Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ВО ДВОРЕ»

25 ноября 2012 г.
Сидел я, наворачивал тушёнку прямо из банки вилкой. Холостяк, что с меня взять. Открыл шкафчик под раковиной, где у меня располагается мусорка, чтобы выкинуть банку, и обнаружил, что ведро переполнено. Со вздохом решился пойти выбросить мусор.

Погружённый в философские размышления, почему такое высокоразвитое существо, как человек, обязано выполнять такие низменные обязательства, как таскание вонючего ведра, я добрался до помойки. Из за стенок П-образного бетонного ограждения ещё не было видно, что происходит на территории помойки, но я услышал, что там кто-то копошится. «Бомжи», — подумал я.

Когда я обошёл ограждение, выяснилось, что ворошилось в мусоре некое карликовое существо. Высотой существо было не больше 130 сантиметров, одето в поношенные грязные детские одеяния. Тщедушное тело было повёрнуто ко мне спиной. На душе мне вдруг стало невыносимо мерзко, что в нашем мире происходят такие вещи. Я огляделся, но взрослых вокруг не обнаружил. По отчаянным копаниям в мусоре и дико изношенной одежде было понятно, что ребёнок находится в крайней нужде.

Зрелище копошащегося в мусоре ребёнка одновременно разрывало сердце и при этом завораживало. Я застыл в оцепенении. Я не знал, что делать. Вызвать органы опеки?.. Да, определённо — нужно вернуться домой и позвонить в органы опеки...

Тут копошащийся ребёнок прекратил свою деятельность и замер — он понял, что за ним наблюдают. Мне отчего-то стало страшно. Мне представилось, что сейчас ребёнок обернётся абсолютным злом и набросится на меня, как хищник. Моё сердце заколотилось в бешеном ритме, дыхание стало горячим и частым.

И тут это существо обернулось.

Это действительно был ребёнок. Но лицо его было столь безобразным, что, казалось, человек в принципе не может быть таким безобразным. Асимметричное лицо с абсолютно нелепыми чертами. Одно веко было приопущено. Ребёнок был жутко истощён, на лице были следы сильных побоев. Он посмотрел на меня с таким жалостливым выражением, что я увидел в его глазах только один вопрос: «За что? За что мир так жестоко со мной обошёлся?».

На меня накатила тошнота. Ведро выпало у меня из рук, и я в спешке удалился домой. Дома мне стало невыносимо мерзко, в памяти постоянно всплывал образ безобразного детского лица с нескончаемой тоской и отчаянием в глазах.

Мне стало жутко стыдно и плохо на душе. Я тогда напился, пытаясь выкинуть из головы этот образ. Вспоминал доброту собственной матери, уют и заботу, которыми я был окружён в детстве — но тут же лишь ещё ярче представлял, каково это быть обездоленным жалким уродцем без единого шанса на нормальную жизнь. Без малейшей надежды.

Я смотрю в окно — на серое, уродливое, заполоненное людьми здание. На изгаженную, грязную холодную улицу. И мне страшно.

Просто страшно.
♦ одобрил friday13
18 сентября 2012 г.
Автор: Juja

Одно из самых страшных воспоминаний моего детства — огород. Я его панически боялась и никогда не ходила туда одна. Была тому причина — один раз, когда мне было года три, я захотела поесть гороху и отправилась огород. Чтобы сократить путь к гороховой грядке, я пошла прямо по гряде с тыквами, и тут меня кто-то сильно схватил за ногу. Я закричала, оглянулась назад — и закричала ещё сильнее: из тыквенных зарослей высунулась рука, которая крепко стиснула мою ножонку. Было очень больно. Я попробовала освободиться, но ничего не получилось, и я упала на землю. Тут я увидела то, что никогда не забуду — рука была сама по себе, без тела!

На мой крик прибежала бабушка, с которой тогда мы были дома вдвоём. Она стала поднимать меня с земли, и в этот момент рука стала рассыпаться, как известь. Бабушке я обьяснить ничего не могла, меня трясло, но думаю, она знала, в чём дело — меня очень долго водили к одной женщине, которая лечила меня от испуга и заикания. До сих пор не знаю, что это было, да и знать особо не хочется.
♦ одобрил friday13
7 сентября 2012 г.
Я всегда была материалистом до мозга костей — не верила ни в НЛО, ни в привидения, ни в домовых, словом, ни во что, ставящее под сомнение научно объяснимую сущность нашей жизни. Это теперь я, слыша в родном деревенском доме, стоящем на отшибе, голоса, задумываюсь — воображение ли играет с непривычным к тишине городским ухом, или шлют привет из прошлого мятежные души прежних жителей...

Эта история произошла года три назад. Большую часть лета я провела в деревне в Калужской области, где у нас небольшой кирпичный домик и довольно просторный участок (десять с половиной соток). В этой деревне всего 10 домов, жилых из них 6. Участки расположены на достаточном отдалении друг от друга, у всех высокие неподступные заборы — защита от коз.

Деревня есть деревня — удобства все, как вы понимаете, на улице. Внешнего освещения нет, свет из окон слабо помогает, так что желающим оправиться рекомендуется иметь либо кошачье зрение, либо фонарик. Фонарик в ту ночь ненароком утащил в свою комнату отец, так что добираться до заветного зеленого домика пришлось наощупь — июль, пасмурно, ни тебе звезд, ни луны, а идти аж до середины участка. Делать было нечего — топ-топ сначала по плитам, потом по шиферу, потом по земле. И тут краем глаза я уловила что-то необычное в глубине огорода — там, где растет крючковатая старая яблоня. Я обернулась...

Желудок ухнул куда-то вниз. Под яблоней зависло что-то мутное, излучающее совсем неяркое свечение, которое, впрочем, в силу густой темноты ночи сильно выделялось. Оно висело почти неподвижно и было, предположительно, размером чуть меньше меня. Зрение у меня не очень, но в мутном образе отчётливо проглядывались размытые человеческие формы. Туман? Но почему только под яблоней? Светлячки? Их сроду не водилось в наших краях…

Пока я думала, странное видение исчезло — как-то сверху вниз, будто шлепнулось о землю, а из-под яблони еле слышно что-то заскрипело и жалобно звякнуло. Ночь, как ни в чем не бывало, погрузила окрестности обратно во тьму.

Наутро под яблоней красовалась воронка глубиной метра полтора и в диаметре примерно столько же. Отец, крайне удивленный таким событием, взял лопату и поковырялся в яме, пока не наткнулся на ржавое кольцо от колодезного ворота и кованый штык-нож. Дальнейшие раскопки подтвердили, что когда-то на том месте стоял колодец, но в военные годы в него побросали всякую военную и не очень утварь — на свет из ямы явились подковы, кованые гвозди, битые кувшины, неровно отлитые стеклянные бутыли и пузырьки и прочее, прочее…

Что это было? Пар ли от остатков глубоких источников, когда-то питавших колодец — или вместе с ржавыми огрызками прошлого земля выплюнула что-то иное?..
♦ одобрил friday13
31 августа 2012 г.
Прочитав эту историю, вспомнил, что нечто похожее было у меня в жизни. Если бы не эта история, не вспомнил бы даже. Ни капли не лгу, всё происходило в действительности.

Я с детства каждое лето отдыхал у прабабушки в другом городе. Там возле её дома есть старый детский сад. Он не заброшен, днём там во дворе даже играют детишки, но их забирали к шести вечера, и с семи часов там уже точно никого не бывало.

Когда мне было 14 лет, почти все мои ровесники в этом городе (по крайней мере моё окружение) начали увлекаться спиртными напитками. Был там паренёк один, ему 19 лет тогда было, но он почему-то всегда водился с малолетними вроде нас. Собственно, он и покупал нам пиво и сигареты. И вот как-то раз сидели мы во дворе этого детского сада с пивом и разговаривали — я, ещё трое парней, тот самый парень и ещё пара девчонок, причём с одной из них я тогда как бы встречался. Ближе к ночи все постепенно разошлись, оставив меня с девушкой. Мы сидели на лавке, и тут мне захотелось облегчиться. Сказал ей: «Я пойду за угол, посиди тут, хорошо?». «Хорошо», — ответила она.

Я отошёл, сделал своё дело, возвращаюсь — а моя девушка куда-то пропала. Смотрю — какой-то маленький мальчик стоит в стороне спиной ко мне, года четыре на вид. Я у него спросил: «Эй, ты не видел, тут девчонка сидела?». А он вдруг развернулся и налетел на меня на скорости легкоатлета. Лица его я не увидел — перепугался и отскочил в сторону, а он побежал за угол. Я бросился за ним, а он завернул за другой угол. И тут я услышал звук падения, подбежал — а там на земле лежат шорты, футболка и шлёпки, в общем, его одежда. Самого мальчика нигде нет. Я стоял, недоумевал и внезапно почувствовал, как меня кто-то сзади за шею холодной рукой схватил. Развернулся, как ужаленный — никого...

Я тогда обежал ещё раз садик, чтобы удостовериться, что мальчика и девушки поблизости нет, и отправился домой. На следующий день встретились с девушкой — она сказала, что ей было страшно сидеть одной, она пошла искать меня за угол, но не нашла и направилась домой...
♦ одобрил friday13
30 августа 2012 г.
Это произошло весной прошлого года. Пасмурной ночью я проснулась из-за того, что захотела в туалет. Пересилив лень, я натянула штаны поверх ночнушки и пошла к входной двери. Взгляд упал на настенные часы — стрелки показывали час ночи. Тут надо упомянуть, что живет наша семья в поселке городского типа. Усадьба у нас большая, имеется огород, а доверили мы охрану участка двум огромным кавказским овчаркам.

Туалет находился около ограды, разделяющей двор и огород. Я взяла фонарик, накинула куртку, включила на улице свет и вышла из дома. Было очень темно, так как тучи закрыли собой луну. Подозвала к себе собак, погладила их и пошла к туалету. Выйдя из него, я не поспешила пойти в дом, а постояла, наслаждаясь свежестью весенней ночи.

Меня отвлек странный шум за оградой. Выглянув из-за туалета, я ничего не разобрала в темноте за оградой. Даже свет от фонаря не помогал — металлическая сетка отражала его. Собаки были где-то за домом. Шум усиливался, и я поняла, что это звук шагов по накрытой на посадку пленке огорода. Звук приближался со стороны соседей и направлялся параллельно нашему двору. Я подкралась к сетке, подняла руку с фонариком выше неё и включила свет.

Сердце ушло в пятки: по огороду в двадцати метрах от меня бежало огромное горбатое существо с длинными лапами. Угольно-чёрное создание остановилось и посмотрело в мою сторону своими алыми глазами. В воздухе неприятно запахло горелым. Это продолжалось примерно десять секунд, потом зверь отвернулся и побежал дальше. Фонарик дрожал в моих руках. Я медленно отошла от сетки и дернулась, когда из-за дома выбежали овчарки. Они, словно бешеные, набросились на сетку и начали громко лаять.

Я на всех парах добежала до дома, разделась и нырнула под одеяло. Заснуть не смогла, лишь неотрывно смотрела в зашторенное окно. Постоянно прокручивала в голове момент, когда существо на меня взглянуло. Мне было очень страшно...

Утром я рассказала отцу о том, что видела. Он сказал, что это, наверное, была собака, но я уверена — таких собак не бывает. Кстати, наши псы утром были дергаными и нервно метались по вольеру, будто до сих пор чувствовали присутствие того создания. На огороде я следов чудовища не обнаружила — и от этого стало еще более жутко.

Прошел год, с тех пор я этого монстра не видела. Но больше ночью стараюсь в туалет не выходить.
♦ одобрил friday13
13 августа 2012 г.
Возвращались мы тогда с вечеринки втроём, часа в два ночи где-то, соответственно, пьяные вдрызг, но шли нормально. Попали в незнакомый двор. Идём, вокруг тьма кромешная, ничего не видно. Мои друзья устали и предложили — вон детская площадка, пойдём, посидим. Всем идея понравилась, и мы направились туда. На качелях медленно качался мальчик лет десяти. Мы немного удивились — что это он тут делает так поздно? Мой друг издалека ему крикнул: «Малец, а не поздновато ли для тебя?». Тот ничего не ответил. Тут, видно, проснулись у моего друга пьяные принципы — паренёк ему не ответил, это не дело, надо, чтобы ответил. Ну и друг пошёл к нему со словами: «Эй, ты глухой, что ли?». Мы его удержали — говорим, ещё ребёнка побьёшь. Тут мой взгляд упал на него, и как-то нехорошо мне стало: даже в темноте было видно, что мальчик улыбается, только странно как-то — улыбка какая-то пугающая, будто до ушей. Я тогда подумал, что мне это по пьяни показалось, но, как мы выяснили позже, все это заметили. «Чего это он лыбится?» — возмутился всё тот же друг. А мальчик всё ухмыляется, и лицо не меняется у него, сам медленно раскачивается на качелях. «Парень, с тобой всё в порядке?» — спросил кто-то из нас. Мальчик опять промолчал и вдруг резко встал с качелей, потянулся обеими руками к левому глазу, поковырялся там и бросил что-то на землю. Кровь стала заливать его лицо. Мне тогда хватило сил сказать только: «Да ну на...» — и тут меня настигли рвотные позывы. Я, зажимая рот, побежал, куда глаза глядят. Друзья же кинулись к мальчику с криками: «Ты что делаешь???». Друзей я долго ждал в конце этого двора, да только не было их. Смелости не хватило вернуться туда, на звонки они не отвечали, и я пошёл домой в одиночку.

К утру они нашлись — проснулись, говорят, в подъезде какой-то девятиэтажки, грязные и с похмелья. Про парня и качели ничего не помнят. А мою историю всерьёз не восприняли, сказали, всякое на пьяную голову померещится. Только вот я точно знаю — не мерещилось мне, реально это было. Хотел я им тот двор потом показать, но так и не смог его найти — шли мы ночью, район незнакомый, девятиэтажек там уйма, похожих дворов полно, попробуй найди среди них нужный...
♦ одобрил friday13
В один из вечеров провожал я свою девушку до дома. Попрощавшись с ней, я пошёл к себе домой. Время было позднее, и я решил срезать через дворы. Прохожу сквозь одного из дворов и вижу парня лет двадцати пяти. Рядом с ним стоит бабуля бомжеватого вида, и видно, что ругаются они серьёзно — парень с кулаками на неё лезет. Надо заметить, что парень явно не бедный — прилично одет, в руках мобильник. Как я понял, ругаются они из-за того, что бабуля, проходя мимо его машины с тележкой на колёсиках, видимо, поцарапала краску. Сначала, я даже подошёл к ним — старуху жаль стало, — но потом решил не лезть не в свое дело и быстренько стал обходить их. Тут я услышал звук удара, повернул голову и увидел, как бабка упала. Парень, значит, всё-таки двинул ей... Я остановился, соображая, как мне поступить в такой ситуации. Но тут вижу — поднимается бабка сама на ноги. Но странно как-то и долго поднимается. Когда они скандалили, она до груди едва ему доставала, а тут смотрю — она над ним возвышаться примерно на две головы стала. Пригляделся я и вижу — не стоит она, а будто парит в метре над землёй!

У меня отвалилась челюсть. Я зажмурил глаза и резко открыл — ничего не изменилось: «божий одуванчик» все так же парил над землей. Я решил побыстрей уйти оттуда. Сделав шаг, я услышал громоподобный низкий голос:

— ТЫ НА КОГО РУКУ ПОДНЯЛ, УРОД?!

Я завертел головой в надежде найти источник этого голоса. Но вокруг не было ни души. Пришлось признать — этот голос принадлежит старушке. Испытав смешанное чувуство изумления и ужаса, я спешно начал ретироваться к углу здания, чтобы нырнуть за него. Воздух вокруг вдруг стал вязким, как будто я бултыхаюсь в бассейне сгущенного молока. Я не мог скоординировать действия рук и ног, но и упасть тоже не мог. Застыв в неестественной позе, я все же вывернул шею и оглянулся.

Парень, только что казавшийся таким из себя «крутым» пупом земли, лежал на земле и, извиваясь как змея, пытался отползти от нависшей над ним старушки. Изо рта парня неслись звуки, схожие с мяуканьем котенка и кваканьем лягушек. А старушка, протянув к парню руки, просто хохотала громким басом над попытками парня отползти. Казалось, что она просто наслаждается его беспомощностью.

Тут я заметил, что руки старушки стали удлиняться. Парень, наверное, тоже заметил это, и завизжал как поросёнок. А руки всё росли и росли. Мне показалось, что она хочет схватить парня за горло. Тут она резко повернула голову в мою сторону, и мы встретились взглядами. Глаз, как таковых, у неё я не увидел — вместо них были черные дыры.

Последнее, что я помню — это то, что я, сжавшись в комок, придвинув колени к подбородку, начал креститься и, не узнавая своего голоса, стал выкрикивать обрывки каких-то молитв. А также помню скрежет, стоны парня, этот мерзкий голос, кричащий что-то...

Утром меня нашли милиционеры. Отвезли к себе, долго допрашивали, пытаясь выяснить, что я видел, знал ли я Юрия Николаевича. Я на все вопросы отвечал, что ничего не помню. Сказал, что был пьян и просто уснул во дворе, хотя я в тот день ни грамма спиртного не выпил. Но и рассказать о случившемся я не мог. И не потому, что я боялся, что мне не поверят и упекут в психушку, а потому что знал — эта старушка видела меня и хорошо меня запомнила.

В итоге меня отпустили. А причиной смерти парня, как я узнал потом от знакомых в МВД, признали инфаркт.
♦ одобрил friday13
10 февраля 2012 г.
Наконец-то смена подошла к концу и я, миновав турникет, вышел за проходную родного завода, поправил рюкзак на плече и втянул ноздрями свежий прохладный ночной воздух. Вдалеке видны тусклые огни спящего промышленного городка, где-то слышен редкий лай бродячих собак, ярко светят звёзды — вот за это я и люблю работать на второй смене. А ещё потому что начальства поменьше и смена на полчаса короче. Я сел на скамейку и стал ждать, когда же Алексеич наконец-то заведёт служебный автобус и развезёт нас по домам. Постепенно к скамейке подтягивались другие мужики, закуривали и начинали травить разные байки. Люблю такие вот душевные разговоры, поэтому придвинулся поближе и стал слушать. Но только дядя Коля начал рассказывать про то, как они с тестем в прошлом году на рыбалке лодку потеряли, к остановке подъехал дырчащий и изрыгающий клубы чёрного вонючего дыма старый «ПАЗик». Я зашёл внутрь, поздоровался с Алексеичем и уселся на своё привычное место.

— Все тут? — спросил Алексеич.

— Вроде все, — ответил дядя Коля. — Поехали уже, спать охота.

— Ну, если все, тогда поехали.

Дверь с лёгким скрипом закрылась и автобус, издав надрывный ревущий звук, тронулся с места и помчался по старой выбитой дороге. За окном мерцали фонари, из потрёпаных динамиков доносился голос Шатунова — радиоприёмник Алексеича ловил только мерзкое «Ретро-FM», автобус качало из стороны в сторону — и я сам не заметил, как уснул. Проснулся оттого, что автобус сильно тряхнуло, когда он заехал в какую-то выбоину и с водительского места начали доносится мат и жалобы на нынешнюю власть, которая не может нормально полатать дороги. Протерев глаза, я уставился в окно, стараясь понять, куда это я заехал. Понять долго не получалось, но когда увидел яркую витрину знакомого круглосуточного магазинчика, дошло — пару остановок благополучно пропущено и теперь до дома прийдётся тащиться пешком. Схватив рюкзак, я соскочил со своего места и почти бегом направился к двери, крича:

— Стой, Алексеич! Тормози!

От неожиданности Алексеич дёрнул рулём, автобус немного занесло, но, вовремя опомнившись, он резко затормозил, отчего меня бросило вперёд, и если бы я не успел схватиться за поручень, зубов бы у меня точно поменьшало бы.

— Саня, ты чего орёшь? Что случилось?

— Алексеич, я это... остановку проспал...

— Тьфу ты! Меня же чуть инфаркт не хватил! Чего орать так, нормально сказать не можешь?

— Ладно, Алексеич, не сердись. Со всяким бывает. Я это... тут выйду, дверь открой, а?

— Ну блин, ну совсем уже...

Под бормотание Алексеича я выскочил из автобуса и направился в сторону магазина. Отсюда до моего дома не так уж и далеко, пару-тройку дворов пройти, и всё. Зашел в первый и сразу же остановился. Я сотни раз бывал здесь днём, но ночью — ни разу. А ночью тут было совсем по-другому. Свет в окнах домов почти не горел, из всех фонарей работало всего двое, да и те светили слабо. Но луна была на удивление большой и яркой. Она позволяла хорошо осмотреть несколько мусорных баков, возле которых вылялся старый деревянный стул с тремя ножками (четвёртая валялась там же, отдельно от стула), детскую площадку с пивными бутылками около песочницы — опять дворовое хулиганье «культурно» отдыхало — и шатающуюся и скрипящую на ветру качелю. От этой качели мне почему-то стало не по себе: сразу вспомнились всякие ужастики, представился ребёнок с чёрными глазами и острыми мелкими зубами, который ест чью-то ногу...

Мысли эти разогнал женский крик. Вот тут я уже готов был обмочиться от страха, но вслед за криком послышался глухой рык, который немного меня успокоил. Собаки! Опять эти сволочи. Сколько раз уже сам от них ночью отбивался, так тут ещё и к женщине пристали. А так как в душе я рыцарь без страха и упрёка, то поспешил на помощь. Прихватил ножку от стула, который возле мусорки валялся, и побежал на звук. Продравшись через какие-то кусты, я вышел на дорожку, увидел женщину, но остановился. Что-то было не так, и из-за тени, падающей от кустов, я не мог понять, что именно. Женщина сидела на более-менее освещённом участке дорожки и рыдала, обхватив голову руками, чуть дальше от неё в тени валялась бесформенная куча какого-то мусора, а ещё дальше что-то шевелилось, чавкало и рычало. Что-то крупное шевелилось. Я решил, что там просто несколько собак пакеты с продуктами у неё отобрали или ещё что, но совсем не подумал, почему она так рыдает — не из-за палки колбасы же. А надо было бы подумать...

Не обременяя себя мыслями, я начал идти на собак, размахивая деревянной ножкой и кричать:

— Фу! Фу, я сказал! Пошли вон отсюда, сво...

Я застыл на месте, не в состоянии ни говорить, ни шевелиться — «собака» перестала чавкать и посмотрела на меня. Тогда я уже понял, что это была одна очень большая «собака» с очень большими сверкающими желтыми глазами. Она не нападала, просто смотрела на меня, угрожающе рыча и даже немного отодвигаясь назад. Приняв это её отступление как проявление страха, я набрался смелости, сделал шаг вперёд и снова кркнул: «Фу!». Зря, конечно... «Собака» резко встала на задние лапы, выпрямилась (и оказалась намного выше, чем я), зарычала ещё громче и бросилась на меня. Я даже не успел замахнуться ножкой, как получил удар лапой в грудь, отлетел в сторону и, ударившись головой о что-то твёрдое, отключился.

Очнулся я от воя сирен. Голова болела, в глазах двоилось, всё лицо было в чём-то мокром, тёплом и липком. Я, пошатываясь, встал, осмотрелся. С нескольких сторон к дорожке подъезжали машины с мигалками: милиция и скорая. Свет от фар осветил дорожку, и я снова увидел женщину, отчего мой желудок скрутило, я упал на четвереньки, и меня вырвало в траву.

Женщина сидела на асфальте, раскачиваясь взад-вперёд, держа на руках маленького ребёнка. Вернее, то, что от него осталось. Головка развёрнута назад и свисает на спину, половина лица напоминает фарш, одной ручки не хватает, неестественно выгнуты ножки, вместо живота зияет дыра, сквозь которую до самой земли свисают внутренности. Кусочки ребёнка лежали и в том месте, где находилась «собака», его ручка была там же. Дорожка была густо залита чем-то тёмным, как я понял — кровью. То, что я поначалу принял за кучу мусора, оказалось помятой детской коляской.

Послышались звуки захлопывающихся дверц машин, голоса. Я попытался подняться, но ноги не слушались, голова болела ещё сильнее, и я просто обессиленно упал на траву. Голоса приближались. Кажется, я опять начал отключаться. Спустя некоторое время снова послышались крики, плач, опять рыдала женщина.

— Да успокойте её кто-нибудь! — раздраженно прикрикнул кто-то. — Второй случай за ночь. Ну чего они ночью с дитём на улице забыли, а?

— Товарищ майор, там ещё один, — сообщил какой-то совсем юношеский, почти подростковый голос.

— Ребёнок? Живой?

— Да нет, взрослый. Живой, но в отключке вроде...

— Так чего стоишь? Врача, быстро!

— Есть врача!

Ко мне подошли какие-то люди, что-то говорили, спрашивали. Но я уже мало что соображал.

Очнулся я в больнице с перебинтованной головой в пустой двухместной палате. Рядом сидел усатый мужчина в форме. Увидев, что я очнулся, он поздоровался, представился майором Поддубным, порасспрашивал немного. Когда он уже собирался уходить, я спросил:

— А что это хоть было, а?

— Собаки. Просто дворовые собаки.

— Какие собаки? Я же сам видел, большое оно было! Да и...

— Собаки это! Ты головой ударился сильно, вот и причудилось.

— А коляску погнул кто?

— Какую коляску? Не выдумывай ерунды. Выздоравливай.

И ушёл.

В больнице я провалялся недели две. В газете прочитал, что в ту ночь ещё одного младенца загрызли недалеко от того места, где я был. Всё списали на собак, даже поотстреливали немного. Но я-то знаю, никакие это не собаки...
♦ одобрил friday13
6 января 2012 г.
Поздним вечером я вышел из подъезда — кончились сигареты, а ночь длинная. На дворе стоял разгар января, и январь был великолепен: частые метели, легкий морозец. Вот и сейчас мело, и мело прилично — видимости было метров на десять. Пока добрел до ближайшей круглосуточной палатки, оказался весь облеплен белыми «мухами». Приобретя искомое, бодро зашагал обратно. Идти-то всего минут семь, два двора протопать. Дышалось легко, пар валил изо рта, свежий морозный воздух щипал нос, снежок бодро хрустел под подошвами. Улица опустела, я оказался наедине с этой зимней сказкой.

Оставалось пройти один двор, когда я заметил его. Прямо напротив меня стояла темная фигура. Нас разделяла узенькая тропинка, пересекавшая двор по диагонали, и мне не хотелось сворачивать, хотя некоторая опаска все же зашевелилась внутри. Я бодрым шагом двинул вперед, снег все мел, но сквозь его пелену мне удалось рассмотреть мужчину, неподвижно стоящего прямо посредине тропы. На нем было осеннее черное пальто, черные же брюки. Он стоял, понурив непокрытую голову и опустив плечи, руки плетьми свисали до колен.

Мне стало не по себе, но я решил, что человек, скорее всего, пьян или находится под действием наркотиков, вот его и «накрыло» в пути. Не сбавляя темпа, я приближался к нему, машинально считая сокращавшиеся между нами метры. Пять… четыре… три… два… ну вот, почти… Наконец, я поравнялся со странным типом, и, уже собираясь навсегда оставить его позади, почувствовал, как его рука ловко и цепко ухватила меня за локоть. Тонкие пальцы больно впились в кожу. Даже сквозь пальто я чувствовал их ледяной холод.

Я испугался до холодного пота, не скрою. Человек стоял, все так же опустив голову, его кулак сжимал мой локоть. Почувствовав, что начинаю покрываться мурашками, я рванул руку вверх. Его рука взлетела следом, но хватки не ослабила. Что все это значит? Но вот мужчина все же, кажется, пришел в себя, потому что вздрогнул всем телом и начал медленно поднимать голову. Я стоял, не зная, что думать. Может, у него приступ какой, помощь требуется? Хотя, с такой-то хваткой… Алкоголик — будет мелочь стрелять? Тогда почему сразу не спросил, на подходе? Наркоман — хочет денег на дозу из меня выбить? Хм, ну пусть попробует…

Все эти мысли калейдоскопом пронеслись в голове, пока человек с истинно королевской неторопливостью поднимал голову и попутно разворачивал ко мне корпус. Но я уже успел заметить, что кожа на руке у мужчины совсем бледная, даже серая, сухая и потрескавшаяся. И не только это заставило меня струхнуть. Только сейчас я заметил, что он не выдыхает пар! Вот тут мне стало нехорошо, я попытался вырвать руку еще раз, и тут он поднял голову.

Я сглотнул. Да, выглядел он неважно. На меня уставилось серое лицо, покрытое синюшными пятнами. На нем, изможденном и остроносом, со впалыми щеками, горели ввалившиеся черные глаза. Кожа ссохлась, облепив череп, губы провалились, под глазами чернильные круги. Я смотрел на это лицо, на котором не угадывалось ни единой эмоции, и был готов к тому, чтобы немедленно напустить в штаны. Локоть ныл. Сердце колотилось как бешеное, тело сжалось пружиной, я готов был дать деру в любой момент. И тут он открыл рот. На меня пахнуло затхлым.

— Сквозь… кости… мои… трава… прорастёт…

Он произнес это, чеканя каждое слово, бесцветным землистым голосом. Затем вновь замолк, пронизывая меня взглядом. Я окаменел, глядя, как снег ложится ему на лицо и не тает. Меня просто парализовало от страха. Я такого никогда в жизни не чувствовал, мышцы как будто окаменели, хотя больше всего на свете сейчас хотелось оказаться где угодно, но только не рядом с ним. Я боялся за свою жизнь, но ничего не мог поделать. Меня будто прибило к месту. Прошло, наверное, целое тысячелетие. Мы смотрели, не двигаясь, друг на друга, как загипнотизированные. Кто это, нет, что это? Господи, что этой твари от меня надо? Чего она хочет? Я стоял в двух шагах от дома, всерьез рискуя распрощаться с жизнью. Это создание могло наброситься на меня и порвать глотку в любой момент. Сомнений в том, что оно на такое способно, у меня не было.

— Сквозь…

Оно вновь открыло рот.

«БЕЖАТЬ, БЕЖАТЬ, БЕЖАТЬ!» — прорезала ступор мысль. Если услышу еще хоть слово от него, схлопочу разрыв сердца. Я рванулся из его хватки, вложив в это движение все свои силы, весь адреналин, что кипел в теле, отчаянно надеясь на то, что мне удастся освободиться. И, о чудо — у меня получилось! Его пальцы чиркнули по локтю и остались позади. Не оборачиваясь, я услышал за спиной:

— … кости…

Я стартовал пулей. Не различая дороги перед собой, рванул вбок с тропы, через кусты, по сугробам, прочь, прочь, прочь оттуда. Низкие ветви деревьев хлестали по лицу, ноги проваливались в глубокий снег, но я был свободен, я бежал! Кровь клокотала, сердце подскочило к самому горлу, я несся, забыв обо всем на свете, отдавшись во власть инстинкту самосохранения. Забежав в родной подъезд, ракетой взлетел по ступенькам на шестой этаж, на ходу доставая ключи, лихорадочно отпер дверь, закрылся и лишь тогда позволил себе перевести дух. Я весь трясся, пот лился ручьями, по лицу текли слезы, я рыдал как маленький, лишь сейчас имея возможность дать волю чувствам. Понемногу приходя в себя, пошел на кухню, сварил себе кофе и просидел в своей комнате до утра, прислушиваясь к звукам в подъезде.

Я не знаю, гналось ли оно за мной. Не знаю также, может ли оно узнать, где я живу. Не имею понятия даже, что ему от меня понадобилось. Знаю только одно — менее всего я хочу вновь услышать его голос и его стихи у себя за дверью…
♦ одобрил friday13
27 декабря 2011 г.
Недавно я лежал в больнице. Четыре койки, четыре тумбочки, голые стены, окно и шкаф. Обстановка безрадостная, поэтому, чтобы как-то убить время, решил почитать архив страшных рассказов на Lurkmore.to в алфавитном порядке. Какие-то истории пробирали, но как-то вяло; другие — вообще непонятно как туда попали; третьи — уже читал; и так далее. Но когда я дошел до буквы «К», то словно резко пробудился.

История называлась «Качели» и мало чем отличалась от других. Непонятные звуки, таинственная смерть — но важно не это, а сама ситуация: кто-то ночью скрипит качелями на детской площадке. Перед глазами сразу всплыл образ из памяти.

Июнь-июль 2010 года. Глубокая безлунная ночь. Курю в окно, разглядываю темные силуэты деревьев, гаснущие окна в высотке напротив, думаю о чем-то своем, наслаждаюсь ночной тишиной. Примерно через минуту я начинаю понимать, что что-то мне мешает. И тут я обратил внимание на звук — пока я был в задумчивости, то не слышал его: скрипели качели с детской площадки прямо перед моим окном метрах в пятидесяти. Я еще тогда подумал: «Опять какой-нибудь алкоголик напился и теперь не будет давать спать своими воплями под окном». Выбросил окурок и закрыл окно. Время было около трёх часов ночи.

На следующий день ситуация повторилась. В то время я уже не учился, но еще не работал, поэтому вставал поздно вечером и ложился спать под утро, а посреди ночи часто выглядывал в окно. Примерно с двух часов ночи и до неопределенного времени кто-то скрипел качелями. У меня не очень хорошее зрение, плюс там всегда было очень темно, не было видно даже самих качелей. Но там не было никакой суеты, свойственной пьяным компаниям, или пропитых вздохов напившегося малолетки. Я всегда думал: «Ну что за придурок посреди ночи там играется?». Иногда, мимо скрипящих качелей, держась света фонарей, проходили люди. Никто из них никогда не подходил к ним. Естественно, я тогда и подумать не мог, что эти звуки таят в себе опасность — просто закрывал окно и надевал наушники.

Проматывая отрывки из памяти, я вспоминаю, как жил в соседнем дворе в высотке почти на самом верхнем этаже. И в том дворе тоже была детская площадка. И иногда жаркими летними вечерами я слышал скрип качелей. И никогда не мог разглядеть во тьме с 9-го этажа, кто на них качается.

Проматываю память чуть вперед — тот же район, но уже через дорогу. Вышел ночью в магазин. Часа 3-4 ночи. Нужно было выйти из блока пятиэтажек и дойти до главной дороги, возле которой стояли круглосуточные ларьки. И пока я шел мимо стройки рядом со своим домом, я слышал скрип. Равномерный, но он уже не был похож на качели. Он был больше похож на скрип железной двери на ветру. Я не мог определить, откуда он доносится, да мне и плевать было в то время.

Мотаем еще дальше — снова двор, на который я когда-то смотрел с 9-го этажа, но жил я уже в другом доме напротив. Гуляем ночью с другом, пьем пиво, болтаем о всякой ерунде. Проходим мимо той самой детской площадки. Я уже был достаточно выпивши, но хорошо запомнил ту свою мысль: «Опять этот идиот людям спать мешает». Я точно уверен, что мы не подходили к качелям, у нас даже и мысли такой не возникло. Мы прошли в каких-то 30-40 метрах от нее, даже не повернув головы.

Проводя связи между этими событиями, могу сделать следующие выводы:

1) Скрип качелей слышен только ночью, в промежутке между двумя часами и до четырёх;

2) Это должно быть не зимнее время года, преимущественно — лето;

3) Должна быть минимальная освещенность, слабо светящая луна и кислотно-черные тени. Даже если рядом с качелями будет светить ламповый фонарь, за границей света ничего не будет видно — только черная клякса качелей и звук;

4) На этой детской площадке в течение дня все дети играют, как ни в чем не бывало, но после 11 часов вечера встретить детей там можно только в новогоднюю ночь, как бы еще светло ни было;

5) Скрип не вызывает «необъяснимого страха», не вызывает подозрений или мистических предчуствий — только раздражение и вопрос «Кому это там не спится?»;

6) Сколько бы я ни всматривался, я никогда не видел никого рядом или на самих качелях. Более того, я никогда отчетливо не видел, чтобы качели вообще двигались!

Быть может, качели вообще ни при чем? Этот звук — его замечаешь не сразу, но как только начинаешь слышать, сразу появляется желание пойти и прекратить его. Я представляю себе существо, притаившееся на детской площадке и издающее эти звуки в ожидании раздраженной одинокой жертвы.

И та, первая история про качели... Почему того десантника нашли на качелях, то есть сидящим на них? Смоделируем: он подходит к источнику звука — а там ничего, даже движения нет. Почесав затылок в недоумении, чтобы убедиться, что он не сошел с ума, он садится на качели. Вот тут-то все и происходит...

Я больше не живу в тех дворах, но все еще в этом городе. В пяти-шести остановках от того места.

Эти воспоминания иногда лишают меня сна, и я полночи лежу, вслушиваясь в звуки за окном. Что, если эти истории не все выдумки? Что, если хоть одна, хоть две действительно существуют?..
♦ одобрил friday13