Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ВОЕННЫЕ»

Расскажу историю, которая произошла в далеком 1988 году в северной провинции Афганистана. Служил я тогда в разведке ВДВ в ОКСВА. И в очередной раз вышли мы на реализацию разведданных под один нежилой кишлачок. Под этим кишлачком было очень большое (никогда в кишлаках ни до, ни после этого я таких не видел) и старое кладбище. Надгробья, насколько мне удалось расмотреть, были не только мусульманские, но и какие-то другие, мне непонятные.

Как положено, сделали все необходимые в этих случаях мероприятия. Пролежали весь день и половину ночи в тот раз безрезультатно. После двух часов ночи мы стали отходить. Я был там вместе со своим другом Иваном из Волгограда. И вот оторвались мы с ним где-то на километр от своих. Стояла безлунная ночь, так что было темно. Идем мы, озираясь, по этому погосту, и вдруг над одной разрушенной могилой поднимаются большие светящиеся зеленые глаза и начинают прямо на нас надвигаться. Нам сразу стало очень жутко, пот проступил холодный. Только одни глаза — и больше ничего... Как дали мы из двух стволов по ним и стали убегать, а они не отстают. Мы бросили по РГД и подствольник запустили — без толку.

Добежали до края кладбища, там как раз за валунами хорошая позиция была. Лежим там, обоймы меняем, дрожим, страх неописуемый. Глаза докатились до последних могил, повисели в воздухе несколько секунд и пропали. Мы сразу дали деру, побежали к своим. Думали, они к нам спешат на помощь, а они там сидели и ждали нас в точке. Прибегаем, а наш взводный говорит, мол, чего это вы такие запыханные, от кого-то бежали, что ли? Мы рассказали им свою историю, а они, оказывается, не только выстрелов, но и взрывов не слышали, поэтому так спокойно нас и дожидались... Позже нас подобрал вертолёт, и мы улетели оттуда.
♦ одобрил friday13
1 мая 2012 г.
Было это в 1993 году, когда я проходил армейскую службу в Подмосковье. Стоял июнь, но я каким-то образом подхватил простудную заразу и был успешно помещен в изолятор местной санчасти. Изолятор состоял из двух боксов: большого — на 10-12 человек, и маленького — для троих. Между ними находился санузел. Все эти «апартаменты» начинались с хлопающей двери на пружине. Маленький бокс находился в конце небольшого коридора и имел из мебели две кровати и отдельно стоящие носилки вместо лежака. Меня уложили на одну из кроватей, и я стал первым пациентом изолятора. Больше никого (даже в большом боксе) не было.

Первая ночь прошла спокойно, а на вторую ночь случилось вот что. Во время болезни сон не очень спокойный, и в эту ночь я проснулся где-то в районе часа ночи. Было полнолуние — огромная круглая луна безо всяких помех светила в мое окно, заливая бледным светом комнатку. Вдруг я услышал, как пружина входной двери в коридоре изолятора скрипнула. Я подумал, кто это бы это мог быть — ведь на этаже больше никого нет, военнослужащие-медики уходят спать в казарму, а дежурный фельдшер спит на втором этаже. Может, кто-то в туалет зашел?

Зазвучали шаги, прошли мимо большого бокса и мимо туалета. Значит, кто-то шел ко мне. Раздался скрип двери. На пороге появилась женская фигура, вошла внутрь и остановилась, оглядываясь по сторонам. Луна осветила её лицо, и я увидел, что это молодая женщина с чёрными волосами. Мне показалось, что в её чертах есть какая-то восточная кровь. Её я раньше в санчасти не видел.

Глядя на меня, она спросила меня:

— У тебя в комнате есть свободное место. Ты разрешишь мне здесь остаться?

Я, хоть и здорово удивился такому повороту событий, ответил:

— Конечно, пожалуйста.

Она будто не услышала меня и повторила свой вопрос. Я сказал:

— Можете лечь на любое свободное место.

Еще раз оглянувшись по сторонам, она вдруг заголосила:

— У тебя здесь столько свободного места! Разреши же мне отдохнуть!

Она сделала еще один шаг, остановилась около моих ног и начала плакать. При свете луны я видел, как вместо слёз из её глаз капает какая-то тёмная жидкость (мне показалось, что это кровь). При этом она стала медленно наклоняться ко мне. Я в диком ужасе резко повернулся лицом к стене и изо всех сил зажмурил глаза. Последнее, что я услышал от неё, это был тяжёлый вздох. Опять скрипнула пружина моей входной двери, послышался шорох удаляющихся шагов, открылась и закрылась входная дверь. С зажмуренными глазами я пролежал около часа, прислушиваясь к малейшим звукам.

Наутро я обнаружил, что дверь моего бокса, которую я закрыл на ночь, стоит приоткрытой. Я рассказал о случившемся батальонному медику. Он направил меня на обследование в психиатрическое отделение госпиталя в Подольске. Вернувшись оттуда, я узнал, что изолятор перенесли на другое место. Сослуживцы рассказывали, что в моё отсутствие там поместили одного из заболевших «духов», и на третий день он категорически отказался оставаться в боксе ночевать. К сожалению, с этим солдатом мне поговорить не удалось, так как его часть успели перевести на другое место.
♦ одобрил friday13
16 марта 2012 г.
Эта история произошла со мной летом в 91-м году — я тогда служил в армии в Таллинне (тогда название города ещё писалось с двумя «н»). К нам в часть должен был приехать какой-то чин, и командир роты меня и еще одного парня вынудил под предлогом нескорого дембеля пойти на кладбище и набрать цветов для встречи гостя. Причем цветы должны были быть именно живые и в горшках. Там свежие могилы в летний период обставляются цветами в горшках — вероятно, для лучшего ухода за ними. И вот нас двоих ночью в кузове грузовой машины, объезжающей караулы, завезли со стороны леса на кладбище и высадили, причем даже не дали фонарика. Офицер сказал, чтобы мы шли и подтаскивали украденные цветы к провалу в заборе, а он объедет караулы и на обратной дороге нас заберет с трофеями.

Темень была — хоть глаз выколи, и я попросил водителя повернуть машину со включенными фарами в сторону пролома в заборе, чтобы увидеть, где хоть эти могилы находятся. Повторюсь, что кладбище было в лесу и, как я потом понял, оно было очень старым и делилось на две половины — старые и новые захоронения. И вот мы с другом, взявшись за руки, пошли по кладбищу среди огромных сосен при слабом свете фар. Могил как таковых видно не было, только слабо различимые древние надгробья с местами провалившимися в могилы памятниками. Так как свежих могил не было видно, а свет от машины был совсем слабым, я принял решение вернуться в машину, объехать посты вместе с офицером и уже на рассвете провести факт вандализма. Сразу хочу отметить, что ужас у меня был непередаваемый, да вдобавок запах, исходящий из могил в летнюю душную ночь — кто его нюхал, тот меня поймет. Так вот, сев в кузов автомобиля, мы поехали, а дорога эта петляла меж сосен, то приближаясь вплотную к забору кладбища, то удаляясь от него, и когда водитель нажимал на тормоз, то загорались стоп-сигналы, и в этом красном свете можно было хоть что-то различить.

Естественно, наши взгляды были только в сторону кладбища, и вот буквально в двух с половиной метрах мы — хочу подчеркнуть, не только я, а именно мы — увидели у забора фигуру мужчины в черном костюме, причем я успел разглядеть детали костюма: он был как в старых фильмах (вроде фрака), из рукавов виднелись манжеты рубашки, а вместо галстука на белой рубашке был завязан шнурок — такая раньше была мода, а вместо рук и головы была какая-то светящаяся облачная масса. Жуткое зрелище. Повторяю, если бы это была галлюцинация, то как это могло привидеться одновременно двоим? От страха я хотел закричать, но вместо крика только мычал. Как позже выяснилось, мы, вероятно, прошлись по старым могилам и встревожили дух покойного, а захоронения там были 1870-1900 годов. С тех пор я на кладбища один не хожу.
♦ одобрил friday13
13 марта 2012 г.
Случилось это в 1992 году. Я служил срочную службу в погранвойсках на Сахалине. Находилось расположение роты на втором этаже здания, а на первом была санчасть. У меня там фельдшером служил приятель, с которым мы частенько сидели по вечерам, пили чай, играли.

Играли в пустой палате, подальше от офицеров. В тот вечер решили поиграть в кости. Не буду углубляться в суть игры, но там после выпадения шестёрки нужно передать ход к другому игроку (всего костей три). Начали играть. Всё было, как обычно, но в какой-то момент у меня возникло странное чувство — воздух вокруг нас как будто загустел. И тут-то всё и началось…

У меня выпали три шестёрки, и я передал ход. У приятеля тоже выпали три шестёрки, и ход перешёл обратно ко мне. У меня на всех трёх костях снова шестёрки, и так несколько раз кряду. На нас напал смех — начали сначала хихикать, потом уже перешли на хохот, после этого началась истерика. Падаем с коек (сидели напротив друг друга), хохочем так, что мышцы живота скручивают спазмы. Я понимаю, что происходит нечто странное и даже страшное, воздух возле нас словно гудит от вязкости и напряжения. Смотрю на приятеля и в его глазах вижу неподдельный ужас. Пытаюсь прекратить это, не бросать кости, но это почему-то невозможно. Мы кидаем кости уже на полу, потому что не можем встать. Игральная доска осталась на столике, но нам уже не до неё… И всё это время с мистическим упрямством при каждом новом броске продолжают выпадать три шестёрки…

Потом, когда всё это прекратилось, мы рассчитали, что кости мы бросали около двадцати минут подряд. И всё это время нас душил дикий гомерический хохот, а воздух в комнате оставался густым и натянутым, как гитарная струна. На всех костях — три шестёрки. В какой-то момент я подумал, что уже тронулся умом. Потом воздух стал постепенно обычным, мы перестали хохотать — хотя какой там уже смех, сипели только…

Мы с другом потом редко говорили об этом, но только в кости больше никогда не играли.
♦ одобрил friday13
29 февраля 2012 г.
Произошел со мной этот случай в армии, полгода назад. Сразу скажу, что я всегда был психически устойчивым — не пью, психотропных веществ не употребляю, всякие ужасы и триллеры на меня впечатления не производят, и их просмотр не выливается в бессонные ночи с непрекращающимися мрачными снами. Галлюцинаций никогда не было вообще.

В ту прохладную августовскую ночь я в очередной раз стоял на посту. Это был мой примерно 30-й по счету караул, и я считал себя уже караульным волком. В общем, халатно бросил автомат под козырек с плащом, каску отправил туда же и налегке прогуливался по наблюдательному пункту, совершенно не наблюдая за охраняемым объектом, задрав голову к небу и любуясь прекрасным небом и считая падающие звезды. До смены оставалось чуть менее часа. К этому моменту я насчитал 13 падающих звезд и подумал: «Надо хотя бы еще одну поймать, а то получается нехорошее число». Конечно, я это никак не связываю с тем, что произошло дальше, просто совпадение. Заболела шея, и, не дождавшись четырнадцатой звезды, я решил немного посидеть.

И тут-то началось. Послышался слабый металлический звук, похожий на звук открывающейся калитки на моём посту. Сначала я не придал этому значения, попеняв на обман слуха (у меня постоянно шумит в ушах — наверное, следствие повышенного давления). Через несколько секунд шум повторился и прозвучал лязг, как будто калитка захлопнулась. Поначалу я подумал приземленно: «Неужели проверка пришла? А я расселся тут: автомат отброшен, каску снял, за объектом не слежу — блин, как минимум 30 суток «губы»! Почему же меня не предупредили по связи?». Я мигом поднялся, схватил «калаш» (каску забыл), бросился к калитке — никого! Вроде отлегло от сердца. Но ведь звук был такой явственный!.. Значит, усталость просто сказывается. Я повернул обратно, но, не сделав и шага, застыл на месте.

Вдоль самолета (тренажер для студентов-десантников) двигался, как будто плавая по поверхности, какой-то силуэт. Уже через секунду я охренел, так как понял, что сквозь него виден самолет. Мне никогда так страшно не было. Я забыл устав, инструкции, то, как должен действовать, и просто от жуткого страха прямо так и заорал: «Сука, ты кто?!». Это что-то остановилось (от меня оно было метрах в тридцати) и повернуло голову в мою сторону. Я точно разглядел, что оно было очкастое, одетое в военную форму, а на поясе у него был подсумок для магазинов. Через несколько мгновений он резко влетел в крону одного из деревьев — дерево затряслось. Потом затряслось другое дерево (силуэта я уже не видел), потом третье, и больше я ничего не слышал.

До сего момента я думал, что самый дикий страх я испытал во втором классе, когда соседская овчарка загнала меня на дерево. Но я ошибался. Такого страха, как этой ночью, я никогда не знал. Я дико захотел плакать — и заплакал. Это только сидя в своей уютной комнате героически думаешь, что с интересом встретился бы с каким-нибудь призраком. А когда на самом деле встречаешься, то ничего не можешь сделать, кроме как обделаться, а через некоторое время, когда отойдешь, умоляешь высшие силы, чтобы они с тобой больше так не шутили.

Я связался с начальником караула и попросил, чтобы меня сменили прямо сейчас, ссылаясь на резкое ухудшение самочувствия. Когда пришли менять и увидели меня, то спросили, мол, как я вообще стою на ногах... и где моя каска. А мне было всё равно — я был счастлив, что они здесь.

В общем, все поверили, что я резко заболел. Когда пришли в караулку, у меня и правда поднялась температура до 38.8 градусов. Меня сняли с караула и положили в санчасть. Пролежал там неделю. Как ни странно, спал хорошо, кошмары не снились. Перед выпиской подошел к врачу и попросил, чтобы он написал мне освобождение от караула в связи с моим давлением — ведь я хотел домой вернуться физически и психически здоровым.
♦ одобрил friday13
26 февраля 2012 г.
Первоисточник: un-titled.ru

Расскажу легенду, услышанную мной от одного человека в октябре 2011 года в одном из городов Восточного Казахстана (сразу оговорюсь — не факт, что все это произошло в Казахстане).

Предположительно пару десятков лет назад (скорее всего, в восьмидесятых годах) два солдата-пограничника самовольно оставили часть и незаконно пересекли границу с Китаем. Находясь на территории этой страны не более двух часов, они жесточайше набедокурили: устроили дебош и изнасиловали двух местных жительниц. Потом спокойно вернулись назад, ни перед кем из командования так и не «засветившись».

Минуло несколько суток. Глубокая ночь. Расположение казармы погранзаставы. Весь личный состав спит крепким солдатским сном. У входа за «тумбочкой» сидит дневальный. Он тоже дремлет, хотя по уставу это категорически запрещено.

В казарму тихо вошли две женщины. Одна из них с крайней осторожностью, медленно и почти бесшумно достала из автомата дневального шомпол. Дневальный не проснулся. Затем женщина резким движением вогнала шомпол до упора сначала в один, потом в другой глаз дневального. Солдат умер на месте. Далее ночные гостьи, у одной из которых в руках влажно поблескивал окровавленный шомпол, прошли в расположение, где спала сотня пограничников. Медленно, но верно женщины выкололи глаза каждому из спящих…

Легенда гласит, что когда женщины-убийцы покончили с предпоследним солдатом, проснулся старшина роты. Увидев, что произошло с его сослуживцами, он в ту же минуту умер от шока. Что было дальше, не уточняется.

Только представьте себе, какое это дикое ЧП. Даже не «дикое», а даже слов, применимых к этой истории, нет. Около сотни молодых парней погибли за несколько десятков минут такой ужасной смертью…

Разумеется, была создана специальная группа по расследованию этого дела. Скорее всего, в ходе следствия и были установлены примерная хронология и мотивы преступления, изложенные выше.

Говорят, что все это чистая правда. В качестве аргумента приводят то, что если спросить об этой истории у любого пограничника, то якобы он с точностью все это подтвердит.
♦ одобрил friday13
Как-то наше подразделение отправили в область Дарьяльского ущелья — не в само ущелье, а неподалеку у границы. С утра мы там походили, порыскали, как обычно. Все нормально было — никаких признаков присутствия людей (кроме нас, конечно). Остались там на сутки. К ночи, как всегда, разведку отправили в секрет, и, как обычно, к нам одного пулеметчика на всякий случай прикрепили. Нас было 4 человека, мы вооружились и выдвинулись. А там лес есть, и около него дома полуразрушенные, брошенные, причем давно, когда-то здесь вайнахское поселение было. Один домик нам хорошо был знаком — самый целый из всех, мы его называли «полковничий дом», так как когда-то тут жил один полковник, очень давно. Этот дом, по сути, служил нашей картографической привязкой, мы по нему обычно квадрат определяли.

Мы обошли второй квадрат, третий, затем девятый, потом перешли к четвертому — как раз там, где эти домики были. Вроде как все спокойно было, правда, ощущения не очень приятные были, непонятно почему. Дамский (пулеметчик) вообще нервный какой-то был, а дом полковника как-то отдельно от всех стоял и мы его пока не стали проверять, хотя все остальные уже проверили — как говориться, «зачистили». Остановились передохнуть минуты три, присели. Парни закурили, я тогда уже не курил. Сидим,говорим о чем-то, и тут подскакивает Леха «Динамит» и говорит, мол, в полковничьем доме какой-то огонек видел…

Мы быстро взяли оружие в зубы и отправились туда. Подходили тихо, медленно, и уже на солидном расстоянии сами увидели огонек, причем от сигареты. Кто-то там курил. Сигарета все не тухла, и огонек «пульсировал». Мы на глазок определили примерный рост курящего — где-то 170-175 сантиметров, — затем по связи передали, что в таком-то квадрате возможно проникновение (положение и сейчас не лучшее на Кавказе, а тогда, на конец августа — начало сентября так и вообще чуть ли не военное было). К нам выслали еще ребят, а нам приказали к объекту приблизиться на максимально возможное расстояние и наблюдать. В случае бегства или еще чего разрешалось предпринимать какие-либо действия.

Вот мы подошли втихую к домику, залегли где-то метрах в десяти от него и наблюдаем… Сигаретка все тлела, потом даже «полетала» немного в воздухе, как будто курящий жестикулировал или просто рукой поводил. Вообще, по идее, уже то, что вот так мы это увидели, было как-то из ряда вон — согласитесь, какой дурак при таком положении в запрещенной зоне стал бы так вот напоказ курить, зная, что тут бывает патруль? Нас это сразу насторожило: либо нам бой хотели навязать, либо действительно какие-нибудь идиоты-новички в этом деле… Следили где-то минуту, а потом вдруг сигарета упала, причем вертикально, даже не в сторону — как была, так и упала. Мы подумали, что там, наверное, нас заметили, и решили вдвоем с Динамитом туда сходить.

Подошли быстро к дому, к двери — все спокойно. Открыли дверь, уже приготовились палить во все, что движется, но никого не было. Правда, там еще комната была, но и в ней никого не было, а сигарета лежала уже почти полностью сгоревшая, немного еще оставалось. Тут я обратил внимание, что сигарета эта продолжает тлеть. Поднял ее и удивился — такое ощущение странное было: дым выходил так, как будто ее еще кто-то курит, порциями, причем немаленькими. Ну, думаем, чёрт с ней, с сигаретой. Зашли на всякий случай в другую комнату — там тихо, все в пыли, никаких следов чьего-нибудь присутствия. Поворачиваемся, чтобы уйти, и видим такую картину: в предыдущей комнате стол у угла был, и вот над столом склонился чей-то силуэт, явно не из наших — просто склонился, и больше ничего не делал. Мы медленно подходим к нему. И вот знаете — моргаешь, и на какие-то доли секунды зрение всё-таки прерывается. Так вот, я моргнул, а силуэта уже и нет… Подошли к столу, он по-прежнему в пыли весь был, хотя должны были остаться отпечатки от рук. Мы еще переглянулись с Динамитом удивленно — непонятно ничего…

Где-то через минуту-полторы Дамский вдруг начал строчить из пулемета по дому как раз там, где мы были. Чуть правее сначала дал, мы повалились на пол, сидим под окном, закрываемся как можем, кричим во всю глотку, чтобы прекратил огонь — а он все строчит и строчит. Хорошо, что у него в коробе только 200 патронов было. Когда стрельба прекратилась, мы оттуда кинулись, нас уже свои на выходе ждали, все бледные, особенно Дамский. Все чуть ли не трясутся, особенно мы — от злости. Спрашиваем, что за шутки, и они отвечают, что, мол, когда вы ушли в другую комнату, за вами кто-то зашел — непонятно кто, затем исчез в темноте. А потом, когда мы подошли к столу, прямо за нашими спинами целая толпа стояла. По их словам, кто-то из них якобы положил сначала на плечо Динамита руку, а другой что-то вроде кинжала достал (мы-то фонарики уже тогда включили, освещение какое-никакое было), и тогда уже Дамский стал палить в нашу сторону. По его словам, он не хотел, а всё равно стрелял.

Мы сами пришли в шок от их рассказов, да еще и связь молчит, хотя давным-давно должны были запрос послать, что за стрельба. Начали сами связываться, а связи нет, помехи одни. Остались там, минут через к нам десять основная группа подошла. Оказывается, они еще и ничего не слышали никакой стрельбы, хотя ПК шумит — дай бог. В общем, вместе ушли потом обратно на базу, там уже и вопросы были, чуть ли не допрос…

На следующее утро все-таки мы решили пойти туда еще раз, взглянуть на домик. Втроем пошли — Дамский, Леха «Динамит» и я. Подошли к дому — ни дыр от пуль, ни гильз, ничего, что напоминало бы о стрельбе. А патронов между тем не было, и все прекрасно помнили, что стрельба-то настоящая была. Чёрт знает, что это было. Сейчас все подразделение об этой истории знает, но мы редко когда об этом вспоминаем, особенно те, кто там при всем этом был…
♦ одобрил friday13
Эта история произошла с моим сослуживцем летом 2001 года. Он три недели как из Кавказа с командировки вернулся, и ему дали отпуск. Вечером, перед самым закрытием гаражного кооператива, часов примерно в 23:45 — 23:50 (время он точно помнит, потому что в полночь ворота в кооперативе закрывали и выпускали собак), он машину поставил, из кооператива вышел и пошёл домой. Сам кооператив расположен между частным сектором и пятиэтажками. Чтобы дойти до улицы Шилова (где находятся пятиэтажки), надо сначала пройти по дороге через пустырь (около 200 метров). Дорога асфальтированная, неосвещенная. С одной стороны, собственно, пустырь, а с другой сначала около ста метров тянется стена кооператива, а потом идут бараки одноэтажные и частные дома. Дорога на всем протяжении обсажена тополями, а там, где ближе к баракам, за тополями, все перекопано было — город то ли трубы тянул канализационные, то ли еще что, я уже сейчас не помню: факт, что земля перерыта была траншеями.

Мой знакомый прошел несколько десятков метров от ворот. Как он рассказывал, было темно — сзади только освещенный фон от ворот кооператива. Он услышал шаги за спиной и обернулся, видит — мужчина за ним идет. Расстояние между где-то два десятка шагов. Знакомый отвернулся и дальше идёт. Потом слышит — шаги ближе и чаще, видимо, мужчина ходу добавил. При этом слышно, что он бормочет что-то себе под нос неразборчиво. Знакомый прошел еще несколько шагов и слышит, что бормотание уже совсем близко сзади, а характер шагов изменился — чаще, что ли, стал. Он обернулся, смотрит — а мужчина за ним на четвереньках бежит. Он сначала подумал, что какой-то алкоголик допился — ноги не держат, но тут же увидел, что мужчина то на четвереньках скорость не потерял, а наоборот, быстрее расстояние сокращать стал, и так же ровно продолжает бормотать...

Сослуживец не робкого десятка, но говорит, что ему очень страшно стало — не как от опасности на войне, а какой-то жуткий страх навалился, аж кишки скрутило холодом. Говорит, что сразу пистолет Макарова из сумки выдернул, затвор передернул и в мужика прицелился. Мужик остановился, не переставая бормотать и не вставая с четверенек, потом как собака прыгнул в тополя и за ними в канаву. Еще несколько секунд еще было слышно, как он песком шуршит, а потом всё затихло. Сослуживец говорит, что до освещенного места пятился, озираясь с пистолетом в руках, до того страшно было.
♦ одобрил friday13
Из книги Александра Бушкова «НКВД: Война с неведомым»:

------

О характере выполнявшегося нами задания говорить не буду. Мы в условленной точке встретились с кем следовало и возвращались с пакетом к месту, где с лошадьми оставались оперуполномоченные З-о, К-ов и Г-ов. Меня сопровождали оперуполномоченные К-н и Л. (последний являлся корейцем по национальности и местным уроженцем). При подходе к зимовью нами была отмечена тишина в его окрестностях, производящая впечатление странной. В чем заключалась странность, мне непонятно до сих пор, но тишина каким-то образом оставляла стойкое впечатление физически ощутимого, давящего беспокойства. Имея основания предполагать нападение на зимовье перешедшей границу банд-группы, я распорядился приготовить личное оружие и скрытно продвигаться к зимовью с трех направлений (по числу нас).

Когда мы приблизились на достаточное для визуального наблюдения расстояние, нами было обнаружено отсутствие у коновязи всех шести лошадей (на бревне имелись лишь обрывки поводьев). Пока оперуполномочнные К-н и Л. заходили с флангов для открытия при необходимости перекрестного огня, я обнаружил на расстоянии 3–4 метров от зимовья два человеческих скелета, почти скрытые шевелящимися массами, имевшими структуру зернистой икры или кучки ягод. При моем приближении эти массы пришли в активное движение, деформируясь так, что стали уже напоминать не груды мелких предметов округлой формы, а скорее плоские продолговатые полотнища, которые, использовав мое замешательство, скрылись меж деревьев со скоростью, ориентировочно превышающей скорость передвижения бегущего человека, но уступавшей скорости велосипедиста. При этом слышались негромкие звуки, напоминавшие сухой шелест — предполагаю, возникавшие при перемещении масс по слою слежавшейся хвои. Автоматная очередь, выпущенная мною по одному из объектов, видимого воздействия на последний не оказала, хотя несколько попаданий зрительно мною были отмечены.

Больше всего объекты походили на скопление насекомых вроде муравьев или саранчи, но это касается лишь чисто внешней схожести всей массы. Данные массы (имевшие при движении площадь ориентировочно около квадратного метра каждая) состояли не из насекомых, а из чего-то вроде бусинок несколько неправильной формы, скорее шарообразных, чем продолговатых. Цвет — темно-рыжий, гораздо темнее прошлогодней хвои.

Некоторое время в окрестностях трассы прохода данных масс ощущался резковатый неассоциирующийся запах, не напоминавший запах каких-либо известных мне химических препаратов либо газов.

Преследование я, как старший группы, счел нецелесообразным, учитывая загадочность объектов, скорость их движения и совершенно неизвестную степень опасности, способную от них исходить. Когда мы занялись осмотром места происшествия, нами было вскоре установлено, что скелеты с огромной долей вероятности принадлежали товарищам З-о, К-ову и Г-ову (третий скелет был найден внутри зимовья), что определялось по часам, портсигарам, личному оружию и разнообразным мелким вещам, из которых сохранились лишь те, что имели, как мне теперь ясно, искусственное происхождение (эбонит, металлы, целлулоид, стекло и т. д.).

Материалы натурального происхождения (одежда, кожа сапог и ремней и т. д.) исчезли бесследно. Кроме того, нижняя левая конечность одного из скелетов имела следы заросшего сложного перелома, что свидетельствовало о его принадлежности оперуполномоченному З-о, как мне было известно, четыре года назад получившему именно такой перелом (косой, закрытый, с дроблением в месте перелома). Скелеты выглядели полностью очищенными от мышечной ткани и сухожилий, крови вокруг не имелось.

Судя по отсутствию нагара в стволах личного оружия, отсутствию расстрелянных гильз, а также положению оружия при останках, оперуполномоченные были застигнуты совершенно неожиданно (нет никаких сомнений, что их убили именно эти странные массы), в противном случае пришлось бы допустить цепочку самых невероятных совпадений. Обрывки поводьев свидетельствуют, что лошади бежали в тайгу (это подтверждается и тем, что ни единой лошадиной кости нами в окрестностях не было обнаружено). Давая волю собственным домыслам, могу полагать, что внезапное бегство лошадей связалось для наших несчастных товарищей не с какой-либо повышенной опасностью, а, вероятнее всего, с появлением поблизости крупного зверя вроде медведя (именно так на их месте я и расценил бы, скорее всего, внезапное бегство лошадей).

С оперуполномоченным Л., также видевшим скрывавшиеся в тайге массы (товарищ К-н, подходя с другой стороны, их не заметил вовсе) еще до завершения осмотра места происшествия произошло нечто вроде эпилептического припадка (чего за ним ранее не наблюдалось). В весьма бессвязных выражениях он сообщил, что данные хищные существа были известны местному населению с давних времен, но встречались все реже, так что местным населением предполагались к сегодняшнему дню полностью исчезнувшими. Название существ в языке местного населения, насколько я мог разобрать из выкриков товарища Л., звучит как «ли-со» либо «лиги-со». Товарищ Л. уверял также, что эти существа издавна считаются местными нечистой силой, и встреча с ними влечет скорую смерть даже без непосредственного контакта.

Как старший группы, я принял решение, захоронив скелеты и собрав личные вещи, пешком продвигаться к ближайшему населенному пункту, входящему в зону ответственности местного погранотряда. Состояние оперуполномоченного Л. становилось все хуже; к вечеру второго дня он не мог более передвигаться на своих ногах и впал в бредовое состояние с полным неузнаванием как окружающих реалий, так и нас. С наступлением темноты он скончался с симптомами предположительно сердечного приступа, и на рассвете, убедившись в наступлении трупного окоченения, мы с оперуполномоченным К-ном предали тело земле, после чего продолжали движение по тайге, где около одиннадцати часов утра были остановлены конным пограннарядом и после сообщения нами пароля доставлены в город.

После подробного доклада руководству я и оперуполномоченный К-н были в соответствии с практикой подвергнуты спецпроверке разных планов, не выявившей в наших действиях каких-либо компробстоятельств или служебных упущений. Мы были признаны годными к несению дальнейшей службы, хотя и направлены на неделю на санаторное лечение с полным медицинским обследованием.

По некоторым доходившим до меня сведениям, руководством была проведена проверка на месте происшествия с выходом туда спецгруппы, но ее результаты до нас не доводились. Мы сами не могли задавать об этом вопросы вышестоящему начальству, т. к. подобное противоречило сложившейся практике и, безусловно, не поощрялось.

В том же месяце я и оперуполномоченный К-н были отправлены к новым местам службы. С нас была взята соответствующая подписка о неразглашении установленной формы.

Более мне об этом показать нечего. Могу добавить, что состояние товарища Л. и его последующая смерть были вызваны, как ныне полагаю, самовнушением, базировавшимся на местных суевериях, от которых он, к сожалению, оказался не свободен. И я, и тов. К-н (с которым я не раз виделся впоследствии) не испытали в жизни ничего, что можно было бы назвать вмешательством мистических сил, о которых бредил товарищ Л. перед смертью. Обозревая прошедший жизненный путь, могу с уверенностью заключить, что и у меня, и у товарища К-на была прожита самая обычная жизнь без всякого мистического вмешательства, с обычными опасностями, подстерегающими людей нашей профессии как во время Великой Отечественной войны, так и в мирное время. Никаких «полос невезения» вспомнить не могу.

Особого интереса к происшествию у меня нет, т. к. слишком велик недостаток информации о виденных мною объектах, что не позволяет работать с версиями и даже выдвигать таковые.
♦ одобрил friday13
9 января 2012 г.
Эту историю рассказал мой хороший приятель. Случилось это 11 лет назад. Служил он под Плесецком, в военно-космических войсках. Как-то раз в начале ноября их комвзвода с двумя сослуживцами решили поохотиться в тайге. Взяли с собой ещё двух бойцов и того моего товарища — он водителем служил. Загрузились в «УАЗик» и часа в два дня выехали из части. До места (там избушка охотничья) езды было 15 километров.

Доехали быстро, без приключений. Расположились, как водится, выпили (конечно, окромя бойцов) и решили пораньше лечь спать, чтобы с утра идти в тайгу. Кто был на севере, тот знает, что окна в лесных сторожках делают на высоте двух с половиной метров, чтобы медведь с росомахой не забрались. Избушка была небольшая: посредине стол, а по периметру три пары нар. Домик находился на сопке, а внизу было чистое лесное озеро.

Часа в 4 ночи всех разбудил истошный крик одного из бойцов. Естественно, все вскочили с оружием, включили фонарь и увидели солдата, который сидел на верхней полке, обхватив колени руками, и трясся. Отошёл он только минут через сорок и рассказал, что ему показалось, будто его кто-то тормошит во сне за плечо. Он открыл глаза, увидел в окне в свете луны силуэт женской головы и закричал.

Солдату, конечно, досталось по первое число за то, что всех разбудил, но всё-таки решили выйти и посмотреть — может, действительно медведь «шалил». Вышли и обнаружили, что ящик с капканами и прочим снаряжением, который тащили два здоровых мужчины и оставили у дверей, был пододвинут к окну, а вокруг (ночью выпал первый снег) было множество следов от голых женских ног. Обалдевшие охотники, взяв с собой пару автоматов, решили пройти по следу. Но следы уходили под сопку и обрывались на берегу озера. Естественно, ни о какой охоте не могло быть и речи. Все погрузились в машину и рванули в часть.

Решили никому не рассказывать, но потом по пьяни кто-то проговорился, и всплыла такая история. Рассказал её разнорабочий из вольнонаёмных, которому было лет шестьдесят. Сам он родился и вырос в этих местах. Так вот, когда ему было лет 10-11, недалеко от нынешней части было поселение старообрядцев. Во время амнистии 1953 года группа зеков, то ли сбежавших, то ли амнистированных, изнасиловали и убили девушку из этой деревни (кстати, труп так и не нашли, только окровавленную одежду). С тех пор она ходит по тайге и показывается только охотникам или солдатам, как будто просит помощи. В деревне, которая по соседству с частью, говорят, видели её мужики на охоте, и не раз...
♦ одобрил friday13