Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ПРЕДМЕТЫ»

1 февраля 2015 г.
Работаю я в одной мутной конторке, занимающейся перепродажей скота. Работка непыльная и платят хорошо, единственный минус — офис находится в такой глуши, где не только ни одной живой души, но и вообще цивилизации на 20 километров вокруг нет. Соответственно, есть охрана, чтобы всякие темные личности, пользуясь удаленностью и глухоманью, ничего не украли. Так как лето, большинство персонала в отпуске, в том числе и охранников на смену остается по одному. Так вот, вчера охраннику стало плохо, он вызвал себе «скорую» и уехал с места работы в направлении больнички. Время два часа ночи, другого сотрудника не вызвонишь — пришлось ехать самому, выполнять, так сказать, работу не по профилю. А так не хотелось, только часа три как приехал с детьми и женой с природы, устал сильно.

Добрался до офиса и уже был готов приступить к обязанностям охранника (принять сто грамм и лечь спать), как почувствовал стойкий запах бензина около моего железного коня. Насторожился, включил уличный фонарь и начал выяснять, откуда несет бензом. Оказалось, все банально — слетел шланг обратки на баке. Ну, думаю, тут делов на пять минут. Полез под авто. Ничто не предвещало беды...

Накинуть шланг обратно не получалось — как бы я ни извращался аки змей, все мои попытки были тщетны, И тут я вдруг услышал смех, причем не простой, а смех маленького ребенка. Какие дети в три часа ночи в безлюдном месте??? Я замер под авто, огляделся — никого. Показалось, значит?..

Натягиваю шланг дальше, и тут опять «хи-хи». Пулей выметаюсь из-под машины, смотрю по сторонам — никого. И вдруг голос:

— Мне так скучно, давай поиграем.

Волосы на затылке зашевелились сами собой, сфинктер сжался до величины игольного ушка. Я ринулся в комнату охраны, там «сайга». Зарядил, патрон дослал, бегом на улицу:

— Кто здесь?

В ответ тишина...

Включился мозг; думаю, кто-то пытается меня разыграть, но тогда этот «кто-то» может находиться только за моей машиной. Я спрятался за угол, ползком переполз в кусты из кустов через зловонную канаву, в которую сам же любил отливать, подобрался к машине — никого. Вылез на белый свет и зло закричал:

— Выходите, или буду стрелять!

И тут совсем рядом раздался детский голос, который добил мою психику:

— Давай поиграем в прятки?

Все, приехали. В голову полезли мысли из всяких ужастиков, волосы шевелились уже не только на затылке, но и в подмышках и на заднице, я бросился бегом прочь от этого адова места. Пробежал я километра три, запыхался, сел, закурил. Решил трезво оценить произошедшее:

1) Демоны пришли за мной забрать мою душу в АД (не верю я особо в эту муть);

2) Я каким-то образом случайно принял галлюциноген или какую-нибудь подобную гадость (хотя я ничего не пил и не ел часа четыре);

3) Какой-то малолетний (и бесстрашный) гаденыш решил довести меня до безумия (какие дети в три ночи за двадцать километров от жилья?);

4) Я ПОЕХАЛ (???).

Последний вариант казался более чем убедительным.

Ну что же, если это просто мысли в моей голове, то мне они ничего не сделают — надо возвращаться, принять грамм триста и с утра ехать в дурку. С этими мыслями я пошел обратно на базу. Уже на подходе я опять услышал заливистый детский смех, но, преодолев страх, до синевы в пальцах сжимая «сайгу», пошел дальше. И тут в свете уличного фонаря мой взгляд скользнул по открытому багажнику авто, в котором сидела игрушка моей дочки — сенсорная кукла и заливалась звонким детским смехом.

P. S. Кукла была приговорена к расстрелу без права подачи апелляции, приговор был приведен в исполнение немедленно.
♦ одобрил friday13
1 февраля 2015 г.
Первоисточник: the-moving-finger.diary.ru

ВНИМАНИЕ: в силу своих особенностей данная история не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. В результате история содержит ненормативную лексику и сленг. Вы предупреждены.

------

Меня зовут Алексей Иванович Кронник, мне двадцать лет, я проживал в Санкт-Петербурге, на пр. Энтузиастов, 18, кв. 34. Пожалуйста, если вы найдете это письмо и если останется еще город Нижний Новгород и в нем улица Советская, 4, перешлите его туда. Мама, папа, я люблю вас, я думаю о вас сейчас, я во многом был неправ и хотел сказать, что тот ваш февральский перевод дошел, просто я купил на него выносной винчестер и видеокарту, простите меня, Господи, как глупо, как детски, как стыдно.

На самом деле, учусь — учился, Господи, рука дрожит, что за идиотство, пальцы привыкли к клавишам, — я неплохо, по крайней мере, по меркам Политеха. Факультет робототехники не считается — не считался? — самым задротским в этом месте. Я доучился до середины третьего курса. Мне нравилась физика, черт вас всех подери. И чем она мне теперь поможет, хотел бы я знать? Крышка — ВасильВасилич Крышев, вы все-таки отвратительный человек, у вас прощения просить не собираюсь ни за что, — морочил нам головы, заставляя спаивать и собирать простейшие приборы, и половина аудитории стонала над глупостью этого задания: двадцать первый чертов век; а вторая смеялась и подбадривала первую — вот жахнет атомная война, будем все в метро сидеть, крыс кушать, так спасибо скажете. Какие, нахрен, крысы, какое, нахрен, метро? Какая, нахрен, атомная война? Разве что кто-то из людей у кнопочки каким-то непостижимым образом поймет, что пора разнести к чертовой матери дачный поселок в зажопинске возле Питера, пока эта хрень не добралась дальше. Дай им Бог ума для этого.

Меня зовут Алексей Иванович Кронник, мне двадцать лет, я учился на факультете кибернетики и робототехники в Политехническом университете. Времени у меня сейчас так себе, но я попытаюсь успеть рассказать про то, что привело меня к тому, что я есть сейчас, что заняло последние полгода мои и одного моего друга в этой адовой дыре под названием Питер.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
♦ одобрил friday13
1 февраля 2015 г.
Я помню рельефные обои, которые раньше были в нашей квартире. В детстве я очень любил смотреть на них, мне всегда казалось, что они живут собственной жизнью.

«Пупырышки» на обоях складывались в причудливые картины. Когда я ложился спать, всегда смотрел на разворачивающиеся передо мной сцены. Даже не помню точно, что там мне виделось — только отдельные образы.

Эти воспоминания всегда казались мне приятными, но в последнее время я пересмотрел свое отношение к ним. Когда я лежал в больнице, заняться мне там было абсолютно нечем. Так что я попробовал «перебрать» воспоминания своего раннего детства. И обнаружил, что в образах, появлявшихся на обоях, было мало приятного.

Нечто вроде кентавра, с деревяшками, заменяющими отрубленные ноги. Девочка с подозрительно длинными зубами. Безухая кошка, изо рта которой торчит человеческая рука.

Но это не самое страшное. Страшно то, что эти обои действительно жили собственной жизнью. Да, это звучит, как бред, но я теперь в этом точно уверен.

Позже я нашел несколько старых фотографий. На заднем плане видны эти обои. Зрелище вообще не самое красивое. И на фотографиях видно, что вздувшиеся на них пузырьки каждый раз меняли свое месторасположение. Одно и то же место — но узоры разные.

Сейчас эти обои скрыты под двумя слоями более новых. Но они все равно есть. И мне иногда кажется, что на поверхности начинают вздуваться эти пузырьки. Может, бояться тут и нечего — в конце концов, за все мое детство эти обои ничего мне не сделали. Но все-таки это слишком странно.
♦ одобрила Совесть
16 января 2015 г.
Около месяца назад я переехал в новый дом в пригороде. Он был хорошим и довольно качественным для своей цены. Там даже был бассейн.

Однажды, когда я вышел за почтой, я обнаружил в ящике письмо. Простое письмо в белом конверте, но странно было то, что на нем не было обратного адреса. Когда я вскрыл его, листок грациозно вылетел изнутри и приземлился на стол.

«Привет, ты кто? Пожалуйста, ответь».

Я засмеялся. Смотря на каракули, которые и почерком-то назвать сложно, я предположил, что какой-нибудь соседский ребенок решил меня разыграть. Я решил подыграть ему. Взяв бумагу, я написал ответ на задней части письма:

«Привет, меня зовут Джон. Я взрослый человек, который работает в бюро социальной охраны. Могу ли я спросить твое имя?»

Сложив письмо, я вернул его в конверт и засунул в почтовый ящик.

На следующий день я услышал, как пришел почтальон. Выйдя к почтовому ящику, я обнаружил там привычные счета, бюллетени и ненужную рекламу. Но среди всего этого было свежее письмо в белом конверте. Вскрыв его, я увидел там записку, аккуратно сложенную втрое:

«Привет, Джон. Меня зовут Крис, и это моя улица. У меня раньше был кот. Мне нравится переписываться. Сколько тебе лет? Пожалуйста, ответь».

Я ответил так, как взрослые обычно общаются с маленькими детьми:

«Привет, Крис. Что случилось с твоим котом? Мне 33 года. Могу ли я узнать, почему ты мне пишешь?»

Я снова забросил письмо в почтовый ящик и оставил красный флажок поднятым.

На следующий день я вышел забрать утреннюю почту и увидел, что красный флажок опущен. Я подошел к ящику и заглянул внутрь. Там лежал еще один белый конверт. «Так рано! — подумал я про себя. — Почтальон даже еще не сделал свой обход».

«Привет, Джон. Мой кот утонул в нашем бассейне. Я очень грустил из-за этого. Я пишу, чтобы узнать, почему ты живешь в моем доме. Пожалуйста, ответь».

Я зашёл в дом и быстро сочинил ответ. Детские шалости стали давить на нервы.

«Привет, Крис. Что значит «в моем доме»? Ты жил здесь, а потом переехал?»

Я положил ответное письмо в ящик, пошел прочь... и тут же услышал громкий металлический лязг.

Я похолодел и вернулся к ящику. Внутри лежало письмо в конверте. Я взял его, вскрыл и прочел:

«Привет, Джон. Нет, я еще живу здесь. Как долго ты будешь тут оставаться? Пожалуйста, ответь».
♦ одобрил friday13
12 января 2015 г.
Проснулся ночью от каких-то уколов в бедро. Сначала просто чесался и отмахивался, потом резко обернулся и увидел то, от чего волосы дыбом встали: из угла тянулась тонкая стальная блестящая нить и колола меня. С криком вскочил и включил свет — нить исчезла.

Днем вспоминал об этом, и стало смешно — думал, что приснилось или показалось. Вечером поздно лег спать, минут десять лежал с закрытыми глазами. Когда вновь открыл глаза, то снова с ужасом увидел эту нить, тянущуюся через всю комнату ко мне. Схватив первые попавшиеся вещи, я выбежал из квартиры.

Когда я рассказал о случившемся одному приятелю, тот попросил у меня ключи и сказал, что хочет кое-что проверить. Я набрался смелости и пошел с ним. В квартире все было нормально. Приятель стал шарить в том углу, откуда вылезала нить. Через некоторое время он указал мне на ушко иглы, торчащее из обоев. Попросил у меня плоскогубцы и вытащил иглу, отнес её на лестницу и там стал прокаливать огнем от зажигалки.

Внезапно у меня зазвонил телефон — звонил старый знакомый. Я ответил на вызов, а он из трубки стал дико орать, чтобы я прекратил, просил прощения и клялся, что больше так делать не будет.

С тем старым знакомым больше не общались — он избегает меня. А мой приятель иголку сломал и закопал где-то в паре дворов от меня. Сказал, что тот человек, видать, решил колдуном стать.
♦ одобрил friday13
9 января 2015 г.
Автор: Роберт Шекли

Эдселю хотелось кого-нибудь убить. Вот уже три недели работал он с Парком и Факсоном в этой мертвой пустыне. Они раскапывали каждый курган, попадавшийся им на пути, ничего не находили и шли дальше. Короткое марсианское лето близилось к концу. С каждым днем становилось все холоднее, с каждым днем нервы у Эдселя, и в лучшие времена не очень-то крепкие, понемногу сдавали. Коротышка Факсон был весел — он мечтал о куче денег, которые они получат, когда найдут оружие, а Парк молча тащился за ними, словно железный, и не произносил ни слова, если к нему не обращались.

Эдсель был на пределе. Они раскопали еще один курган и опять не нашли ничего похожего на затерянное оружие марсиан. Водянистое солнце таращилось на них, на невероятно голубом небе были видны крупные звезды. Сквозь утепленный скафандр Эдселя начал просачиваться вечерний холодок, леденя суставы и сковывая мышцы.

Внезапно Эдселя охватило желание убить Парка. Этот молчаливый человек был ему не по душе еще с того времени, когда они организовали партнерство на Земле. Он ненавидел его больше, чем презирал Факсона.

Эдсель остановился.

— Ты знаешь, куда нам надо идти? — спросил он Парка зловеще низким голосом.

Парк только пожал плечами. На его бледном, худом лице ничего не отразилось.

— Куда мы идем, тебя спрашивают? — повторил Эдсель.

Парк опять молча пожал плечами.

— Пулю ему в голову, — решил Эдсель и потянулся за пистолетом.

— Подожди, Эдсель, — умоляющим тоном сказал Факсон, становясь между ними, — не выходи из себя. Ты только подумай о том, сколько мы загребем денег, если найдем оружие! — От этой мысли глаза маленького человечка загорелись. — Оно где-то здесь, Эдсель. Может быть, в соседнем кургане.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
♦ одобрил friday13
9 января 2015 г.
Автор: Виктория Кан

Произошла со мной недавно такая история. Я, кстати сказать, не пьющая, не курящая молодая мать двоих детей. Это я к тому, что показаться мне ничего не могло.

В тот вечер я, как обычно, уложила детей спать, а сама сидела у них в комнате и читала. Муж был в это время в соседней комнате и смотрел телевизор. В детской горел ночник, а рядом со мной лежал мой мобильный телефон. И вот читаю я себе читаю, и вдруг в комнате раздаётся громкий усталый вздох. Я спокойно встала, подошла к детям — они спят. И вот пока я на них смотрела, раздался ещё один вздох, такой же усталый и громкий. Поняв, что это не дети, я вся похолодела и почему-то подумала (не знаю, почему), что это из соседней квартиры кто-то в розетку дует. Других объяснений я найти в тот момент не смогла. Когда вздох раздался опять, у меня затряслись коленки. И детей оставлять страшно, и понимаю, что срочно надо звать на подмогу мужа. А вздохи-то не прекращаются...

Пересилив страх за детей, побежала к мужу. Говорю:

— Нам кто-то в розетку дует.

Он на меня как на ненормальную смотрит:

— Ты понимаешь, что такого быть не может? Проводка внутри квартиры находится, а не между соседями.

— А кто же тогда в детской вздыхает?

Муж, видя моё состояние, идёт со мной в ту комнату. И в тот момент, когда мы заходим, раздаётся очередной вздох. Мы с ним подходим к детям, те спят. Муж, утверждавший минутой ранее, что розетка здесь ни при чем, прикладывается ухом к ней и слушает. Опять вздох — очень громкий, протяжный, усталый и жуткий. Муж встаёт и говорит:

— Это не из розетки.

Мне чуть плохо не стало. А он начал искать источник этих звуков (как я завидую его мужскому самообладанию!). И ведь нашёл...

— Вика, это из твоего мобильника!

Я хватаю свой телефон, а он опять вздыхает. Это было уже чересчур. Я быстро отдала его мужу, он проверил всё, что можно — приложения все закрыты, Интернет отключен, связи телефонной ни с кем нет. А телефон продолжает вздыхать. Муж отключил мобильник, и всё прекратилось. Я ему сказала:

— Унеси телефон на кухню. Если я услышу что-то из выключенного мобильника, у меня просто не выдержат нервы!

После этого я весь Интернет перерыла, искала похожие случаи, но ни одного не нашла. Что это было, не знаю. Но телефон теперь ночью держу выключенным. Мало ли что...
♦ одобрил friday13
7 января 2015 г.
Первоисточник: www.proza.ru

Автор: Валентин Лавров

ПРОЛОГ

В погожий солнечный денек над городом возник Цветок. Был он огромный, серебристо-серый, мясистые лепестки колыхались на ветру, и в целом впечатление было довольно неприятное — словно в небе повис гигантский рот. Есть он, однако, никого не спешил — ни через час, ни через два — и высыпавшие было на улицу люди вернулись по домам. Вечером телефоны были перегружены: говорили об американских спутниках-шпионах, шаровых молниях, метеорологических зондах, сглазах, призраках, НЛО, гадали, что будет дальше и переписывали друг у друга молитвы — на всякий случай.

А дальше ничего не было — во всяком случае, не было ничего ужасного, душераздирающего или даже мало-мальски интересного; не было ничего такого, из чего можно было бы скомпоновать добротный интригующий увлекательный, эт сетера, эт сетера — роман. Сперва, конечно, люди боялись, но потом необходимость жить привычной жизнью возобладала над сверхъестественным, и дела пошли по-старому. Неделя-другая, и спроси вы на улице прохожего, отчего тот, идя в магазин, не боится Цветка, он бы ответил: «Жрать-то надо!» — и пошел бы дальше, за жратвой.

Оказалось также, что Цветок над городом — это не повод: уходить в запой, опаздывать на работу, забывать о кредитах, не платить за ЖКХ, возвращать с опозданием книги в библиотеку, пропускать свидания, ездить зайцем в троллейбусе, бегать от алиментов, не присутствовать на корпоративах, грубить вышестоящим, не мыться, не стричься, не чистить ушей.

При всей своей необычности Цветок не мешал жизни, и люди перестали замечать Цветок.

Да, было, конечно, и кое-что странное, кое-что из ряда вон. Например, Бруски — о том, что там творится, уже через день после появления Цветка поползли различные слухи. Но что такое Бруски — крохотный район в провинциальном городишке, где никому ни до кого нет дела? Это ведь только кажется, что они близко, пять минут на автобусе, а на самом деле они дальше Америки, дальше звезд — равно как и все, что выходит за пределы квартиры, двора, улицы, района. Это совсем другая Вселенная, и то, что в ней происходит, никого не касается — никого, кроме ее обитателей. О них и пойдет речь.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
♦ одобрила Совесть
Автор: Анна Чугунекова

Когда я была маленькой, отец принёс домой новую игрушку — тёмно-синюю пластмассовую машинку. Я замечала, что машинка иногда начинает сама собой кататься по полу, и пожаловалась на это отцу. Он рассмотрел машинку, рассмеялся и сказал, что мне показалось — это кусок пластмассы без батареек и двигательных механизмов, кататься сама по себе она не может. Спустя несколько дней он умер, поскользнувшись на лестнице и свернув себе шею. Под ногами у него лежала та самая машинка.

С тех пор она ни разу не каталась.
♦ одобрил friday13
Первоисточник: vk.com

Автор: Ахматова Кристина

Истошный вой перепуганного жирного котофея, который уже прекрасно понимал, что произойдет через секунду, был наполнен отчаянием и безнадежностью. Променад по верхушке старой этажерки был обыденным и безопасным делом. До сегодняшней ночи. До неприличия раскормленная полосатая тушка накренила угол пыльного книгохранилища, которое, секунду поколебавшись, будто бы в раздумьях, ахнула вниз, увлекая за собой голосящего Митьку.

— Ах, ты, паразит облезлый! Говнюк шерстяной, скотина ползучая! Ты что ж ты натворил, гон**н мохнатый!?

Хозяин, придя в себя после минутного шока, в ярости прыгал по разбросанным книгам, пытаясь изловить мечущееся по квартире животное. Заложив сумасшедший вираж, кот пробуксовал на повороте и скрылся в темноте спасительной кухни.

Плюнув на виновника полуночного пробуждения, мужчина включил свет и застыл посреди комнаты, тоскливо рассматривая творящийся бардак. Кряхтя и отдуваясь, он водрузил на прежнее место опустевшую этажерку, и негромко матерясь, стал подбирать и складывать в стопки бывшее содержимое полок.

Книги были хоть и старые, но добротные. Самые молодые повидали СССР, а их более старшие собратья были отпечатаны еще до революции. Советские классики, энциклопедии, зарубежные детективы, справочник венеролога, стопочка Стругацких, Байрон, мифы древней Греции и старинные «Жития святых», методично загружались на прежние места, пробуждая такие же пыльные воспоминания о далеком детстве, в котором эта этажерка была огромным Эверестом, где хранились удивительные вещи.

Раскрывшийся «Справочник пчеловода», выронил из своих недр несколько десятирублевых купюр с профилем Вождя. Мда, значит, бабушка и вправду зря устроила скандал деду почти тридцать лет назад, обвиняя бедолагу в хищении семейной заначки. «Путешествие Нильса с дикими гусями» с трогательной надписью на обратной стороне пожелтевшей корочки. «Дорогому Сереженьке в день его рождения от бабушки и дедушки». Немного защипало в глазах, наверное, от пыли.

А вот продолговатая серая книга толщиной в две ладони знакомой не казалась. Туго обшитая засаленной мешковиной, она вызывала некоторую брезгливость, словно была найдена не на дедовской этажерке, а в выгребной яме. Сергей покрутил в руках находку и раскрыл на первой странице. На тонкой, слегка желтоватой бумаге красовался довольно красивый профиль мужчины средних лет, затем шло изображения грудного ребенка, застывшего в беззвучном крике, еще ребенок, и еще. Портрет двух женщин-близнецов, снова мужчины, как одни, так и со спутницами всех возрастов и причудливо одетых, как с картин многовековой давности. Художник был явно один и тот же, все портреты были выполнены в одном стиле и цветовой гамме. К середине блокнота одежда и головные уборы персонажей стали более современными. Молодой мужчина с тяжелой челюстью и в широкополой шляпе показался Сергею знакомым, а вот его сосед по странице — гладко причесанный старик в кителе времен Великой Отечественной, был абсолютно узнаваем. Дед Петро — ветеран и долгожитель на зло всем лишениям, был родным прадедом Сергея. Переворачивая страницу, правнук боевого офицера, был почти уверен, что он увидит на следующем развороте. Бабушка и дедушка. Они слегка улыбались и смотрели друг на друга с соседних листов.

А вот и отец. По обыкновению приподняв одну бровь, он словно с нескрываемым удивлением смотрел на засаленный уголок неопрятной обложки. Со дня его смерти не прошло и года…

Непослушные пальцы с трудом перевернули страницу. Последний портрет. Легкая небритость, неглубокая царапина под левым глазом, рубашка-поло. Рядом, положив вихрастую голову на плечо, сидит мальчуган лет десяти, на великоватой футболке с морским якорем можно разобрать надпись «Добро пожаловать в Крым», точь-в-точь такая же, которую он купил сыну в летнем отпуске.

Страх медленно поднимался откуда-то из-за грудины, заставляя неметь конечности и расфокусировать зрение. Блокнот выпал из слабеющих рук, и последнее, что запомнил Сергей, это неприятное жжение у левого глаза, от столкновения лица со спинкой детской кровати.

— Волконский, ты что, нажрался? — пронзительный женский голос вывел обладателя звучной фамилии из забытья.

В комнате ярко светило солнце, освещая последствия ночного происшествия и неподвижное тело с серой книгой в руках. Одним рывком поднявшись на ноги, Сергей сбивчиво объяснил приехавшей от родителей жене, что натворил её пушистый любимец и как он заснул, ностальгируя над старинными печатными изданиями.

Недоверчиво принюхавшись, супруга успокоилась и тут же снова всполошилась.

— Тёмка всю дорогу не замолкал, ты же ему сегодня карусели обещал! Всё-всё, подъем, собирайтесь! Тё-ё-ё-ё-м-а-а-а!

Из кухни вылетел измазанный киселем сын и стал радостно нарезать круги вокруг все еще оглушенного отца.

Пока глава семьи торопливо засовывал остатки книг по полкам, супруга, не менее торопливо, наглаживала свежие рубашки для воскресного похода в парк.

— Вот, одевайтесь! — на диван полетели выглаженные рубашка-поло с логотипом «Лакост» и бело-синяя футболка, зазывающая в солнечный Крым.

— Марин… Мы никуда не пойдем!

Сергей мужественно выдержал слезы сына и крики жены, но выполнять обещание наотрез отказался. Сославшись на расстройство желудка, он закрылся в туалете до самого вечера и заворожено смотрел на последний рисунок в затертом блокноте.

Тихий стук в дверь, и робкий голос жены вывел Сергея из полукоматозного состояния.

— Сереженька… Открой, пожалуйста.

Не понимая, что могло послужить причиной столь резкой смены настроения супруги, муж послушно проследовал в комнату и был усажен перед телевизором.

На экране, обеспокоенный ведущий местных новостей, стоял на фоне груды искореженного железа, к которой все подъезжали и подъезжали кареты «Скорой помощи».

— Сегодня, в парке имени Свердлова, произошла трагедия. Около 14.00 по местному времени, обрушился аттракцион «Колесо обозрения», сбив несколько соседних аттракционов и обрушив подземный этаж парковки. Количество жертв…

Марина, не выдержав, зарыдала и бросилась на шею мужа. Утешив супругу, Сергей украдкой открыл безымянную книгу на последней странице. Чистый лист с неравномерной желтизной захрустел под нервными пальцами, и только портрет отца, как будто бы с облегчением, смотрел на пустую страницу.
♦ одобрила Совесть