео. Оно называлось «Арахис». Это был 30-минутное видео о мужчине, женщине и собаке на кухне. Женщина делала бутерброд с арахисовым маслом, а мужчина отдавал его собаке. Так длились все 30 минут. Время от времени было видно, что оператору приходилось прекращать съемку и ждать, пока собака буде снова готова есть. Под конец её уже явно тошнило.

Я знаю, что вы думаете: «Ну, и какое это имеет отношение к порно?». Я и сам не представляю. Я просмотрел пару десятков видео, и в большинстве из них никакого секса не было. Мне это надоело, и я закрыл вкладку браузера.

Через пару дней я зашёл на один сайт, где я часто играю в онлайн-игры и болтаю в чате с другими посетителями. Там я заметил, что какой-то человек, который получил такое же «письмо счастья», как и я, уже создал ветку обсуждения на эту тему. На форуме было полно людей, которым было больше нечем заняться, кроме как получше изучить этот сайт. Благодаря им я и увидел остальные видео. Большинство из них не были богаты событиями — на них были только люди, говорившие с оператором в какой-то комнате, где ничего не было, кроме стола и пары стульев. Не было не мебели, ни обоев. Сама комната выглядела холодно и безжизненно. Разговоры были просто пустой болтовней о предыдущих работах и позорных моментах из детства. Я ожидал, что скажут хоть что-то о том, где находится эта комната и какое отношение все это имеет к сайту, но тщетно. Если смотреть эти видео вне контекста, то ни за что не догадаешься, что они как-то связаны с порнографией. Хотя, сказать по правде, люди, которые появлялись в этих видео, были весьма привлекательны.

Впрочем, на некоторых видео было содержание, которое, как я понимаю, можно назвать «сексуальным». Именно здесь все стало еще более странным. Ниже я дам краткие описания этих странных видео.

------

«LICKEDCLEAN.AVI»

10-минутное видео, снятое скрытой камерой. Мы видим рабочего, который две минуты ремонтирует стиральную машину. Закончив работу, он говорит с её владельцем и уходит. Убедившись, что рабочий ушел, владелец принимается облизывать стиральную машину. Это продолжается все оставшиеся 7 минут.

«JIMBO.AVI»

5-минутное видео про ожиревшего мима, выполняющего свое выступление. Это было и в самом деле смешно, особенно момент, когда он притворяется, что сел на стул, а тот сломался под тяжестью его веса. В последние 30 секунд на видео появляются помехи, потом нам снова показывают того же мима, который смотрит в камеру и тихо всхлипывает.

«DIANA.AVI»

4-минутное видео, на котором оператор говорит с женщиной в какой-то комнате, но не в комнате для интервью. Это обычная комната — все, как у нормальных людей. Где они находятся, не сказано. Диана говорит только о своей игре на скрипке. Потом она играет на скрипке, но её всё время что-то отвлекает.

Я сам этого не заметил, пока кто-то на форуме не сказал, что если присмотреться к зеркалу на заднем плане, то можно увидеть мастурбирующего толстяка в маске цыпленка.

«JESSICA.AVI»

4-минутное видео. На этот раз оператор стоит на улице и говорит с какой-то молодой женщиной. Они говорят о поездках на каноэ. Время от времени камера показывает городские улицы.

Никому на форуме не удалось опознать эту улицу. Были разные предположения, от Европы до Австралии и Филиппин, но никто так и не смог назвать город.

«TONGUETIED.AVI»

10-минутное видео. В течение первых пяти минут пожилая женщина целуется с манекеном. Видео обрывается так же, как это было в «JIMBO.AVI», после чего нам крупным планом показывают группу манекенов, сидящих кругом перед камерой. Свет потускнел, а пожилой женщины нигде нет. С этого момента на видео нет звука.

«STUMPS.AVI»

5-минутное видео, в котором безногий мужчина пытается танцевать брейк в комнате, похожей на кухню из самого первого видео, только намного грязнее. На заднем плане играет радио, но музыка прерывается, когда человек падает на пол от усталости. Он тяжело дышит и просит кого-то за кадром, чтобы ему дали отдохнуть. Человек за кадром злится и кричит на безногого, требуя, чтобы он продолжал. Тот выполняет приказ. Можно услышать, как человек за кадром орет, и видео резко обрывается.

«PRIVACY.AVI»

Женщина из видео про Диану мастурбирует на матрасе в комнате для интервью в то время, как человек из предыдущего видео ходит на руках в какой-то гоблинской маске. Дверь в этой комнате закрыта, как и на других видео, но потом её открывают. Свет освещает только комнату, а в коридоре темно. Ближе к концу видео можно увидеть какое-то животное, бегущее по коридору.

------

Последнее видео, которое мы нашли, называлось «Бесполезная» («USELESS.AVI»). В этом 18-минутном видео блондинка, которая появлялась в одном из интервью, привязана к матрасу в той самой пустой комнате. Она пытается кричать, но у нее заклеен рот. Через семь минут человек в черной маске открывает дверь, но не заходит. Он открывает её, чтобы внутрь могло забежать животное из «PRIVACY.AVI». Оказывается, что это шимпанзе, у которого вся шерсть наголо сбрита, а тело покрашено в красный цвет. Обезьяна выглядит голодной и измученной, на спине и плечах видны раны.

Когда шимпанзе входит в комнату, человек в маске закрывает за ним дверь. Шимпанзе нюхает воздух (возможно, он слеп) и обнаруживает связанную женщину. Тогда обезьяна приходит в бешенство и начинает её молотить. Это продолжается изнурительные семь минут, после чего женщина наконец умирает. Шимпанзе поедает плоть с её тела, и через 4 минуты видео прекращается.

После того, как было найдено это видео, на форуме закипела деятельность. Люди всю ночь обсуждали эту тему. Когда на следующий день я зашел на тот же форум, то обнаружил, что ветку удалили. Я попытался пересоздать её, но меня забанили. Я попытался связаться с электронной почтой, которая была указана в том самом спаме в качестве обратного адреса, послал туда пять сообщений, но никто мне не ответил.

Я пытался обсудить этот сайт и в других местах, но меня часто банили. Сам сайт удалили через несколько дней после того, как было обнаружено видео про «бесполезную» — скорее всего, кто-то сообщил о нём властям.
♦ одобрил friday13
28 октября 2013 г.
Первоисточник: anomalia.kulichki.ru

Невероятный случай произошел в одном из сел Поволжья. Вот как об этом рассказал единственный из выживших очевидцев произошедшего:

«Наша бригада шабашников строила в селе кирпичный коровник. Однажды в село привезли хоронить мужика. Говорили, что после окончания школы он уехал учиться в город, да так там и остался и, по всей видимости, дослужился до большого чина. Ради какого-то разнообразия я пошел на кладбище посмотреть похороны. Там встретил своего приятеля Виктора. Когда гроб проносили мимо того места, где мы стояли, я посмотрел на покойника. В глаза мне бросился шикарный золотой перстень у него на пальце. У меня еще мелькнула мысль: «Такое добро пропадет!».

Остаток дня меня не покидала дикая мысль, а вечером я поделился этой мыслью с Виктором. Я предложил ему разрыть могилу, вскрыть гроб и забрать перстень: покойнику он все равно не нужен, а мы можем на нем «срубить» неплохие «бабки». Приятель сразу же согласился.

В полночь, прихватив топор и две лопаты, мы отправились на кладбище. Прибыв на место, решили подбодрить себя водкой. За этим занятием нас и застал скользнувший по крестам свет фар вынырнувшего из-за пригорка автомобиля. Мы невольно пригнулись к земле. Автомобиль остановился у кладбищенских ворот, из него вышли две человеческие фигуры и направились в нашу сторону. Один из ночных посетителей — в ярком свете луны это было хорошо видно — нес большой сверток. У могилы солдата, погибшего в Чечне и похороненного две недели назад, незнакомцы остановились и стали сталкивать и складывать венки в кучу. Потом размотали сверток.

Вот тут-то и произошло то, отчего мои волосы встали дыбом. Неожиданно сильно запахло озоном. Казалось, этот запах наплывал волнами, с каждым разом становясь все гуще и гуще. И тут появился он! Он вынырнул из зарослей буквально в паре метров от нас. Какое-то мгновение находился к нам боком, потом повернулся и направился в сторону наших «коллег». Судя по сравнению с высотой крестов, роста он был определенно выше среднего, шеи, казалось, не было, и голова сидела прямо на плечах. Руки висели ниже колен, но по толщине не уступали ногам, на которых он двигался, не сгибая их в коленях. Наши «коллеги», не замечая его, продолжали усердно орудовать лопатами. И только когда он вплотную приблизился к могиле солдата, они одновременно повернулись в его сторону и застыли.

Эта немая сцена тянулась довольно продолжительное время. Потом он, сделав шаг в их сторону, схватил одного из них и с размаху насадил на острые прутки металлической ограды по всей длине позвоночника. При этом пострадавший не издал ни звука, а второй стоял все в той же позе и молча наблюдал за происходящим. И вдруг, как будто очнувшись, он отшатнулся назад и, размахнувшись лопатой, с силой опустил ее на голову монстра.

Казалось бы, что от такого удара он должен был развалиться на две части, но лопата, не встретив на пути никакого сопротивления, со свистом рассекла воздух и глубоко врезалась в землю, увлекая за собой нападавшего. Монстр резко выбросил вперед руку и схватил согнувшегося человека за затылок. Раздался страшный хруст, сопровождаемый чавкающим звуком. Бедняга как-то сразу обмяк, упал на колени и повалился боком прямо на могилу. Монстр какое-то время стоял в раздумье, как бы оценивая ситуацию, потом снял, как пушинку, с ограды первого, с такой же легкостью поднял с земли второго и, взяв их под мышки, медленно удалился вглубь кладбища.

Сначала в себя пришел Виктор. Он в несколько прыжков достиг забора, перелетел через него и понесся в сторону села, а за ним и я. Утром я узнал, что моего приятеля нашли повесившимся во дворе собственного дома. А я в тот же день уехал в город и в том селе больше не появлялся».
♦ одобрил friday13
14 октября 2013 г.
Автор: Fragrant

Как-то встретился я по своей журналистской работе с одной долгожительницей. Между прочим, вспоминая военные годы, она рассказала такой случай.

Во время немецкой оккупации Киева, еще до того, как заработал Бабий Яр, немцы вывозили евреев вагонами в разные стороны к рекам. И там связывали проволокой сзади руки — мужа к жене, брата к сестре, ребенка к ребенку, — потом одному стреляли в голову, тот падал в реку, а второй человек тонул сам.

Вот вам и все лицо развитой и цивилизованной страны, которая показала необыкновенное животное варварство, на которое даже дикие народы древности, не были способны.

Река Трубеж на карте большая. В реальности же это мелководная речушка. Битком набитый состав евреев тогда было решено не утопить, а закопать заживо. А что? Экономия патронов! Немецкая педантичность и отсутствие человечности, что поделать…

Под селом Селычивка в молодняке возле озера скрутили людям спиной к спине сзади руки проволокой, и акт невиданной жестокости был совершен. Неделю после этого земля шевелилась и доносились душераздирающие звуки агонизирующих людей.

Думаете, что то место немцы охраняли с автоматами, отпугивая местных? Не-а! Немцы сразу же уехали.

Почему местные не помогли живым?

«А что им помогать — это же жиды. У них рога растут, и души нет. Правильно немцы поступили, правильно! Так им, сучьему племени, и надо, за бога нашего Иисуса Христа распятого», — говорила мне та бабка.

Я чуть не поседел от ее рассказа. Центр Европы, XXI век, космос покорен, синтезирована не только еда, но и музыка — а тут ТАКОЕ мракобесие!

Старуха продолжала:

«Потом два мужика, взявши лопаты, пошли снимать жидовские кольца и сапоги. Пропали. Через пару дней их родственники случайно нашли: аккурат возле еврейского могильника — черенок лопаты, торчащей из вскопанной земли. Откопали. Вот они и лежат, голубчики. Лопата воткнута у них возле головы, руки проволокой завязаны, закопаны метра на полтора в землю. Естественно, уже мертвые. Да вот на лицах такое выражение, как будто они только что в ад попали…

Струхнули тогда сельчане, и в место то больше не ходили.

Место то долго дурной славой слыло — мол, там и звуки странные слышатся, и лесовик морок наводит, и привидения ходят, а по ночам странный вой исходит...

Но уже далеко война, и в годку эдак в 70-м пара ребят, решив насобирать на мопед, пошли выкапывать жидовские драгоценности и коронки.

Их там же и нашла собака с милицией. Всё то же — вкопанная в землю лопата, аки могильный камень, и вот они. Лежат. Руки ржавой проволкой сзади скручены, на лицах застыл невероятный ужас.

Как оказалось, оба померли от разрыва сердца. Что ж такое так могло напугать здоровых пацанов, которые вот-вот в армию пойдут?

Потом, уже с развалом СССР, местный тракторист с кумом решили коронки с мертвецов подергать. Да время было еще такое — смута, денег нет, что дальше делать, как жить? Вот и решились осквернить захоронение.

Так их потом и нашли.

Черенок лопаты, торчащий из земли, и они в яме, а на лицах все тот же неописуемый ужас».
♦ одобрил friday13
7 октября 2013 г.
Примерно полгода назад я с приятелем сидел в «Макдональдсе» и делился впечатлениями об одной игре. Говорил громко, смакуя страшные моменты, «кровь-кишки» и всякие головоломки. За соседним столиком сидели два мужика. В какой-то момент я заметил, что один из них ко мне прислушивается. Потом он подошёл и вежливо предложил мне выйти покурить и заодно обсудить один «интересный вопрос». На крыльце мужик показал мне визитку: «Агенство Необычайных Приключений». Рассказал, что их группа организует в Москве подпольные развлечения для богачей со всей Европы. И предложил мне, «молодому человеку со свежим взглядом», придумать им новую игру. Игра должна предусматривать денежные ставки, иметь «московский колорит», быть увлекательной и обязательно жестокой. Предложил мне 100 долларов аванса и ещё 900 долларов, если игра «пойдёт». Я согласился. Он сразу вынул из бумажника 100 долларов и отдал мне, потом продиктовал мне почту, а я дал ему номер своего электронного кошелька. На этом мы расстались.

Халявные деньги быстро кончились. А так как ещё 900 американских денег не давали мне покоя (а вдруг не обман?), игра придумалась очень скоро. Назвал я её «Счастливый пассажир».

Игроки садятся в жёлтую «газель» с номером какого-нибудь маршрута. В машине водитель, крупье (он же охранник), игроки и только одно свободное место.

В начале игры у всех поровну фишек. Перед остановкой каждый ставит фишку в банк, и все по очереди загадывают одну примету: пол, рост, цвет глаз, наличие сумки и т. п. На остановке берут «пассажира» и сверяют приметы. Если ты угадал — ставка тебе возвращается. Если ошибся — фишка остаётся в банке. Перед следующей остановкой «пассажира» высаживают, извиняются, дают денег на такси. И снова делают ставки.

Тот, кто чаще ошибается, теряет все фишки и становится зрителем. Постепенно банк растёт, игроков становится меньше, и меньше примет в игре. Так что последнему игроку достаточно угадать, что в маршрутку сядет человек с карими глазами — и он победитель.

Если игра не состоялась — весь банк забирает крупье. Но если «счастливый пассажир» найден, всех везут на банкет. Там победитель игры должен у всех на глазах изнасиловать и убить «счастливого пассажира» любым способом, после чего весь банк достаётся ему. Если же он вдруг не может этого сделать, его самого насилует вся группа, убивает «счастливого пассажира» и делит между собою банк.

Вот такой сценарий игры я отправил три месяца назад.

Я мог бы наплести для страха про пропавшую мать, про то, что мою девушку недавно высадили перед остановкой и дали денег на тачку. Но нет, ничего такого не было.

Просто две недели назад мне на кошелёк пришло 900 долларов.
♦ одобрил friday13
7 октября 2013 г.
Автор: Fragrant

Давным-давно, когда еще, как говорится, Землей правили динозавры, я был взят дальними родственниками на кладбище — узнать о предках, да и молодые руки там завсегда нужны.

Приехали, нашли похороненных родственников. Слушая рассказ об их жизни, связях, отличительных чертах и прочем, что нужно знать юному отпрыску о покойных, мы убирали на могилках. Но к полудню устали, решили передохнуть. Родные выложили снедь, мы угостили покойных и сами перекусили.

Мне стало скучновато, и я решил пройтись. Людей было достаточно — все навещали своих померших, даже одна похоронная процессия была вдалеке. Через пару сотен метров я увидел интересное столпотворение: милиция с собакой (человек десять) на трёх машинах и пара мужиков в штатском осматривали нехилого размера такой склеп. Один писал что-то на планшетке, другие с фонариками лазали внутри, кинолог с собакой явно скучали. Стало понятно, что что-то произошло.

Я подошел ближе. Рядом сидел на бровке бухарь, от которого несло перегаром и мочой. Он, увидев меня, решил стрельнуть сигаретку, и я ему дал. Потом он попросил прикурить, я ему тоже дал. Меня ребята в форме попросили не подходить близко — мол, работают, ну я недалеко и стоял.

— А знаешь, что произошло? — спросил бухарь.

— Ну расскажи.

— Очередного мертвяка споймали!

— А зачем они его ловили? Он же труп.

— А он людей убил!

К нам подошел один из милиционеров, явно постарше в звании, и попросил нас уйти. Ну, я развернулся и пошел. Все-таки надо было уж и к своим подходить, уже небось и отдохнули после обеда.

До вечера мы полностью справились с уборкой могил, покраской оград и приведением в божеский вид захоронений. Оказалось, у меня на этом кладбище много кого похоронено. Вечером мой дядя сказал:

— Не знаю, когда еще я приеду (дядя у меня не очень местный). Пошли со мной, покажу, как со сторожем договариваться, чтобы ты в будущем умел это делать.

Задание получено, а я ответственный, пошли.

Пришли в сторожку. Оба-на: старый приятель — тот бомж вонючий в углу сидит с мужиком в тулупе, который за столом водку пьёт. Это и оказался тот самый сторож. Дядя мой легко с ними договорился — дал денег и сказал, показывая на меня, что я буду каждые полгода привозить деньги и контролировать уборку доверенных могил. Мужик записал участок, фамилии на могилках, мой телефон и сумму в тетрадь с такими же записями. Бухгалтерия такая, понимаешь.

Перед нашим уходом бомж, однозначно уже датый, глянул на меня и, воняя дикими парами перегара, сказал:

— А хочешь, расскажу, что там было?

Я ему чуть ли не через плечо:

— С тебя взяли подписку о неразглашении?

Он:

— С меня? Что с меня давно уже взять? Слухай…

Дядя сказал мне на ухо:

— Помочь чем?

Я ему так же тихо ответил:

— Да нет, сейчас приду…

Дядя вышел из сторожки. Бомж же продолжил свой рассказ, выговаривая не к месту пьяным языком бессвязные слова, отвлекаясь, бормоча что-то нечленораздельное. Приблизительно его рассказ был таким:

— Повадилась, значит, нечисть разграблять соседние могилы из того склепа. Ночью отворяет дверь, разрывает свежее захоронение поблизости, жрёт и рвёт трупы, раскидывая кишки и куски плоти в округе, сама утром прячется в тот же склеп, закрывая окровавленную дверь. Сторож, конечно, рассказывал про эти случаи начальству. Начальство понимало, что на кладбищах всегда что-то происходит такое-эдакое, но с таким столкнулось впервые. Но денег на то, чтобы позвать батюшку или выдать сторожу боевое оружие, нет. И пусть сторож на ночь крепко запирает дверь, мало ли…

Когда совсем уж тяжело стало, собрались мужики — работники, наведались в тот склеп, подергали все замки-саркофаги — все путем, закрыто. Хотя следы ошметков других тел имелись в избытке. Навесили замок на склеп и решили, что если еще что-то произойдет, то придется замуровать полностью дверь даже против желания еще живых родственников.

Утром у сторожа работы было уж поменьше — не приходилось убирать куски мяса растерзанных трупов, закапывать разрытые свежие захоронения, ставить на место потревоженные кресты и памятники, чинить оградки — а это все занимало много времени. Замок ту заразу, похоже, сдерживал...

... пока на кладбище не наведалась группа подвыпивших парней. То ли готы, мечтающие переспать с трупом, то ли скинхеды, то ли просто грабители — неизвестно. Решили они то ли ограбить, то ли осквернить склеп, опять же, непонятно зачем. Выломали неплохой такой замок…

В ту ночь сторож слышал крики. А выйти побоялся — понимал, чем это все грозит, а у него семья, дети...

Парней что-то из того склепа разорвало на куски. Утром этот фарш обнаружил сторож и вызвал сначала начальника, потом тот уже и милицию.

И что ты думаешь? После осмотра склепа милиционеры кого-то вызвали, и приехали эти двое в штатском на джипе. Вошли в склеп, через некоторое время выволокли оттуда что-то, дергающееся в мешке, по размеру напоминающее или среднего кабанчика, или крупную собаку. Все время за мешком тянулся кровавый след вперемешку с гноем, как будто здоровая мокрая губка была в мешке…

А джип-то оказался не простой. Когда загружали это нечто в авто, было заметно, что задняя часть машины забрана крепкой решеткой. Закинули тварь в мешке, в полной тишине уехали. Потом милиция стала допрашивать сторожа, подошел ты... Вот и вся недолгая. Остальное ты видел.

Я сказал бомжу:

— Как-то все непонятно, — потом обратился к сторожу:

— Это правда?

— А он не ответит, — сказал бомж. — Он не может говорить. Немой с детства, что поделать?

Я, пожав плечами, вышел и вернулся к своим.

Рассказ бомжа сбил меня с толку, и родственники заметили, что я не в своей тарелке. Дядя по пути расспросил меня, что произошло. Ну, я и рассказал ему об этой истории. Он мне ответил:

— Не фантазируй! В сторожке, кроме сторожа, никого не было, просто ты все время смотрел в угол, а потом так и вовсе «завис». Я поинтересовался, все ли с тобой в порядке, и ты сказал, что да. Мы тебя ждали пару минут, потом ты вышел весь такой озадаченный…
♦ одобрил friday13