Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «В ДОМЕ»

27 ноября 2014 г.
Первоисточник: barelybreathing.ru

В Новоуральске в 80-х годах было «не очень» с жильем. Да и по всей стране было «не очень» в те времена. Первыми в очередь на выделение квартир записывали передовиков, блатных или знакомых. А тут в конце 80-х (по-моему, в 1988-1989 году) две семьи внезапно меняют свой 31 квадратный метр в хрущёвке на просторные двушки в новых, только построенных домах-кораблях знаменитой впоследствии серии 111-90. Обсуждали сей факт мало, и то лишь негромко вечером на кухнях. Тогда ещё союзная печать постоянно доводила до сведения рабочих масс успехи правительства в обеспечении трудящихся семей своим жильем, однако данный факт обошли вниманием. Местная же городская газета лишь спустя месяц поместила короткую заметку о проходивших в Центральном районе «ночных народных учениях ГТО» в ответ на какое-то там очередное антикоммунистическое заявление Рейгана. Сами переселенцы сначала только пришибленно рассказывали о звонке в дверь в три часа ночи, минутных сборах, шлангах и проводах по всему подъезду и машинах во дворе. Спустя три месяца они радостно осознали свои халявные жилые метры и рассказывали в основном о новых ГДРовских стенках, поставленных во второй комнате.

Обо всём этом мне в телефонном разговоре поведал дядя, живущий в Новоуральске. В будке телеграфного пункта, знаете ли, не разговоришься, поэтому этим все подробности и ограничивались.

В 95-м, когда меня сократили с моего «ГРЦ Макеева», я приехал в Новоуральск к родне погостить. Там, не стесненный лимитом временем переговоров, я и расспросил дядю подробнее про тот случай.

Выходило, что в центральном районе ночью из одной из хрущёвок вывели (или эвакуировали?) всех жителей. Местный, не проснувшийся до конца участковый ходил по квартирам и уныло объявлял злым жильцам о внезапно объявленных общегражданских учениях ГТО. Почему общегражданские учения охватывают только один дом, ему было неведомо. Людей поместили в здание школы до утра, откуда они и поехали на работу (это была ночь с понедельника на вторник). Жильцы одного из подъездов говорили о шлангах, или кабелях, уходящих с улицы через подъезд в одну из квартир на третьем этаже. Эта была квартира одной из семей, впоследствии переселенных. Квартира второй семьи располагалась точно снизу — на втором этаже.

Во дворе напротив этого подъезда заметили какие-то баллоны, насосы, похожие на двигатели механизмы. Со стороны, противоположной подъездам, с пустыря, зачем-то подогнали аж три автокрана. В остальном всё было и вправду похоже на учения — машины «скорой помощи», две «пожарки», огромный, видимо, военный или аэродромный, прожектор и несколько тентованных «Уралов» (не считая тех, что во дворе для доставки жителей в школу, примерно штуки четыре-пять). Особо не поразглядываешь — в темноте, спросонья и, чего уж там скрывать, в лёгкой панике.

После все жители этой хрущёвки получили значок «Отличник ГТО» и вернулись в свои квартиры, кроме тех семей — с третьего и второго этажей первого подъезда. Вместо этого Решетневых с третьего этажа подселили к тому самому участковому на неделю, а вторую семью (не помню фамилию) — в квартиру для командировочных сотрудников «Уральского электрохимического комбината». Из них они уже въехали в своё новое жильё — в те самые «корабли» 111-90 серии. В их старых квартирах некоторое время, примерно месяц, был какой-то «временный штаб учений ГТО» или как-то так. Суть в том, что там постоянно дежурили какие-то люди званием не ниже майора, а один раз кто-то утром видел даже полковника.

После ликвидации этого «штаба» и официального окончания «учений» местная газета (сейчас — «Новоуральская газета») и написала свою короткую, в пару строчек, хвалебную заметку, а вместо деревянных на тех квартирах появились мощные железные двери, почему-то без ручек, с петлями какой-то хитрой конструкции и без замочных скважин.

Спустя несколько лет мой дядя по работе познакомился как раз с тем инженером-переселенцем (не Решетневым, а тем, из второй семьи, если правильно помню, фамилия у него была Маршалов, большинство тогда было инженерами). Они работали вместе довольно долго, после чего тот ему поведал интересные подробности об этом случае. Так как попасть в квартиры стало решительно невозможно, оставался только один выход — посмотреть через окно. Сделать это оказалось возможно спустя несколько лет, когда напротив дома построили новое здание. Крайне удачно в том новом доме дали квартиру знакомому этого инженера Маршалова. И вот он через бинокль как-то и посмотрел.

Ничего необычного в своей бывшей квартире на втором этаже он не нашел. А вот в квартире Решетневых на третьем было поинтересней. Единственным, но действительно странным обстоятельством, которое он сумел разглядеть, стал проём в полу в комнате (квартира однокомнатная). Для справки: в домах серии К-7 (хрущёвки) плиты перекрытия железобетонные, толщиной 220 миллиметров. Это 22 сантиметра сплошного железобетона. Для неспециалистов: железобетон — это бетон, в толще которого имеются толстые прутья арматуры. Сквозной проём в полу, то есть из квартиры в квартиру — дело уже довольно странное. Ещё одну странность он осознал позднее — проём был пропилен под углом. В чем же странность? А попробуйте так пропилить — вам придётся пилить арматуру под углом, причём под острым углом — это очень трудно, так как придётся пропиливать значительно больше металла. Логичный вопрос — зачем так делать, если можно гораздо легче пропил делать параллельно краям плиты и арматуры? Надо учитывать ещё одно — это всё делалось в конце 80-х, когда алмазные диски, тяжёлые перфораторы и т. д., мягко говоря, не были так доступны, как сейчас.

Ещё раз: в ходе «учений ГТО» кем-то ночью выпиливается огромный кусок железобетонной плиты перекрытия в квартире жилого дома, причём этот кусок куда-то исчезает (автокраны подгоняли для этого?). Проём делается заведомо трудным способом, когда, с первого взгляда, есть гораздо более лёгкий способ, и это при том, что всё сделать надо как можно быстрее. После этого жильцам двух (подопытных?) квартир срочно выделяют новые, с улучшенными условиями.

Как ни обидно, на этом я и остановился в своих изысканиях, так как больше информации просто нет. Даже самый непосредственный участник событий — тот самый инженер Маршалов — не знает (или не говорит) больше того, что я описал. Возможно, это потому, что Новоуральск — закрытый город, в котором атомные центрифуги обогащают уран днём и ночью, а может, и по другим причинам, не знаю. А может, и правда такая странная программа учений была, кто ж сейчас разберёт. Но факт остаётся фактом — такая история имела место, и некоторые до сих пор её помнят.
♦ одобрил friday13
21 ноября 2014 г.
Автор: Albertia Inodorum

Митя знал, что старый дедушкин дом скрипит и вздыхает по ночам оттого, что происходит усадка.

— Земля не может выдержать веса дома, проседает, и из-за этого потрескивают перекрытия, — так объяснил папа, когда Митя, испуганный ночными шорохами и звуками, прибежал к нему с вытаращенными от страха глазами.

И когда полуночная жуть нашла объяснение в виде простых и сухих фактов, перестал бояться. Ничего страшного в том, что дом тяжеловат для земли, нет. Конечно, можно было побояться и того, что дом будет опускаться всё ниже и ниже, пока не провалится в страшный подземный колодец, где будет падать целую вечность… но такого тоже быть не могло. Митя знал это наверняка, ведь он читал «Энциклопедию для дошкольников», где хорошо объяснили устройство Земли. Она была как луковица. Много одёжек, и ядро в середине.

Дедушка умер через два года, и дом продали. Появился другой, купленный поближе к городу, чтобы родителям было удобнее добираться туда на выходных. Митя сразу облюбовал комнату на верхнем этаже. Особенно ему понравилась старинная кровать, широкая и длинная, как взлётная полоса. На полке сверху Митя расположил свои книги и пластмассового робота-трансформера.

В первую же ночь дом начал вздыхать и охать прямо над головой. Два шага по потолку, затем что-то точно ушиблось с налёту о стену снаружи дома.

— Это усадка, — сказал Митя вслух и, встав на кровати, достал одну из книжек и фонарик.

Родители запрещали читать под одеялом, но то, о чём они никогда не узнают, разрешено. И, сделав что-то вроде палатки, поддерживаемой собственными коленями, мальчик направил луч света на книжную страницу, погрузившись в чтение.

Бум! Бух! Трррр…

Стуки были такие громкие, будто кто-то ходил прямо по маленькой комнате, пытаясь найти, где там Митя прячется. Может, в шкафу? И слышен какой-то скрип. Нет, там его нет. Тогда, должно быть, он дрожит от страха под кроватью? И по паласу слышен короткий сухой шорох. Ну, раз и там его нет, тогда Митя наверняка сидит за коробкой с игрушками! И скрипит по полу картонка, набитая машинками и солдатиками.

Митя моргнул и уставился на книжную страницу, поймав себя на том, что второй или третий раз перечитывает одно и то же, не осознавая смысла. Слишком громко скрипит чужой старый дом. Но папа не мог обмануть. Сказал, что это всё звуки балок, спрятанных в стенах — значит, так оно и есть. И Митя, откинув одеяло и глубоко вдыхая прохладный ночной воздух, таращится в темноту. Понемногу его глаза, ослеплённые отражённым от белой книжной страницы светом, привыкают.

Комната выглядит, как обычно. Шкаф закрыт. Коробка с игрушками темнеет в углу бесформенной грудой. Под кроватью, вероятно, тоже всё по-прежнему.

— Я тебя не боюсь, — громко, но не настолько, чтобы разбудить родителей, говорит Митя и слезает на пол, оставив нагретое одеяло и тёплую кровать стынуть в одиночестве. Он пойдёт на кухню и возьмёт воды, доказав тем самым, что никакие ночные монстры ему не страшны.

Поддёрнув на ходу голубые пижамные штанишки, он исчез в темноте, повисшей за порогом комнаты. Но скоро вернулся, вытирая влажные от воды губы.

Комната осталась неизменной. Удовлетворённый победой, Митя влез под одеяло, снова соорудив палатку, и включил фонарик. Дом над ним тихо вздохнул и затих. Митя успел прочитать целую главу, прежде чем у него зачесалась нога. Он почесал её, но зуд не прекратился — точно какое-то насекомое щекотало лапками кожу. Устав чесаться, он опустил книгу для того, чтобы посветить фонариком на зудящий участок.

Свет выхватил из пододеяльного полумрака одутловатое бледное лицо с парой блестящих, как маслины, чёрных глаз.

* * *

Как славно, как хорошо. Он всё-таки сумел отыскать Митю.
♦ одобрила Совесть
17 ноября 2014 г.
Автор: ChaosMP

Недавно к нам в подъезд переехала самая обычная с виду семья. Отец, мать и их десятилетний сын. На первый взгляд они были людьми среднего достатка, прочный средний класс, как сейчас таких называют. Эта семья стала моими соседями по лестничной клетке, а поскольку работаю я в основном из дома, то невольно начал подмечать за ними разные странности.

Первое, на что я обратил внимание — никто не выходил из их квартиры раньше полудня, мальчик не ходил в школу, сосед с соседкой не ходили на работу, но это было не так уж и удивительно, может они также работают на дому, подумалось мне. Уходили они всегда по одному, сначала мать, потом сын, отец уходил уже под вечер. Где они были, мне неизвестно, но возвращались всегда также по очереди и приносили разные странные вещи, иногда груду тряпья, иногда какие-то доски или старые, траченые временем инструменты, причём возвращались они обычно уже ближе к полуночи. В то время у меня был сложный проект, часто заставлявший засиживаться до ночи, а звук шагов по подъезду в тишине очень хорошо разносится. Вот так я и наблюдал за этой странной семейкой примерно с неделю.

Ещё нужно сказать, что в первой половине дня, пока они все были дома, из их квартиры доносились характерные звуки ремонта, что-то пилили, сверлили, долбили, в общем, хорошо всем известные звуки. Я этому особого внимания не уделял, так как это было самое нормальное поведение этой семьи, они только что переехали и обустраивали новую квартиру под себя.

Наконец, проект на работе был сдан, и можно было позволить себе несколько дней отпуска, полных блаженного безделья. В эти дни я стал замечать, что как только семья уходила на «сбор ресурсов», как иногда это про себя называл, звуки из их квартиры не исчезали: там что-то жужжало, шипело и очень громко стучало чем-то металлическим. Сначала я не обратил на это внимания, но потом шум стал будить меня даже среди ночи. В тоже время соседи стали выглядеть заметно хуже, лица их осунулись, было видно, что они голодают и не высыпаются, но всё также они днём уходили и ночью возвращались со своей «добычей».

Как-то раз я засмотрелся сериалом и не заметил, что время уже уверенно подбиралось к трём часам. Тут до меня донесся странный шум из их квартиры. Там как будто что-то скрежетало и с силой грохало по полу, практически одновременно с этим послышались тяжелые шаги в подъезде. Я подошёл к глазку и посмотрел в него. Сначала было не разобрать, что там происходит, но потом я увидел соседа из той самой семейки; его впавшие щеки и огромные синяки под глазами ясно говорили, что он уже на пределе, тяжело переставляя ноги, он волочил что-то за собой по ступеням. Когда я рассмотрел его ношу, то непроизвольно отшатнулся: он тащил за собой труп собаки. Она была мертва, это абсолютно точно, об этом говорила неестественно вывернутая шея и тонкая струйка крови, сочащаяся из раскрытой пасти. Я долго не мог прийти в себя, настолько меня шокировало это зрелище, но вдруг мое внимание привлек какой-то странный звук за дверью. Машинально посмотрев в глазок, я тут же пожалел об этом. Соседка с тряпкой сидела на ступенях и затирала следы крови, а ее муж стоял и смотрел прямо в мою дверь. Создавалось ощущение, что он смотрит не на дверь, а прямо на меня за дверью. Это было жутко, но самое жуткое читалось было в его взгляде, там была пустота, обречённость, горесть, во всём человеческом языке не хватит эпитетов, чтобы описать этот взгляд. Казалось, что его глазами на меня смотрела сама бездна. Спустя несколько безумно долгих секунд я смог оторвать взгляд и отойти от двери.

Затем послышались шаркающие шаги и щелчок дверного замка. После этого всё стихло, и до утра из их квартиры не доносилось ни звука. Это я знаю точно, потому что в ту ночь не смог сомкнуть глаз, только когда начало светать сон пересилил страх и я уснул.

Проснулся я в тот день около пяти вечера, разбуженный телефонным звонком. Звонил один из заказчиков, просил внести срочные доработки прямо на объекте, который находится примерно в сорока километрах за городом. Не особо раздумывая, я согласился, собрал вещи и уехал.

Через три дня я вернулся домой, и уже на следующий день после приезда мне что-то не давало покоя. Еще пару дней я не мог понять, что же именно, а потом сообразил — за эти несколько дней никто не выходил из соседской квартиры. Причём шум внутри квартиры был тот же самый, что и раньше. Создавалось ощущение, будто теперь этот шум раздавался чаще и звучал громче прежнего, поэтому как-то ночью мне это надоело. Я предпочёл лично не разбираться со странными соседями и позвонил в полицию.

Участковый приехал достаточно быстро, но на его звонки в той злополучной квартире никто не реагировал. Только всё громче раздавались звуки из-за двери. Без особой надежды он толкнул дверь, и она оказалась не заперта. В нос мне ударил запах разложения, полицейский тоже закрыл нос ладонью. В глубине коридора мы увидели какое-то движение, участковый окликнул хозяев, потом вошел и щелкнул выключателем. То, что мы увидели, я не смогу забыть до конца своих дней. Всю ширину коридора занимало нечто. Оно было похоже на какой-то причудливый механизм, по крайней мере, все его части двигались, подергивались, взаимодействовали друг с другом, из каких-то ёмкостей шёл пар, из других сочилась слизь. Собран этот механизм был из всего того, что эта семья таскала к себе в квартиру, какие-то прогнившие доски, ржавые гвозди, пустые бутылки, соединенные выцветшей тканью. С ужасом я заметил, что некоторые части этого монстра были сделаны из живой плоти, покрытой подтёками запёкшейся крови. Они тоже двигались, приводя в движение другие детали этой адской машины. Спереди располагалась голова моего соседа, его глаза всё также смотрели на меня с какой-то почти вселенской тоской. Челюсти у этой головы были металлические, они постоянно размыкались и смыкались, производя оглушительный стук. «Оно голодно», — мелькнула странная мысль в моей голове, в этот момент что-то снизу монстра заскрипело и старая, разваливающаяся табуретка, что служила, видимо, ногой этому чудовищу, слегка передвинулась вперёд. Я отшатнулся и в этот момент механический монстр содрогнулся, из всех его отверстий повалил пар. Полицейский среагировал мгновенно, он резко развернулся, схватил меня и вместе мы вывалились из квартиры. Через секунду раздался оглушительный взрыв, и нас засыпало тем, из чего недавно был собран этот адский механизм.

Немного оклемавшись, я попробовал встать, но почувствовал дикую боль в ноге, а когда посмотрел на нее, то увидел какую-то палку с гвоздями, воткнувшуюся мне в лодыжку. Меня забрали на скорой, а что стало с участковым я не знаю, как не знаю и что он доложил начальству по поводу этого случая.

Я никому и никогда не рассказывал эту историю раньше. Но недавно я заметил за собой определенные странности. В первый раз я не осознанно по дороге из магазина домой зашел на помойку и взял оттуда какие-то железные пруты, в другой раз притащил домой полусгнившие доски. Сегодня я придумал, чем и как соединить эти части, не понимаю, зачем мне это и что я против своей воли строю, но мне страшно.
♦ одобрил friday13
13 ноября 2014 г.
В детстве я дружила с девочкой Олей. Она жила в частном доме ниже нас на пару улиц. Я ходила к Оле в гости, и мы играли во всех комнатах, во дворе, в палисаднике, но я всегда там чувствовала себя очень неуютно. Присутствовало какое-то ощущение опасности, тревоги. Поэтому я нечасто бывала в гостях у Оли, хотя она меня всегда звала.

Однажды мы играли в комнате. Стоял пасмурный осенний день, игра как-то не клеилась, мы вяло переставляли какие-то фигурки на полу. Вдруг я услышала громкий шум над головой, как будто кто-то топал и шаркал ногами. Над нами был только чердак. Я спросила у Оли, что это за звуки, и она ответила:

— А, это тётя Эммочка! — и продолжила играть.

Но я не могла успокоиться. Что тётя может делать на чердаке? Да и не видела я у них никакой тёти. Я стала расспрашивать Олю, и та спокойно мне объяснила, что у них на чердаке много лет назад повесилась мамина сестра Эмма — ей тогда было 17 лет. Повесилась из-за того, что что-то украла, а милиция раскрыла её и хотела арестовать. Эммочка же спряталась на чердаке и там повесилась, чтобы избежать позора. На том же чердаке потом нашли то, что она наворовала — это были разные мелкие вещи, одежда и обувь из чьей-то квартиры. Да и повесилась она, будучи в краденых сапогах. И с тех пор, по словам Оли, иногда она приходила на чердак и что-то там искала — наверное, те самые вещи, которые она там спрятала.

Оля рассказывала это очень спокойно, а я всё слушала шум на чердаке и не верила. Тогда Оля предложила подняться по лестнице на чердак и посмотреть, что там. И мы, маленькие дурочки, полезли туда. К счастью, дверь чердака оказалась заперта снаружи на висячий замок, а звуки изнутри с близкого расстояния слышались ещё отчётливее. Нас охватил такой страх, что мы с визгом кубарем скатились вниз и помчались за калитку.

После этого случая я стала ходить к Оле ещё реже. Наша дружба вскоре сошла на нет.
♦ одобрил friday13
13 октября 2014 г.
История произошла со мной ранней весной 2011 года. Живу я в пригороде, в частном доме. Всё как у всех — муж, дети, кот (пакостный), во дворе большая собака. Кота я иногда наказываю — выгоняю ночевать на веранду.

В тот вечер дети уснули в положенный час, муж попил пива после трудовой недели и тоже отправился в постель, а я по дому хлопотала. Время было около полуночи. Слышу — кот орёт на веранде не своим голосом и в дверь скребется. Я пожалела и впустила его. Сама на веранду хотела выйти, и тут кот за моей спиной опять заорал не своим голосом, будто предупреждая: «Не ходи туда!». У меня какое-то странное чувство тревоги появилось. Снова шагнула в сторону веранды, кот опять стал орать. Мне стало страшновато и из-за поведения кота, и из-за неявного ощущения, будто кто-то стоит за дверью веранды. Стою, смотрю на дверь. Собака не лает, тихо.

Вдруг слышу — в дверь стучат, тихонько так. Я подошла к двери и спросила: «Кто?». Никто не ответил. Я с опаской открыла дверь и заглянула за неё — никого. Тут раздался грохот на крыше, я обратно отбежала. Тут уже окончательно испугалась — подумала, что кто-то к нам пытается залезть. Бужу мужа, а он всё никак проснуться не может (всегда спит крепко, как убитый). А над верандой страшный грохот...

Я кое-как взяла себя в руки и выглянула в коридор, где сидел кот. Смотрю на веранду через приоткрытую дверь — а там доски на потолке ходуном ходят, всё сильнее и как-то хаотично. Полное ощущение, будто кто-то прыгает и бегает по крыше. Кот сидит, как страж, на меня не оборачивается, только на веранду смотрит. А там, над верандой, продолжается мракобесие.

Я стала себя успокаивать: «Наверное, это снег с крыши сходит». Только я хотела в окно посмотреть, чтобы проверить, валится ли снег, как услышала какой-то жуткий рев за дверью. Я аж на колени упала, не крещеная, а начала молиться. Рев все сильнее, веранда вся трясется. Тут кот опять заорал, но не так, как раньше — будто заговорил с кем-то на своем языке. И резко наступила тишина. Кот ещё посидел в коридоре, потом пошел на веранду, спокойно замурлыкал и лёг, будто намекая мне: «Всё хорошо, продолжайте работу, гражданочка». Я полночи прислушивалась к звукам, но ничего больше не происходило.

Утром мне позвонила соседка: «Что у вас произошло вчера? Такой грохот стоял!». Мы с мужем вышли посмотреть на крышу. Снег лежал на крыше, не сошел. На земле и на крыше остались следы, похожие на лошадиные. Мы лошадей уже лет десять не видели, да и как они на крышу могли залезть?

Что это было, не знаю. Но к коту, конечно, уважение появилось.
♦ одобрил friday13
10 октября 2014 г.
Первоисточник: barelybreathing.ru

Началось все с того, что моя благоверная уехала с ребенком на свадьбу. Что довольно необычно, так как дочка была еще младенцем, и кататься с ней по таким мероприятиям — то еще удовольствие.

Меня это устраивало. Думаю, молодые отцы меня поймут. На мою долю достался подарок — отдохнуть от присутствия спиногрыза хоть какое-то время. Само собой, речи о чем-либо другом, кроме сна, и быть не могло.

Поэтому я был очень раздражен, когда сквозь сон услышал шум от китайской игрушки, с батарейкой внутри. Звук у игрушки полуторабитный, неприятный, такой только детям и нравится. Срабатывает этот продукт от нажатия или наклона.

Сонный, не сразу осознал, что вообще-то запускать звук было некому. Поначалу попытался просто подождать, пока запись не кончится (ПЗУ-то там копеечная, на пару килобайт).

Но звук сам собой не прекращался. Тогда я встал, довольно грубо выдрал батарейки из мохнатого зверя и снова провалился в тяжелый дневной сон.

Однако минут через десять снова послышался звук, на этот раз двойной — один из детской, один из нашей комнаты. Дико злой, я сразу поднялся и принялся потрошить эти игрушки от батареек — пластикового пупса и медведя.

Не успел дойти до кровати, как стали орать практически все игрушки с этой дрянной начинкой. Стал вырывать эти блоки и батарейки из всего, что попалось под руку, пока не наступила тишина. И только тогда до меня дошло, что вообще-то это не нормально — сами собой срабатывающие игрушки.

Вышел из дома и сел на крыльцо — заходить обратно боялся. Так и дождался семью на крыльце.

Состояние было... заторможенное, кто долго спит после обеда — знает. Поэтому не сразу обратил внимание, как испугалась жена.

Сидит на крыльце муж с всклокоченными волосами, смотрит в никуда, а в доме — разбросанные по всему полу игрушки без голов, рук, животов, выпотрошенные, раздавленные.

Ничем особым эта история не кончилась, игрушки выкинули. Жили мы в этом домике недолго, переехали, так как купили свой дом со двором.
♦ одобрила Совесть
9 октября 2014 г.
Когда я учился классе в четвертом-пятом, одноклассники собрались весело провести время в одном из недостроенных домов. Половина из нас уже посещала это здание по наводке одного из пацанов, жившего по соседству с тем домом. Те, кто уже успел побывать там, не уточняли, в чем вся прелесть этого похода. Они только подогревали наше воображение и обещали огромную порцию удивления и страха.

Дом оказался одноэтажным строением без стекол и рам в окнах, калитки не было, поэтому мы вошли беспрепятственно. Повсюду царило запустение, слоями лежала пыль. Ожидая обещанного ужаса, мы поднялись на крыльцо. Внутри также всюду были слои пыли, в том числе и на полу — черновом, без покраски, но довольно гладком.

На одном из порогов зачинщик предупредил нас, что сейчас в комнату входить нельзя, надо смотреть из дверного проема.

Поначалу я вообще ничего не заметил — просто комната, пыльная и заброшенная. Однако когда я понял, в чем дело, я весь покрылся мурашками. От порога шли следы в середину комнаты и там обрывались.

Размер отпечатков был явно мужской. До проема окна добраться или допрыгнуть было нереально — далековато, да и пыль на подоконнике нетронута. Стали смотреть подробнее — может, кто-то хотел имитировать исчезновение, возвратившись задом наперед по своим же следам? При ближайшем рассмотрении следов стало понятно, что это не так. Пыль не снег, и два раза идеально наступить не получится — мы пробовали.

* * *

Пару лет назад пришлось посетить ту улицу — мать просила пригласить знакомых на юбилей. История эта уже забылась, и район наш, когда-то окраинный и небольшой, давно и прочно превратился в городские кварталы.

Знаете, что я увидел, когда проезжал мимо давно обжитых коттеджей по этой улице? Недостроенный дом без рам и стекол. Точно в таком же состоянии, каким он был почти двадцать лет назад.
♦ одобрила Совесть
21 сентября 2014 г.
Зовут меня Андрей. Сам я из Петербурга, живу непосредственно в городе, но весной и летом люблю ездить на дачу в пригородное село Белоостров. 22 марта вечерком мы с девушкой решили уехать на дачу. Развеяться, попить вина, провести романтический вечер. По приезду разместились, разложили продукты, стали ужинать. Дом наш, кстати, расположен в непосредственной близости от железной дороги, которая давно не действует. Ведет она к каким-то ангарам, но туда я никогда не ходил.

И вот в полпервого ночи о крышу дома что-то глухо ударилось. Девушка перепугалась, а я решил узнать, что это, и вышел на улицу. Обошёл дом и постепенно сообразил, что о крышу ударилась птица. Дом старый, деревянный, отсюда и удар громкий. При осмотре ничего не обнаружил — ни на крыше, ни рядом. «Улетела, кажись», — решил я и пошел в дом. Только я заступил за порог, как последовал еще один удар. На этот раз было отчетливо слышно, что ударили тяжелым предметом. Соседей у нас поблизости нет — ближайший дом был метрах в трехстах, неблизко. На этот раз я и сам знатно испугался и решил не выходить наружу. Ну мало чего может быть — черепица отклеилась, или я действительно птицу в темноте не разглядел...

Далее мы без происшествий посидели с девушкой, поели, выпили, позанимались любовью. Потом вышел я курить. Достал сигарету, зажёг и не успел сделать тягу, как прямо под моими ногами (получается, ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ) что-то сильно ударило по половицам. Я в шоке отскочил в сторону и, не размышляя, что это такое и чего дальше делать, рванулся в дом. Это было уже около четырёх утра. Девушка моя уже спала.

Сердце билось как бешеное, я пытался логически объяснить себе, что там могло быть. Крот, бурундук... Не успел я прийти в себя, как глухой удар раздался на крыше, на этот раз был просто невероятной силы. Я набрался смелости и приготовился выбежать на улицу, чтобы противостоять неизвестному противнику. Но до того, как я открыл дверь, ещё один удар был нанесён по полу подо мной. Он был такой мощности, что доска треснула.

В этот момент я уже готов был расплакаться. Но зачем-то всё равно открыл дверь.

На железной дороге (она была в семидесяти метрах от дома, видно ее было через жиденький пролесок сосен) стоял человек метра два ростом, стоял и смотрел на меня. Я сразу осознал, что этот вовсе не человек, а чёрт знает что. Я моментально закрыл дверь и запер изнутри на засов, задернул занавески на окнах, зажёг свет во всех комнатах. Сам при полном освещении лег на кровать к своей девушке (она, кстати, так всё и проспала) и попытался успокоиться. Еще часа два по всему дому были слышны постукивания, потрескивания, удары. Но были они исключительно снаружи дома, не внутри. Я пришёл к выводу, что этой нечисти мешает свет. Потом всё затихло. Проснувшись утром, я рассказал девушке о том, что творилось ночью, и мы уехали из дачи, даже не позавтракав.
♦ одобрил friday13
16 сентября 2014 г.
Дом у нас четырехэтажный, три подъезда. Мы жили в среднем подъезде на четвертом этаже. Над нами была дверца на чердак, запертая на замок, а в ней небольшая щель. Началось все с того, что, поднимаясь домой, мы обнаружили хорошенькую лужицу крови — прямо ровненько, как накапало. Как мы думаем до сих пор, все капало именно с этой щели, но тогда мы и догадаться не могли. Свалили все на то, что мало ли кому плохо стало или, может, по морде надавали — район не самый мирный. Прошли и забыли. Но тут ночами началась непонятное — с чердака то шорохи, то звук, будто по щебенке шаркают. Поначалу как-то не замечали — ну шуршит, да и чёрт с ним. По-настоящему стали обращать внимание, когда проснулись оттого, что с чердака прямо над нашей кроватью будто кулаком ударили. На момент, когда проснулись, насчитали четыре раза, потом опять шорохи, скрипы. В начале списывали все на голубей, а после стуков — на бомжей. Так продолжалось еще дня четыре. Эти стуки раздавались по 4-6 раз примерно в одно и тоже время — от трёх до четырёх часов ночи, не раньше, не позже. Становилось уже сильно не по себе, но днем это совершенно не волновало, даже мысли проверить не было. Но в конце недели охренели по-полной.

Так как в квартире курить было нельзя, приходилось довольно часто выходить в подъезд. Так вот, вернулись мы тогда около двух ночи, все было в порядке, посветили фонариком в телефоне (на тот момент это уже было для нас обычным ритуалом) на замок — он висел на месте. Легли спать, проснулись в полчетвертого от сильного удара над кроватью, как будто кого-то швырнули на эту щебенку. Посидели минут пятнадцать на кровати, прислушивались. Что-то поскрипывало, но уже не более того. Решили опять выйти покурить, и тут... Открываем входную дверь, а вся эта железная лестница, что ведет ко входу на чердак, в крови! Подъездная лестница также заляпана, а замка на чердаке нет. Мы захлопнули дверь и прыгнули на кровать в диком ужасе. Я не знаю, почему мы не позвонили в полицию именно в тот день, когда все это видели. Мы решили просто лечь спать. Просто, чёрт побери, спать, можете поверить?

Проспали мы около двух часов. Когда встали, первым делом вышли в подъезд. Замок висел на месте, а кровь была смыта, но очень плохо, то есть можно было рассмотреть, где именно она была — как на лестнице к чердаку, так и на подъездной. Весь следующий день мы прибывали в шоке, прошлись по соседям с этажа с вопросами — слышали ли они что-нибудь на протяжении последней недели? Одни тут ночами не бывают почти, но слышали удары три дня назад, вторых вообще в городе нет, третий сказал, что очень крепко спит, ибо работает как конь. Рассказали друзьям, те не обратили внимания. Легли в шесть вечера, проснулись в первом часу ночи, смотрели кино. В третьем часу начались шорохи, стуки, скрипы. Мы пытались всеми силами отвлечься от этого. Но тут мы услышали мычание, короткое и глухое, будто через повязку. Испугались знатно. Началось поскребывание — скребли по щебенке, которой был усыпан этот чердак. Через десять минут все прекратилось. Пошли курить, взяв с собой биту — мало ли что может быть после прошлой ночи...

Стоим, курим, и тут раздаётся резкий глухой вопль с чердака. Ну, прямо человеческий. Мы бегом в квартиру, звоним в полицию, рассказываем им обо всём, выходим на улицу их встречать. Тут начинается странное дело.

Возле нашего дома фонари, асфальтированная дорога и детская площадка напротив, которая, естественно, не освещается — Люберцы же. Далее опять дорожка и трехэтажный дом — там тоже темно. Мы стоим у среднего подъезда на дорожке. Видим — идёт какой-то мужик, ему, видимо, нужно в первый подъезд, который за нами. Увидев нас, он сворачивает, обходит по темной стороне и заходит в подъезд. Ну ладно, мало ли что — не по себе стало, подумал, что ограбят, решил в обход идти. Мы смотрим в окна, чтобы увидеть, куда он поднимается. В этот момент подъезжает полиция, и на подъеме к четвертому этажу мы теряем его из вида — обзора не хватало. Итак, приехали три мента. Мы с ними пошли в подъезд, обо всем рассказали, показали следы крови. Они посмотрели, подтвердили: «Да, ребята, это кровь». Долго слушали — ни писка с чердака, ни звука. Они долго ломались, но сошлись на том, что ночью вскрывать чердак нельзя — мол, люди же спят. Приехали...

Стоим, опять курим, смотрим в окошко, наблюдаем, как отъезжает полиция, и тут мужик, которого мы недавно видели, выбегает как лань из первого подъезда и скрывается в сторону улицы, а с чердака вновь прорывается глухой крик, всхлипы, мычание, скрежет... Взяли биту, начали бить по дверце чердака, звук в эти моменты усиливался, будто нам кто-то отвечал. Пытались говорить с тем, кто там находится. Выяснилось, что если подняться на эту лесенку и прижаться ухом к этой дверце, то можно услышать оттуда сопение. Пытались по-всякому вскрыть замок порядка двадцати минут, потом решили — что поделать, опять нужно звонить в полицию. На этот раз они приехали вчетвером, постояли, послушали нас, вызвали подкрепление. Приехала вторая машина с еще тремя ментами с автоматами — такие все важные. Заходим на этаж, стоим, слушаем — ни звука, ни единого звука! Семеро мужиков смотрят на нас, как на идиотов. Стучим туда битой — никакого отзыва, тишина. В общем, менты спросили, не употребляем ли мы чего, пытались унюхать хоть какой-то запах спиртного и уехали восвояси с фразой: «Вам поможет горячая ванна». Наше состояние было непередаваемо. Через полчаса вновь началось мычание и скрежет. Нам это надоело, мы разбудили друга по телефону, предложили встретиться и ушли на улицу, ибо лучше дождь и холод, нежели слышать все это всю ночь. Было ясно только одно — если там никого не окажется, мы переезжаем. Взяли пива, рассказали другу. Парень скептик тот еще, посмеялся над нами, отшучивался, предполагал голубей, в крики и скрежет не верил до последнего. Привели его на этаж — парень в лице поменялся за пару минуту, как только услышал эти всхлипы и крики. Все, что он тогда сказал: «Это человек». Решили днем лезть туда, ибо ночью тут всё вскрывать без полиции — соседи, хоть и глухие, когда не надо, мигом настучат в полицию, и нас самих заметут. Да и страшновато в темноте — вдруг там чертовщина какая-то водится? Разошлись, легли спать. Встали около четырёх часов дня, разбитые и на нервах. На чердаке продолжались постукивания.

Решили пойти другим путем, чтобы не лезть туда самим — позвонить в ЖЭК, чердаки то их дело. Позвонили туда, и нам ответили, что через полицию пришла заявка проверить чердак нашего дома, они с утра это сделали — всё чисто. Мы описали ситуацию и попросили, чтобы они прислали несколько ребят. Ждем. На подъезд выходил тот мужик, что якобы работает как конь — он сначала обещал полезть на чердак с нами, но через десять минут наших рассказов слился по «срочным» делам. Мы стоим у подъезда, ждем бригаду из ЖЭК. Приходит одна женщина с ФОНАРИКОМ. Заявляет, что у нас с утра все проверяли все подъезды, все чердаки. Мы предлагаем ей пройти наверх. Выясняется, что ключи от дверцы она забыла — шла на чердак, забыла ключи, ну отличненько. После разговора с ней мы узнаём, что на чердак можно как-то пройти через первый подъезд. Заходим, поднимаемся — а там замка на двери нет. Мы спрашиваем: «Если с утра проверяли все подъезды, то как замок не проверили? Ладно, лезьте». Тут она начинает огрызаться — видимо, мы её самолюбие защемили: «Никуда я не полезу, я не в спецодежде, то да сё». Кончилось дело тем, что она распсиховалась — и сама туда не пошла, и нам не позволила, повесила новый замок на дверцу к чердаку первого подъезда и ушла. Замечательно.

Мы пошли в магазин, посмотрели со стороны улицы на окна чердака. Голуби сидели только у крайних окон, кроме нашего. Ясное дело, что из-за звуков шарахаются. Возвращаемся обратно. Тот мужик, который ночью выбегал из первого подъезда, стоит, по окошкам чердаков глазами шарит. Зашли в подъезд — сильно пахнет хлоркой. Ну, вы догадались откуда — сам же подъезд сух и грязен, как всегда. Зашли в квартиру, смотрели с окна на мужика. Тот нервничал, кому-то постоянно звонил и писал, оглядывался и постоянно смотрел на чердак. Шорохи и поскребывания время от времени продолжались. Часам к одиннадцати встретились со своим давешним другом, прихватили ещё одного и пошли на этаж слушать. Решили все-таки лезть. Были слышны все те же мычания, скрежет и прочие звуки. В итоге промучились с маленьким ломом и топором час. Замок оказался добротным, видимо, ещё советских времён, и стойко переносил наши неумелые попытки взлома. Потом соседи начали заявлять, что мы им спать мешаем... В итоге разошлись ни с чем. Решили утром вновь действовать через полицию. Ночью еле спалось, суета наверху не прекращалась ни на секунду.

Утром встали — все те же стуки. Вызвали ментов в третий раз. Те приехали и пошли в первый подъезд. Они думали там послушать, а потом в нашем подъезде, и если будут звуки, отправиться в ЖЭК за ключами. В подъезде стоял тот мужик, который раньше следил за чердаком. Он очень внимательно посмотрел, куда мы направляемся, и вышел из подъезда. Каково же было наше удивление, когда выяснилось, что замка на дверце в чердак первого подъезда уже нет! И что сделал мент? Да ничего — он просто встал на лесенку, приоткрыл эту дверцу, чуть всунул туда голову и просветил фонариком вокруг, а в чердаке, естественно, в любом случае много хлама. Его «осмотр» длился не больше 20 секунд. Потом вызвал женщину из ЖЭК, она повесила новый замок. Вместе они дали нам ценные советы о том, что не нужно употреблять наркотические вещества, и что валерьянка нам поможет.

Знаете, когда мы раньше смотрели фильмы ужасов, нам казалось таким странным, что с человеком случается что-то жуткое, он об этом рассказывает весь белый и перепуганный, а ему никто не верит. Так вот, оказывается, всё действительно так. Это слышали лишь мы и два наших друга на тот момент. Мы провели тот день вне дома, приехали чуть ли не под утро и легли спать. И было абсолютно всё равно на любые звуки — выгорели, измучились. Встали рано, нужно было ехать по делам. Пока были в ванне, происходили нереальные вещи. Время было восемь — начало девятого утра. Наверху стоял глухой крик, швыряния, будто кого-то таскали, били, потом пошел звук, напоминающий скрежет ручной пилы. На дверце по-прежнему висел замок. Мы ушли очень быстро, казалось, что уже едет крыша. Отписались на форуме волонтеров, описали ситуацию — через час позвонили, сказали, что скоро будут, расхваливали себя, говорили, что придут с оружием, все проверят, не то что менты. Отлично. Вечером собрали друзей, еще друг на машине подъехал, припарковал свою на газончике, где стояло порядка десяти машин помимо его. Подъехали ДПСники, стали вертеться именно у его машины, переписали номера — мол, неправильная парковка, перепаркуй. Потом уехали, и сразу после этого вокруг начала кружить «скорая» старенького вида, потом остановилась возле нас. Водитель аж четверть часа внимательно следил за нами, потом уехал. Волонтеры приехали через три часа — человек девять в трёх машинах. Рассказали им все, пообщались. С них слетела вся бравость, они тоже испугались лезть на чердак, даже с оружием. Говорят: «Давайте вызывать ментов». Нам уже всё равно, лишь бы ситуация как-то разрешилась наконец. Вызвали полицию, ждем. Стоим на площадке, как вдруг у первого подъезда выключается «кобра» (лампа над подъездом), открывается дверь, выбегает тот самый знакомый нам мужик и скрывается за домом, где растут кусты и все огорожено забором. После этого кто-то открывает и закрывает дверь подъезда раз пятнадцать. Мы в недоумении пошли и включили обратно «кобру». Стоим на дорожке, видим — слева метрах в трехстах менты уже идут, да пешком. Тут с обратной стороны крыши раздаётся резкий крик и звук удара. Все присутствующие замолчали и друг на друга посмотрели, потом рванулись навстречу ментам с этими новостями.

Заходим в первый подъезд — замок-то висит, только не тот, что вешала женщина из ЖЭК, а абсолютно другой. Ладно, пошли в наш подъезд — все закрыто. Пошли в третий (странно, что мы сами ни разу не догадались туда заглянуть) — замок там висит, но это, так сказать, имитация, крошечный, хрупкий. Полезли наверх два мента, и главный волонтер, нас не пустили. Их не было очень долго, топали они как слоны, а соседи и этого не слышали — неудивительно, что не слышали они и криков давешних. Так вот, спускаются они с чердака. Менты спокойные, нам объясняют, что арматура такие звуки издает из-за перемены погоды. Рядом с ними стоит волонтер, глаза по пять рублей, бледный, руки дрожат, еле курит и поддакивает им. В общем, все желают нам спокойной ночи и крепких снов и уходят, друзья тоже разошлись. Мы в странных чувствах ложимся в кровать. В четвёртый час ночи начинаются шаги наверху, слышны какие то разговоры и шарканье пакетов. На следующее утро решили послать куда подальше всех этих ментов и волонтеров и самим проникнуть в чердак через третий подъезд. Приходим — опа, а там уже тоже здоровенный замок, который чёрта с два взломаешь...

После такого мы, недолго думая, собрались и съехали в другую квартиру в тот же день. Через месяц были в том же районе, а на дверях всех подъездов висели объявления о розыске — мол, пропала девушка-инвалид без ноги, причём буквально в тот же день, когда все странности на нашем чердаке начались! Может, это, конечно, все совпадение, но мы уверены, что звуки точно не арматура издавала, и лицо того волонтера не из-за вида арматуры попортилось.

Вот такие дела. Очень жутко сейчас это все вновь вспоминать. В итоге осталось неясно, что это всё-таки было. Впрочем, определённые предположения у нас, конечно, есть, но такие, что лучше об этом не задумываться.
♦ одобрил friday13
22 июля 2014 г.
ВОСКРЕСЕНЬЕ

До сих пор не уверен, почему я решил записать это на бумаге, а не на своём компьютере. Думается, дело в том, что я заметил некоторые странные вещи. Не то чтобы я не доверял своему компьютеру... я просто... мне нужно собраться с мыслями. Мне нужно собрать все детали в том месте, где я буду уверен, что они не смогут быть удалены или изменены. Не то чтобы это случилось. Просто... иначе всё размывается, и туман памяти придаёт неясность некоторым вещам.

Я начинаю чувствовать себя стиснутым в этой маленькой квартире. Возможно, в этом вся проблема. Я просто был вынужден довольствоваться этой дешёвой квартиркой в подвале. Из-за отсутствия окон дни и ночи неразличимы и пролетают незаметно. Я не выходил на улицу уже несколько дней, потому что я был занят кодингом для проекта, над которым так увлечённо работал. Думаю, я просто хотел поскорее его закончить. Часы просиживания перед монитором любого заставят чувствовать себя не в своей тарелке. Наверное, всё из-за этого.

Не помню, когда я впервые почувствовал, что что-то пошло не так. Я даже не могу понять, что именно. Может быть, я просто давно ни с кем не разговаривал. Это первое, что меня напрягло. Все, с кем я обычно переписываюсь, когда программирую, были либо неактивны, либо вовсе в оффлайне. Все мои письма оставались без ответа. В последнем электронном письме от одного знакомого сообщалось, что он поговорит со мной, когда вернётся из магазина — а это было вчера. Я бы позвонил с мобильного, но сигнал здесь ужасный. Да, в этом всё и дело. Мне просто нужно позвонить кому-нибудь. Мне нужно, наконец, выйти на свежий воздух.

* * *

Что ж, вышло не очень. Чем меньше тревожное покалывание, тем больше я чувствую глупость того, что вообще чего-то боялся. Перед выходом я посмотрелся в зеркало, но отросшую за два дня щетину сбривать не стал. Я решил, что выхожу только для того, чтобы позвонить по сотовому. Однако я переменил рубашку, потому что было время обеденного перерыва и, вполне вероятно, я мог бы столкнуться хотя бы с одним из своих знакомых. Но этого не произошло. А жаль.

Когда я выходил, то открывал дверь своей конуры очень медленно. Небольшое чувство опасения каким-то необъяснимым образом уже зародилось во мне. Я списал это на то, что не говорил ни с кем, кроме себя, на протяжении одного или двух дней. Я выглянул в тусклый, серый коридор, тёмный, как и все подвальные коридоры. В конце коридора была тяжёлая металлическая дверь, ведущая в котельную. Она была заперта, конечно. Неподалёку от двери стоят два унылых автомата с газированной водой. Я купил там банку содовой однажды — в первый день, как сюда въехал, и срок её годности истёк два года тому назад. Я практически уверен в том, что никто и понятия не имеет, что здесь есть автоматы с напитками, или хозяину нет никакого дела до того, чтобы пополнять их свежим ассортиментом.

Я аккуратно закрыл дверь и пошёл в противоположную сторону, стараясь не издавать ни звука. Понятия не имею, почему я решил это сделать, но, повинуясь внезапному импульсу, я захотел, чтобы звук моих шагов не тронул гул автоматов с газировкой, по крайней мере, пока. Я дошёл до лестничной клетки и поднялся до входной двери. Я выглянул сквозь небольшие квадратные окна в тяжёлой двери и испытал шок: определённо, это было не обеденное время. Город мрачно нависал над тёмными улицами, и на перекрёстках вдали жёлтым светом мигали светофоры. Тяжёлые облака, фиолетовые и чёрные от свечения города, висели над головой. Ничто не двигалось, кроме нескольких деревьев на тротуаре, качающихся на ветру. Я помню, что дрожал, хотя мне не было холодно. Наверное, это из-за ветра снаружи. Я смутно слышал его через тяжёлую металлическую дверь, и я знал, что это был тот уникальный вид ночного ветра, который всегда постоянен, холоден и тих, за исключением моментов, когда протекает сквозь невидимую листву, вызывая подобие музыки.

Я решил не выходить на улицу.

Вместо этого я прислонил телефон к дверной прорези и проверил полосу сигнала. Полоска заполнилась, и я улыбнулся. Настало время услышать чей-нибудь голос, и я помню, как испытал тогда облегчение. Странно — и чего я боялся? Я покачал головой, беззвучно посмеиваясь над собой. Нажав автонабор номера моей лучшей подруги Эми, я приложил телефон к уху. Гудок... Затем ничего. Я слушал тишину добрых двадцать секунд, прежде чем повесить трубку. Нахмурившись, я опять посмотрел на полоску сигнала — всё ещё полная. Я попробовал набрать её номер ещё раз, но тут телефон сам зазвонил у меня в руке, и я вздрогнул.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
♦ одобрил friday13