Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ПРЕДВЕСТИЯ»

Автор: Tiida Moonlight

Серена поздно возвращалась с работы: начальство задержало, грозя несданными в срок отчетами и лишением части премии. А так как кормить Серену было больше некому, пришлось оставаться в офисе и заполнять кипу бумаг. Когда с ними было покончено, настенные часы показывали половину десятого вечера. Уставшая, Серена выключила везде свет и вышла из здания. Улица встретила ее прохладой ветерка и свежестью только что прошедшего дождя. До дома ей добираться недалеко: пару кварталов, подземный переход и еще три дома. И вуаля: постелька и теплый ужин, который она сама же себе и приготовит. Кварталы она миновала спокойно, уже начинало смеркаться, но девушка была не из робкого десятка. Поэтому просто посильнее сжимала сумку и твердым шагом шла дальше.

Она подошла к подземному переходу, по которому ходила два раза в день вот уже не первый год. Как только она спустилась по лестнице и завернула за угол, в сам переход, то с ужасом увидела, что около выхода, к которому ей бы надо было пройти, мужчина в синем пиджаке избивал какую-то женщину. Она уже даже не кричала.

Он избивал ее сильно: бедная женщина мешком лежала на полу, принимая все новые и новые удары в живот. Серена остановилась как вкопанная, боясь даже шелохнуться. Лица женщины она не смогла разглядеть — на его месте было сплошное кровавое месиво.

Вдруг мужчина в синем пиджаке поднял взгляд и уставился прямо на Серену. Это-то и вывело ее из ступора. Она развернулась и рванула вверх по лестнице, где, как она была уверенна, должна была быть улица. Но когда лестница закончилась, Серена с ужасом увидела, что вместо улицы она поднялась в точно такой же подземный переход, с теми же треснутыми плафонами и валяющимися газетами. И с той же парочкой.

И снова мужчина в синем пиджаке жестоко избивал несчастную женщину. Серена подалась назад — туда, откуда она поднялась, а там через три ступеньки лестницы образовалась глухая стена. Бежать вниз некуда. Либо вперед, либо наверх. И снова он поднял на нее свой взгляд и пошел навстречу. Явно желая и ей причинить вред. Одной женщиной больше, одной меньше. Серена снова рванула наверх по лестнице. Угадаем?

И снова переход, мужчина, еле живая женщина и стена, перекрывшая отход вниз. Раз деваться было некуда, то нужно действовать иначе. Серена собрала всю свою волю в кулак и тихонько пошла к этой парочке, сжав маленькие кулачки. Избитая женщина все так же попискивала от новых ударов, мужчина все так же весело и задорно мутузил ее ногами.

Когда Серена подошла уже совсем близко, чтобы рискнуть пробежать мимо, она кинула взгляд на бесформенное тело женщины. И там, получая все новые и новые травмы, лежала она — Серена.

Девушка закричала от невозможности увиденного. Мужик в синем пиджаке резко обернулся на нее, сжимая окровавленные кулаки, и ехидно улыбнулся, обнажая два ряда желтых зубов.

— Ку-ку, красотка.

Серена открыла глаза. Шея затекла от неудобного положения, отзываясь болью на каждое движение. Она уснула на работе, ткнувшись лбом в стопку бумаг. Настенные часы показывали двадцать минут десятого вечера. Поругав себя за изнурительную самоотдачу, девушка собрала вещи и вышла из офиса.

Ее не покидало странное ощущение дежавю, что все это уже происходило. Она шла и оглядывалась, не понимая, откуда исходит чувство тревоги и опасности. Дойдя до перехода, она ненадолго остановилась, силясь разглядеть призраков в тенях домов. Не увидев ничего интересного, она все же спустилась в переход. До дома оставалось минут пять ходьбы.

А навстречу ей с того края шел мужчина в синем пиджаке.
♦ одобрила Инна
16 марта 2014 г.
Чуть более 15 лет прошло с событий той истории, что я хочу рассказать, а следовательно, они более не составляют сведения, содержащие государственную тайну. Несмотря на это:

— имена и фамилии действующих сотрудников изменены;

— номер войсковой части не приводится;

— город, в котором происходили события, заменен на город Климовск Московской области, упомянутый военный городок Климовск-19 не существует и ранее не существовал;

— по тексту действие происходит в военном городке, принадлежащем ФАПСИ при Президенте России, на самом деле он принадлежал другой военизированной структуре в ведении Президента.

Итак.

Эта история произошла летом 1997 года. Я, только выпустившийся из академии 23-летний лейтенант, проходил службу в должности младшего оперуполномоченного в одном из оперативно-розыскных подразделений Управления по Москве и области. Я был молод, весел и силен, встречался с девушкой, планировали свадьбу. До этого я никогда не страдал кошмарами. Это так, чтобы представить меня тогда — душителя прав и свобод в расцвете сил, КМС по боксу, участника сборной по стрельбе Управления.

Я проснулся рано утром, до звонка будильника, часов в пять утра. Был душный июльский вторник, я был один в квартире моих родителей, в которой я и жил, а они находились в длительной зарубежной командировке. Денежное довольствие младшего опера тогда составляло примерно 5 тысяч рублей, так что снимать квартиру я явно не смог бы. Это так, воспоминание.

Я проснулся не то чтобы в холодном поту, но вспотел изрядно. Рука инстинктивно потянулась за кобурой с оружием, лежавшей в изголовье. Нащупав привычный металл конструкции Макарова, я немного успокоился и попытался проанализировать мой сон.

Итак, мне снилось, что я иду по вокзалу. Это был именно вокзал — зал ожидания, больше всего похожий на Ярославский ДС, но в нем была устаревшая мебель, деревянные скамьи, агитация на стенах советских времен...

Я целенаправленно шел в направлении подъездных путей. Чувствовал, что нахожусь на службе, при исполнении, так сказать. Стоял яркий солнечный день. Я шел по безлюдному перрону — не было ни поездов, ни людей. Вдруг краем глаза я увидел цыганку. Это сейчас их меньше, а тогда их было до такой-то матери.

Когда я был от нее в трёх шагах, она повернулась ко мне и отчетливо произнесла:

— Ну что, лейтенант, убьют тебя в этом Климовске, самому-то не тошно?

Последние слова она произнесла в крике почти что мне в лицо. Тут я проснулся.

Когда я проанализировал свой сон, мне действительно стало немного тошно: в каком, к чёрту, Климовске? Я там не был никогда, и дай Бог, еще сто лет не буду.

Утром, по прибытии на службу, меня, как всегда, ожидало утреннее совещание у начальника Службы. Это был тот еще калдырь почтенный, прославленный словами «я его в гробу е***» и «как дерьмо на глазу». Из его речей я узнал, что мне предстоит командировка в составе группы в один из военных городков МО, где секретоноситель высшей категории, военнослужащий, ушел в самоход.

Поднявшись в отдел кадров, я расписался за командировочное удостоверение. Выйдя от кадровика и внимательно прочитав его в ожидании лифта, я почувствовал, что почва дома №20 по улице Большая Лубянка немного уходит у меня из-под ног.

В графе «Куда» корявым почерком кадровика было начертано: «Московская область, пгт. Климовск-19».

Сон тут же пришел мне на память.

Впрочем, по молодости лет не сильно-то я и заморачивался по этому поводу. Ну сон, ну совпадение. И вообще, этой цыганке еще повезло, что я ею во сне не занялся по полной, так сказать, с проверкой регистрации и прочей веселухой.

Мы прибыли в пгт. Климовск-19. Достаточно интересный военный городок, периметр с тремя системами безопасности, вышки по углам, усиленные патрули, взрыхленная контрольно-следовая полоса.

Сам же городок — две казармы срочников, три офицерские общаги, ряд хозяйственных строений и два сооружения вроде двухэтажки, да окна все слепые, кирпичом заложены. Причем, как я обратил внимание, именно в них после развода личный состав и заходил. Практически весь. Где бы они там поместились — чёрт знает. Все наводило на мысль о том, что это «крыша» для подземного сооружения, благо такие я и «конторские» повидал в Москве, когда практику в Академии проходил.

Осмотром места происшествия было установлено следующее.

Порядка 18.20 МСК подполковник в/ч ***** Иванов, в органах ФАПСИ при Президенте России с 1989 года, русский, уроженец г. Смоленска, старший инженер, имея разрешение командира части, покинул расположение и убыл в близлежащий поселок по личной необходимости. По убытию оставил запись в журнале дежурного по КПП.

Далее началось интересное.

Сразу за будкой КПП начиналась взрыхленная контрольно-следовая полоса. Это такой кусок грунта, который взрыхлен, чтобы на нем четко оставались следы.

Осмотром этой полосы шириной 500 метров было установлено, что следы (по его обуви) отмечены до 120 метров, после чего теряются. Ну представьте себе, что человек шел, а потом его на вертолете как бы сдернули.

На вертолете. В Московской области. В районе режимного городка.

В качестве приданных сил были задействованы части внутренних войск из ближайшей Балашихи. Осмотрев полосу, кинолог «вованов» ринулся вслед за своей псиной в чащу окружающего этот городок леса. Едва поспевая за ним, проклиная сорванную сигаретами дыхалку, рванули и опера.

Наконец, на одной из опушек леса, этот Джульбарс остановился.

— Здесь! — радостно заорал проводник служебной собаки, старший сержант-контрактник.

— И с чего здесь? — скептически отнеслись опера.

— Ну вот, здесь. Ищите, короче, ребята, — проводник углубился в собачью психологию, кормя внушительных размеров псину сахарком.

«С хрена ли тут, лес же голимый», — подумал я. И осекся, наступив на нечто нехарактерное для леса.

«Что за херню железную тут разбросали», — подумал я. И тут же профессионализм уступил место иному.

— Иванов, понятых сюда. Выходцев, у тебя фотоаппарат, снимай.

— Время 12:07 МСК. Обнаружен предмет, напоминающий пистолет конструкции Макарова. Затвор в заднем положении, имеется гравировка: заводской номер — ****, такого-то года выпуска. Магазин в наличии, по осмотру пустой.

Интересное кино. А где патроны-то?

— Старший, дерево видишь? — Выходцев тронул меня за плечо.

— Какое дерево, Вано? — отвлекся я от протокола.

— Такое, блин, дерево, глаза разуй. На тебя смотрит.

Я посмотрел в указанном коллегой направлении.

Забавно. Аккуратно посредине кора дерева была выбита, был виден сок. Осмотрев ствол липы поближе, я увидел, что в ствол диаметром менее метра аккуратно были уложены все восемь пуль примерным диаметром 9 миллиметров.

— Шесть пулек, как в Сараево, — пробормотал я.

— Чего? — удивился младший лейтенант Выходцев.

— Ничего, Ваня, классику читать надо. Сергеев, связь со штабом поисков.

— 393-й, ответьте «Сотнику».

— «Сотник», 393-й.

— Уточните заводской номер служебного оружия разыскиваемого.

Как вы уже поняли, мы нашли служебный ствол «потеряшки». Времена тогда были такие — стволы на «постоянке» были, и тем, кто через лес идёт в увольнение, их оставляли.

Итак, человек исчез с половины контрольно-следовой, а его ствол найден в полукилометре в лесу, отстрелянный в дерево, достаточно кучно.

Далее началась рутина. Разумеется, чтобы прочесать весь лес, потребовалась бы вся дивизия Дзержинского с поварами и шлюхами, да еще пару батальонов гвардейской Кантемировской. Хрен бы нам кто это дал. С нашего «дома на горке» (так мы зовем Лубянку) пришла команда — розыск собственными силами.

Разумеется, ходили бойцы-срочники по лесу, а мы, опера, ездили по окрестным деревням и селам, опрашивая народ.

— А не видели ли Вы чего, Василий Петрович?

— А видел я, сынки, как сосед мой, Гришка, листовки против Ельцина печатает, вы уж его ужучьте.

Как бы то ни было, но за неделю в деревнях и прочих весях наладили мы агентурную сеть. Люди охотно шли на контакт — это был плюс. Люди несли такую херню — это был минус. Но всю херню приходилось отрабатывать.

И вот, девять дней спустя, от источника «Церковь» мы получаем информацию о том, что в селе Троицкое, в доме № ** по улице Котовского, уже неделю живет некий военный, в камуфляже все время ходит. Для проверки информации поехали я, Ваня Выходцев и водитель Борис из этой в/ч.

Под матерки Бориса, под просьбы «остановить сфоткать» придурка Выходцева мы доехали до указанного дома. Домовладение, забор ниже живота, халупа и пару сараев.

Не выходя из машины, видя какое-то шевеление во дворе, я крикнул с переднего сидения:

— Хозяин, милиция, выйди до разговору.

То, что вылезло под видом хозяина, я с натягом могу назвать человеком. Заросшее космами нечто в трикотажном костюме с двустолкой в руках. Дикий рев был слышен, наверное, под землей в этой загадочной в/ч:

— Ах вы, суки, менты поганые, не отдам вам ружье!

Далее оно делает необыкновенный финт и ныряет за огромный валун на участке. Я был малость с бодуна, поэтому не сразу увидел искомое ружье в его руках.

— Серега, ствол, работаем! — истошный вопль Выходцева заставил меня пробудиться от легкой дремы.

— Слышь, ты, ФСБ работает, ствол на землю, сюда подошел! — не зря я в Академии командный голос тренировал. Высунувшись в окно машины, я продолжил:

— Будешь ерепениться, сука, до конторы не довезем. Руки в гору, медленно вышел...

Последнее слово я уже проглотил, потому что удивился зрелищу осыпающегося лобового стекла. Далее, как учили на третьем курсе, в перекате я рванул дверь, выпал из машины за какой-то штабель дров, отметил сектор обстрела.

— Выходцев, справа тридцать, — обозначил я коллеге участок работ.

Растянувшись на рубероиде, покрывавшем штабель, я от души выпустил пять патронов в основание камня, за которым скрывался враг. Тот ответил скупо, одним выстрелом, но так, что я почувствовал трассу пули на уровне моего сердца. Хорошо, что хоть в дровах застряла.

— Я тебя урою, сука! — обозлился я.

— Пятый, полукольцом обходи справа! Девятый, с воздуха прикрой! — я отдавал команды несуществующим подразделениям, чтобы деморализовать противника.

Прямо над ухом разорвала сложившуюся тишину автоматная очередь.

«Борис, чёртов водила», — подумал я. Точно — этот боец прикрылся дверью Волги и, достав «ксюху», АКСУ то бишь, короткими очередями поливал камень.

«Ну да, их в ФАПСИ и не тому, поди, учат».

— Боря, прикрой! — крикнул я ему, а сам сместился на пару метров ближе.

— Эй, гондон, я сейчас гранату брошу!

Я блефовал, конечно же — последний раз я бросал гранату на полигоне Ратэновской спецшколы.

Швырнув в сторону стрелявшего булыжник, в два прыжка я пересек местность.

Выстрелов не последовало. Перемахнув через камень, я с удовольствием врезал рукояткой ПМ в затылок любителю охотничьего оружия.

Что было дальше? На охотника браслеты. Как захожу я в дом, бросается мне навстречу какое-то бухое нечто в камуфляже. Я его укладываю на пол заученным на тренировках броском. Без всякой надежды тычу его стволом в зубы, ору:

— Где военный?!

Показывает он мне на печку. Мы извлекаем из подпола за ней «потеряшку» нашего. В состоянии полного нестояния, но не пьяный — я-то сам калдырь знатный, могу понять, что к чему. Может, под наркотой, да в этом я не спец, а подразделение «Н» у нас в конторе расформировали, и спросить не у кого.

Извлекли мы их всех с Божьей помощью и с моим стволом.

Ах, с каким же я наслаждением орал в рацию:

— Нужна эвакуация, у нас «пятерочка» (объект)!

Всех вывезли. Страдальца нашего «оформили» по прибытию в лазарет. Да только лазарет там странный — в один из тех масксооружений под землю, и привет. С нас — подписки о неразглашении (вот и срок им вышел).

По отъезду — пьянка, естественно, с местным особистом. Ну, выпили раз и два, вышли во двор покурить. А тут и Борис этот — он, оказывается у особистов водитель. Говорит:

— Проставляетесь, мол, товарищ лейтенант.

Я:

— С хрена ли дополнительно?

— А вот гляди.

Открывает дверь той «Волги», на которой мы приехали. Показывает на подголовник пассажирского переднего сидения.

Не совсем понимаю я.

А он мне руку пододвигает, и я дырку в том подголовнике нащупываю. Интересно мне, дальше копаюсь. И пулю достаю — явно из ружья этого охотничьего. Аккурат посередке — если бы не тряхнуло нас на кочке, так тот стрелок меткий мне ее промеж глаз бы и зарядил.

И спрашивается, вот к чему такое пророчество было во сне. Я с тех пор не раз под пули попадал, год в Чечне был в командировке, но совпадение с Климовском тем не идет у меня из головы...
♦ одобрил friday13
27 февраля 2014 г.
Первоисточник: paranormal-news.ru

Автор: Евгения Мартыненко

Моя давняя знакомая, добрая собеседница, педагог, недавно ушедшая на пенсию, Лилия Захаровна рассказала мне необычную историю. Поехала она проведать свою сестру Ирину в соседнюю Тульскую область.

В одном подъезде, на одной площадке с Ириной жили её соседи, мать Людмила Петровна и дочь Ксения. Ещё до ухода на пенсию Людмила Петровна стала болеть. Врачи три раза меняли диагноз. Толку в лечении не было: Людмила Петровна умерла. В то трагическое утро разбудила Ксению кошка Муська, любимица матери. Врач констатировал смерть. Похоронили Людмилу Петровну совсем недалеко, в её родном селе.

Ксения с подругой приезжали на кладбище два дня подряд. Когда приехали на третий день, то увидели в могильном холме неширокую, глубиной по локоть, ямку. Совсем свежую. Недалеко сидела Муська. Сомнений не было. Почти одновременно вскрикнули: «Вот кто копал!» Удивившись и посудачив, девушки засыпали яму. В руки кошка им не далась, и они уехали без неё.

На следующий день Ксения, пожалев голодную Муську, снова поехала на кладбище. Компанию ей составила родственница. Каково же было их изумление, когда они увидели на холмике довольно большую яму. Измученная и голодная Муська сидела рядом. Она не вырывалась, а спокойно дала посадить себя в сумку, изредка жалобно мяукая.

У Ксении теперь не выходил из головы эпизод с кошкой. И вот всё явственнее стала вырисовываться мысль: а вдруг маму похоронили живую? Может, Муська чувствовала это неведомым образом? И дочь приняла решение выкопать гроб. Заплатив деньги каким-то бомжам, она с другом и подругой приехала на кладбище.

Когда вскрыли гроб, то в ужасе увидели то, что и предчувствовала Ксения. Людмила Петровна, видимо, долго пыталась поднять крышку.. Ужаснее всего для Ксении была мысль, что мама её была ещё жива, когда она с подругой приезжала к её могиле. Они её не слышали, а кошка слышала и пыталась раскопать!
♦ одобрила Happy Madness
Во время обеденного перерыва в шахте наверх никто не вылезает. Обедают там же. И вот один шахтер после обеда прикорнул и заснул. Те, кто с ним работали в одной смене, должны были после окончания перерыва его разбудить — таков был уговор. Но они куда-то запропастились на несколько минут. Проснулся мужик от того, что кто-то его кусает за палец. Не до крови, но очень неприятно. И спать не дает. Открывает глаза — крыса!

Он ее отогнал с помощью рук и матерных слов. Только снова закрыл глаза — опять кусает, зараза. Он и кидался в нее породой, и чего только не делал — не отстает. Плюнул, поднялся и погнался за ней по штреку. Через полминуты там, где он лежал, все завалило. Обрушилось перекрытие.

После этого случая каждый раз, когда мужик приходит на работу и обедает, к нему подходит крыса, та самая. Он отрывает часть своего «тормозка» и дает ей. Сидят вместе, едят. Поедят и крыса уходит. И так каждый раз.

Откуда она узнает, когда у него следующая смена, никто понять не может...
♦ одобрила Совесть
9 февраля 2014 г.
Есть в Москве особенные, старые дворы, где грезят о былом вековые тополя, а летом в их тени мужчины в майках и трико, сидя на лавочках, пьют пиво из трёхлитровых банок и «забивают козла», беззлобно матерясь и травя байки. В таких местах особенно сильна магия тысячелетнего города, тут есть свои тайны, свои воспоминания. И если повезёт, аборигены Садового Кольца под стук домино поведают тебе о странных существах, которые иногда посещают эти сакральные места столицы.

Одно из таких существ — Чёрный Почтальон. Собственно говоря, он не почтальон даже, а просто дряхлый старик в тёмной одежде, который, словно адскую почту, разносит по домам горе и страдания.

Чёрный Почтальон приходит в твой двор.

Чёрный Почтальон подходит к твоему подъезду.

Чёрный Почтальон без ключа и домофона входит внутрь.

Чёрный Почтальон, кашляя и почти задыхаясь, взбирается по лестнице.

Чёрный Почтальон подходит к твоей двери и долго-долго стоит перед ней, как бы переводя дух.

Потом он нажимает кнопку звонка.

Потом он ждёт.

Если за дверью слышатся шаги — Чёрный Почтальон просто тает в воздухе, оставляя после себя лишь тяжёлый, тошнотворный запах старости и смерти. Если же дома никого нет, он понуро спускается вниз. Просто спускается вниз по лестнице. Но никто и никогда не видел его выходящим из подъезда.

Впервые историю о Чёрном Почтальоне я услыхал в самом начале девяностых, когда у моего отца дела пошли в гору так круто, что мы из Выхино переехали прямиком в огромную квартиру в районе Старого Арбата. Там, в тишине арбатских дворов, я и причастился к таинствам Москвы, перевоплотившись из окраинной «лимиты» в её «коренного жителя». Помню, что из всех страшилок, что рассказывали тогда во дворе, «Чёрный Почтальон» пугал меня сильнее всего. Одно время я просто панически боялся звонков в дверь, особенно когда оставался дома один. А потом всё это прошло — я вырос, и девочки стали волновать меня куда больше, чем глупые сказки.

Однажды тёплым майским вечером, когда мне уже стукнуло шестнадцать, я сидел на кухне и учил уроки. Раздался очень длинный, настойчивый звонок в дверь, и я решил, что пришёл кто-то из соседей. Я спокойно подошёл к двери и спросил: «Кто там?». Тишина. Поглядел в глазок. Никого. Я открыл дверь и выглянул на площадку. Пусто. Я не услышал ни торопливых шагов по лестнице, ни хлопанья железной двери внизу. Ничего. Я отчётливо помню, как что-то в тот момент меня насторожило. Но я просто хмыкнул, закрыл дверь и вернулся учить уроки.

Через две недели умерла бабушка.

В июне у меня случился первый приступ астмы.

Потом настал август. Это был август девяносто восьмого, и весь папин бизнес вдруг превратился в гору неоплатных долгов.

В октябре мы продали квартиру и переехали в «Замкадье». Два дня спустя выяснилось, что на эту квартиру имеет право несовершеннолетний ребёнок прежних хозяев, а риэлтор исчез вместе с нашими деньгами.

В ноябре папа на своём «Гелендвагене» где-то в районе Серпухова вылетел на встречку и в лобовую сошёлся с «КамАЗом».

Потом был декабрь девяносто девятого, когда наша вечно пьяная страна ждала «конца света-2000», а я метался по родственникам, занимая денег маме на лекарства.

А потом был конец света, когда я сидел в тесной, душной палате онкологической клиники и смотрел, как из истерзанного раком существа, которое когда-то было моей мамой, уходит жизнь. Именно там, в палате ракового корпуса, вдыхая тяжёлый, затхлый запах смерти, я вдруг узнал его. Я вспомнил этот запах. Я даже не буду договаривать — вы сами понимаете, о чём я вспомнил.

Есть ли в этой истории какая-нибудь мораль? Её нет. Ведь когда раздастся длинный, настойчивый звонок в дверь, ты всё равно кинешься её открывать. Ты живёшь не на Арбате, а в новостройке на окраине Бутово? И что с того? Понимаешь ли, старые московские дворы видят всё. Там все между собою знакомы. И когда в этот мирок вторгается нечто чуждое, это «нечто» могут хотя бы заметить. А среди бесконечных панельных многоэтажек, где все люди кажутся на одно лицо — кто обратит внимание на одинокого полуживого старика в поношенном тёмном костюме, бредущего куда-то по своим делам?

А ведь это Чёрный Почтальон приходит в твой двор.

Это Чёрный Почтальон подходит к твоему подъезду.
♦ одобрил friday13
7 февраля 2014 г.
Эта история произошла, когда мне было 15 лет, а моему брату — 12 лет. Наш отец к тому времени уже год как умер.

И вот мне снится сон, что папа приехал ко мне на синей иномарке. Я его целую, обнимаю, говорю, что соскучилась, а он только холодно приобнял меня и будто глазами ищет кого-то. Затем как-то так оказалось, что он ведёт за руку моего брата, они садятся в машину, а я бегу к ним, но никак не могу добежать. Машина трогается с места, и я вижу через заднее стекло, как брат внутри смеётся и машет мне рукой.

На следующий день брат не вернулся домой вечером. Соседи только видели, как он после школы играл во дворе с мальчишками в футбол. Девять часов вечера, десять часов, одиннадцать — а его все нет. Мама звонила по друзьям — никто его не видел после того, как разошлись.

Стали звонили по больницам и моргам. В районной больнице нам сказали, что к ним поступил в тяжёлом состоянии мальчик лет двенадцати — его сбила машина. Мама сразу туда поехала — оказался мой брат. Он так и не выжил...

Позже я узнала, что человек, сбивший его, утверждал, что мальчик будто от кого-то убегал — стоял у обочины, все время оборачивался назад и вдруг резко выбежал на дорогу. Машина у него, кстати, была синего цвета, хоть и не иномарка.

... Моего брата похоронили рядом с отцом.
♦ одобрил friday13
6 февраля 2014 г.
Одна молодая женщина утром шла на работу, когда на улице к ней подъехал чёрный катафалк. Водитель высунулся из окна и обратился к женщине:

— Вас подбросить?

Удивлённая женщина не нашла, что сказать. Водитель же заговорщицки подмигнул ей и сказал:

— Заходите, тут есть место для еще одного.

Испуганная женщина отказалась. Катафалк проехал мимо, а женщина продолжила идти, размышляя над этим странным случаем.

Вечером после рабочего дня она подошла к лифту, чтобы спуститься вниз. Когда лифт подошёл, оказалось, что он почти полностью заполнен людьми. Мужчина, который стоял впереди, обратился к ней:

— Заходите, тут есть место для еще одного.

Это были те же слова, которые она утром услышала от водителя машины для перевозки мертвецов. Женщине стало не по себе. Она вспомнила длинный закрытый катафалк, и ей вдруг совсем расхотелось входить в лифт.

— Я... я лучше пройдусь по лестнице, — сказала она и быстро отошла от лифта.

Она успела сделать всего несколько шагов по лестнице, когда услышала громкие крики в шахте лифта. Она поспешила вниз и обнаружила, что трос оборвался, лифт рухнул вниз, и все, кто в нём находился, погибли.
♦ одобрил friday13
28 января 2014 г.
Я верю в святочные гадания и хочу рассказать свою правдивую историю об этом. И эта правда настолько страшна, что я очень прошу не обижать меня недоверием, мол, так не бывает. Бывает, к сожалению...

Это было как раз на Святки (две недели в середине зимы — с 6 января по 19 января). В доме, где жили я, муж и сын, осталась ночевать моя подруга. Мы болтали, пили чай, и вдруг кому-то пришла в голову мысль — а не погадать ли нам? Муж отнесся к идее скептически — он был убежденным атеистом, да к тому же физик по образованию. Мы гадали так: намяли бумаги, сожгли и разложили пепел на крышки, потом навели пламя свечи и стали рассматривать тени, отброшенные светом. У подружки четко вырисовывался младенец в пеленках. Мы ее с мужем дружно поздравили. Моя тень оказалась странной: звериная пасть не то тигра, не то льва. Толкования этому не нашли.

Пришла очередь мужа. Он посмотрел на тень и онемел. Мы тоже с Натальей впали в ступор. На стене виднелось четкое изображение гроба с лежащим в нем покойником. Андрей и так и эдак поворачивал бумагу, но изображения не менялось, менялся только ракурс. Мы с подругой начали мямлить что-то для успокоения. Настроение резко испортилось, гадать больше не хотелось.

Хочу особо пояснить: если бы это было просто изображение покойника в гробу, то это не было бы так страшно. Так ведь в гробу лежал именно Андрей: тот же сильно выпуклый лоб (это у них семейное), косая челка на лбу… Изображение было настолько четким, что были видны мельчайшие детали: сложенные на груди руки, торчащие носки туфель... Была видна даже лента, закрепленная по краю гроба!

Я очень долго находилась под впечатлением от увиденного. С мужем этой темы мы не касались никогда. Постепенно я успокоилась, да только зря — 8 декабря того же года Андрея увезли в больницу на «скорой». Я была уверена, что все обойдется. Не обошлось — он умер. Когда я на похоронах сидела возле тела мужа, то вдруг меня как током ударило: да я ведь это уже все видела! И вьющуюся ленту по краю гроба, и упавшую на лоб челку...
♦ одобрил friday13
19 января 2014 г.
В детстве была у меня подруга, которую звали Катя — шибушная, но с ангельским личиком. Как мы познакомились, я не помню, но, как говорили родители, в песочнице встретились. Фантазия у Кати была неиссякаемая, она всегда выдавала кучу идей для игр и шалостей. И одна из них до сих пор снится мне в ночных кошмарах.

Я не помню, как до этого вообще дошло, но мы решили поиграть в… похороны. Катя, ее двоюродный брат Олег, соседка Таня и я. Все мы тогда сидели у Кати, играли в комнате, пока родители что-то отмечали на кухне. Покойником вызвалась быть Катя. Нарядилась в любимое платье, легла в центр комнаты на заботливо расстеленный нами старый спальный мешок. Свет был погашен, осталась только рябь от телевизора. Катя лежала, скрестив руки, а мы ходили вокруг, изображая причитания — и театрально-горестные, и шуточные — и отмечая достоинства и достижения «покойной». Я смотрел на лицо Кати: оно было красивым и бледным в свете телевизора. Я смотрел и смотрел, прикидывая в голове очередную реплику, и вдруг буквально на долю секунды вместо детского лица я увидел оскалившийся, покрытый иссохшей кожей череп. Сейчас я понимаю, что это была иллюзия — неяркий свет и соответствующая атмосфера сделали свое дело, — но тогда я рванул к выключателю и закричал, мол, мне все это не нравится, я так больше не играю, хватит так шутить. Друзья, естественно, покрутили у виска, повозмущались, что я все испортил, и мы переключились на что-то другое.

В эту же ночь после этой глупой игры мне снилось, что я иду по нашему району. Ночь, темнота, я прохожу мимо сада и в свете фар проезжающей машины вижу плохо закопанную могилу. Подойдя ближе, я с ужасом вижу, что там, не до конца присыпанная землей, лежит Катя, изогнувшись в страшной, неестественной позе...

На следующий день я рассказал об этом сне подруге. Она как-то неловко отшутилась, помолчала, а потом призналась, что ей самой в последнее время постоянно снятся ее собственные похороны, вот оттуда она и взяла идею для вчерашней игры. Мы пообещали друг другу никогда больше в подобные игры не играть.

Через шесть дней после «похорон» Катю на пешеходном переходе сбила машина. В гробу она лежала в том же платье, в котором изображала свою смерть в тот злополучный вечер...

Я думал, что сойду с ума. Не мог в это поверить. Сон, который снился мне после игры, стал преследовать меня постоянно, не только ночью, но даже тогда, когда мне удавалось задремать днем. Соседская бабушка читала надо мной молитвы, кто-то принес мне детскую Библию. И почему они считали, что это избавит ребёнка от ночных кошмаров?.. Через пару недель этот ужас пошел на спад: сон стал сниться редко, потом вовсе перестал.

До сих пор меня мучает совесть. Я знаю, что актеры театра и кино регулярно изображают смерть на сцене, и ничего с ними не случается — но сам бы я ни за что теперь не согласился так играть и не позволил бы тогда Кате…
♦ одобрил friday13
15 января 2014 г.
Первоисточник: otstraxa.su

Бри, не удаляй это!

Я знаю, ты ненавидишь меня, но мы были лучшими подругами, и мне необходимо написать это. Я думаю, у меня серьёзные проблемы, и ты ничем не можешь мне помочь, но мне нужно, чтобы ты прочла это и поняла меня.

Я знаю, мы не разговаривали с отборочных соревнований. Кажется, прошла целая вечность, но в том, что случилось с тобой, не было моей вины. Я была совершенно ни в чём не виновата. Я знаю: все думают, что это была я, но я бы никогда не сделала ничего такого, что могло бы причинить тебе вред.

Тебе покажется это сумасшествием, но мне нужно выговориться, чтобы хоть кто-то знал об этом.

Это началось, когда мы учились в 8-м классе. Это было накануне соревнований в турнире «Кристал Классик». Я была дома и не могла уснуть, потому что нервничала перед соревнованиями. И вот я включила компьютер, просто чтобы полазить в Интернете, но я не могла ни на чём сосредоточиться — просто сидела, и в итоге набрала в «Google» своё имя.

Лучше я бы никогда этого не делала, Бри. Сначала появились обычные ссылки, которые появляются всегда, когда набираешь в поисковике своё имя, потом я нашла ссылку на страницу в Википедии о себе.

Я подумала, что это наш клуб создал эту страницу, мой папа или кто-нибудь ещё; там обо мне было не очень много написано, только некоторые факты о выступлениях в фигурном катании, в каком городе я живу, но моё внимание привлекла информация о том, что я выиграла «Кристал Классик».

Я засмеялась, подумала, что кто-то сделал это, чтобы поддержать меня. Я стала расспрашивать отца об этом, но он отрицал, что имеет к этому отношение.

Когда я на следующий день выиграла соревнования, я была счастлива. Это был первый турнир, который я выиграла, и это было так здорово. Помнишь, как упорно я работала после этого? Вот тогда мои родители наняли Сергея мне в тренеры. Ты понимаешь, как дорого это стоило.

После этого я стала постоянно проверять страничку перед любым соревнованием — там всегда точно говорилось, какое место я займу. Там было сказано, что я выиграю региональные соревнования в 15 лет, и это сбылось. После этого Сергей убедил моего отца и маму, что у меня есть реальные шансы попасть на Олимпиаду, и тогда они забрали меня из школы.

Я каталась каждый день, но я не прогрессировала так, как того желал Сергей. Я упорно работала и каталась хорошо, но Сергей всё равно говорил, что этого недостаточно, чтобы пробиться на чемпионат.

Наступили отборочные соревнования. Всё, о чём я могла думать, это победа, и я сделала то, чего не должна была. Все вокруг говорили, что ты фаворит, и я чувствовала себя так, словно уже проиграла соревнования, поэтому я открыла страницу в Википедии в надежде увидеть, что я стала победительницей.

Но дело в том, что на странице было написано только: «Аннора Петрова — маленькая, эгоистичная сучка, которая получит по заслугам».

Я сломалась. Вот почему я так ужасно выглядела на следующий день. Я была как в тумане. Я помню, как смотрела на твоё выступление, и увидела, как ломается лезвие твоего конька, и следующее, что я помню — я оказалась на земле, а моё лицо было в крови от кончика лезвия твоего конька, который вылетел и порезал мне лоб. Потом все стали говорить мне, что это была моя вина, потому что твои коньки были в моём распоряжении до твоего выступления. Бри, я честно ничего не делала с твоими коньками — я хотела выиграть, но я бы никогда не причинила тебе вреда.

Когда мне сказали, что я отстранена от дальнейших выступлений, все говорили, что я получила то, что заслужила. Никто даже не попытался услышать мою точку зрения.

Я думаю, ты слышала, что Сергей бросил меня после этого. Он сказал, что я разочаровала его. Никто не разговаривал со мной.

Знаешь ли ты, что значит быть отвергнутой всеми? Я даже не могла заказать коньки на время.

И тогда на странице в Википедии всё стало становиться ещё хуже. Каждый раз, когда я туда заходила, там были написаны все эти ужасные вещи обо мне. Я не могу рассказать тебе и половины всего, что там было написано, настолько отвратительно это всё было. Я плакала всякий раз, когда читала это, но я не могла остановиться и не заходить туда.

Я знала, что нужно что-то делать, поэтому я обратилась с жалобой в Википедию. Я даже пыталась звонить им, но все утверждали, что не знают ничего об этой странице.

Я была дома одна в ту пятницу вечером и решила проверить, не удалили ли страницу. Страница всё ещё была на месте, на этот раз там говорилось: «Аннора Петрова — жалкая маленькая сирота».

Я испугалась. Позвонила родителям, чтобы предупредить их, но каждый раз, когда я звонила, на другом конце провода раздавался ужасный смех. Я набирала номер, наверное, раз сто, прежде чем больше не смогла слышать этот ужасный смех.

После автомобильной аварии полиция обнаружила в обломках мобильные телефоны родителей. Я проверила распечатку звонков с их мобильных, но там не было моих звонков в ту ночь.

Я была полностью опустошена. До этого я была настолько занята тренировками и домашними занятиями по школьным предметам, что просто никогда не замечала, как я была одинока всё это время. Я знаю, ты пыталась связаться со мной, но я была так подавлена и зла, что закрылась ото всех.

Когда мне исполнилось 18 лет и я получила причитающиеся мне по суду деньги, я поехала в Швейцарию и начала жизнь заново. Моё катание заметно улучшилось. Не прошло и года после смерти моих родителей, но мне стало казаться, что всё это было очень и очень давно.

Я пишу тебе сейчас из старого отеля в пригороде Праги. Завтра у меня собеседование в Чешском Ледовом Цирке. Я знаю, мы когда-то посмеивались над этим, но мне действительно хочется этим заниматься. Я немного нервничала и не смогла устоять перед искушением — снова открыла свою страничку в Википедии.

Я просто хотела посмотреть, получу ли я завтра работу. Но там было написано: «Аннора Петрова умерла брошенной и одинокой» — и сегодняшняя дата была датой моей смерти.

Я плачу так, что едва могу печатать. Но я хотела, чтобы ты узнала правду. Пожалуйста, поверь мне, Бри. Я приложила скриншот страницы, чтобы ты поверила мне.

Я не знаю, что делать. Я никого здесь не знаю. Не к кому обратиться за помощью. Я не знаю, что делать, поэтому я заперлась в своей комнате.

Я всё обновляю и обновляю страницу, но на ней ничего не меняется.

До полуночи осталось всего несколько минут. Всё, что я могу делать — обновлять страницу. Я устала, но не могу остановиться. Я боюсь отойти от компьютера. Мне нужно знать, что произойдёт дальше.
♦ одобрил friday13