Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «НА УЛИЦЕ»

13 мая 2013 г.
Дело было еще до распада СССР, в парке неподалеку от нашего квартала. Тогда парк приводили в порядок, там были детские карусельки, качельки, домики. Сейчас же домики или сгорели, или стали прибежищем наркоманов и бомжей, которые, спасаясь от холода, разводят там костры и, собственно, эти домики поджигают. От каруселек и качелек тоже ничего не осталось. А тогда в парке постоянно гуляли мамаши с детьми, и детей было очень много, так как гулять туда приходили со всех окрестных дворов.

Гуляла в этом парке мама с дочкой 5-6 лет. И дочка подружилась с девочкой по имени Оля. Дочка как приходила в парк и видела Олю, так сразу неслась к ней. Мать за ребенком следила. Сидит на лавочке, болтает с другими мамашами, изредка на дочь поглядывает.

Однажды дочка подходит к маме и начинает отпрашиваться к Оле домой играть. Мать отказывает. Дочка расстраивается и идет обратно к Оле. Мама спокойна, опять начала говорить с другими женщинами, и тут вдруг смотрит — а дочери и нет. Начали искать, спрашивать других детей, не видели ли, куда девочка делась. Те не видели. Мать говорит, что недавно дочка отпрашивалась к Оле домой — может, не послушалась и ушла? Оли тоже нигде нет. Начали спрашивать про Олю — кто такая, где живет. Дети рассказали, что Оля живет справа от парка за дорогой. Но за дорогой одни деревья и кусты, а за ними — другая дорога. То есть там никаких домов нет и быть не может.

И про саму Олю рассказали, что она никогда близко ни к кому не подходила, стояла в сторонке, иногда отзывала кого-то к себе и играла с ним. Но с ней было неинтересно, так как она была очень странной, стеснительной, людей боялась. А детям же всегда хочется в толпе играть — они на Олю не обращали внимания, а потом эта пропавшая девочка с ней подружилась.

Потом сама эта мать и другие женщины вспомнили, что Оля выглядела нездоровой, одета была всегда в одно и тоже платье, волосы грязные, сама чумазая... Когда они у детей спросили, где Олина мама, те ответили, что Оля всегда одна гуляет.

В итоге ни девочку эту, ни Олю никто больше не видел.

Мне соседка рассказала, что примерно там, где находится дорога и эти деревья, стоял дом. Во время войны в него попала бомба, и люди, сидевшие в бомбоубежище, оказались завалены. А так как мужчин не было, то и вытаскивать их было некому — они все там умерли от голода.

Соседка думает, что Оля как раз была неупокоенным духом из этого дома, что ей было скучно, и она ходила играть с детьми. А девочка эта с ней сдружилась на свою беду — и Оля решила её с собой забрать...
♦ одобрил friday13
23 апреля 2013 г.
Хочу поведать вам историю, которая произошла со мной год назад. Я живу в деревне — скорее, даже не деревне, а в поселке городского типа. Поселок весьма большой, и мой дом располагается в центре. У меня есть лучший друг, которого зовут Стас, он живет на окраине этого поселка. У него частный дом, а у меня квартира. Как-то раз мы договорились с ним встретиться вечерком и посидеть в забегаловке, поесть чего-нибудь и выпить. Мы давно не виделись, и нам было что обсудить. До его дома час ходьбы, и в тот вечер я решил до него прогуляться пешком.

Как мы с ним и договаривались, встретились в кафе, посидели, пропустили несколько бутылочек пивка. Стас попросил его проводить до дома. Мы вышли на улицу и отправились к его дому, который располагался на окраине.

Мы подошли к его дому, но не успели все обсудить. Стас предложил прогуляться дальше. Я согласился — спать все равно не хотелось. Вскоре мы подошли к дому, который выглядел очень старым — будто в него зайдешь, и на тебя сразу крыша обвалится. Стас сказал, что в этом доме живет какая-то бабка, которую он видел всего пару-тройку раз. Вокруг домов не было, причём все остальные строения в этом квартале стояли рядышком друг к другу. Впрочем, в тот момент я не придал к этому никакого значения.

Неподалеку от дома рядом с лесом было небольшое озеро, и мы решили прогуляться до него. Уже уходя, я увидел, что в огороде того дома стоит пугало. Что странно, на нем сидели вороны, хотя он вроде как должен был их отпугивать. Ворон было много, и они громко каркали. Освещения на этом участке дороги не было — у электриков все никак не дотягивались руки заменить фонари. Когда мы проходили мимо пугала, я ещё раз посмотрел на него и ужаснулся: мне показалось, что оно повернуло голову в мою сторону и тут же вернул её в исходное положение. Мне стало не по себе, но я сказал себе, что мне просто померещилось. Мы прошли дальше. Стас, который до этого что-то увлечённо говорил, притих. Я посмотрел на него и спросил:

— В чем дело, ты чего замолчал?

— Ты это видел? — изменившимся голосом спросил Стас.

Тут-то у меня и побежали мурашки по спине.

— Ты про пугало? Я думал, что мне показалось...

— Нет, я видел, как оно повернулось и посмотрело на нас.

В этот момент мы уже отошли дальше, и пугало скрылось за домом. Мы были напуганы, но решили спокойно пойти назад, как ни в чем не бывало. Идти к озеру нам расхотелось.

Пугало было на месте. Его плащ развевался на ветру, вороны каркали как сумасшедшие, и тут мы оба ясно увидели, как пугало смотрит на нас, поворачивает голову по траектории нашего движения. Стас прошептал:

— Бежим отсюда...

Мы ломанулись к его дому. Я решил переночевать у Стаса, ибо идти домой одному было страшно. Родители Стаса угостили меня чаем и не были против того, чтобы я остался у них переночевать.

Наутро мы со Стасом решили прогуляться на то же место. К нашему удивлению, пугала там уже не было, даже не было каркаса крепления. После этого случая к этому дому я больше не приближался.
♦ одобрил friday13
Первоисточник: www.creepypasta.com

Автор: Perdacello (переводчик)

Лет 15 назад у моего провайдера был офис в торговом центре, это потом уже он перебрался в шикарные (более или менее) хоромы в другом месте. В этом старом офисе имелся ящик для писем и счетов. Как-то раз мне надо было платить за интернет, и я во славу Сети туда отправился.

Выехал я где-то полдесятого вечера. Из моего сравнительно уединенного места жительства в центр ехать минут 10-15 (в нашем городе всего-то 110 тысяч людей населения).

Прямо напротив офиса «Camalott Communications» стоял дешевый кинотеатр, где в то время показывали шедевр современного кинематографа — «Смертельную битву». По дороге в торговый центр я проехал театр и запарковался на его парковке.

При свете вывески кинотеатра я выписывал чек, как вдруг в стекло со стороны водителя кто-то постучал. Я обернулся и увидел двоих детей, глазевших на меня. Я опишу их, умолчав об одной детали (можете догадаться, какой именно), которую я заметил только в середине нашей с ними беседы.

Оба находились в той полумистической стадии жизни, когда у детей нельзя точно определить возраст. Оба — мальчики, и мне показалось, что им должно было быть лет 10-14.

Первый мальчик был «переговорщиком». Второй же ничего не говорил — по крайней мере, словами. Первый был выше своего спутника, одет в пуловер, балахон с капюшоном, в какую-то серую клетку и джинсы. Ботинок не было видно. Кожа у него была оливкового цвета, волосы курчавые, средней длины. В нем чувствовалось спокойное самообладание. У второго была бледная кожа со следами веснушек. Главной его чертой было то, что он все время нервно озирался. Одежда у него была примерно такой же, как у спутника, но пуловер был светло-зеленым. Волосы — скорее бледно-рыжие. Они не были похожи на родственников, по крайней мере, прямых.

Я подумал: «Ну все, приплыли. Сейчас деньги будут клянчить». И тут атмосфера переменилась.

Когда я переживаю что-нибудь необычное, у меня резко изменяется восприятие. Как будто как раз вовремя узнаешь, что уже поздно. Так вот, сижу я в машине (еще заведенной), заполняю чек, и при появлении двух мальчиков внезапно паникую. Это меня смутило, но я ничего не смог поделать с давящим ощущением страха и мистики.

«Переговорщик» улыбнулся, и от этого у меня по необъяснимой причине кровь застыла в жилах. Я чувствовал, как включается инстинкт самосохранения. На этом уровне я понимал, что что-то не так, но что именно — разобрать не мог.

Я буквально на сантиметр опустил окно и спросил:

— Да?

«Переговорщик» снова расплылся в улыбке, на этот раз еще более широкой. У него было очень, очень белые зубы.

— Эй, мистер, как дела? У нас есть проблема, — сказал он. Голос у него был, как у подростка, но его выговор, спокойствие и что-то, что я до сих пор не могу описать, усилили во мне стремление к бегству.

— Понимаете, мы с другом пошли в кино, а деньги забыли, — продолжал он. — За ними придется возвращаться ко мне домой. Может, вы нас выручите?

Журналисты много с кем по долгу службы разговаривают, и с детьми тоже. Я не исключение. Дети обычно стесняются, мямлят, шаркают ножкой и так далее, когда говорят с незнакомцами. Родители чаще всего учат, что когда дети обращаются к взрослым, то отвлекают их от важных дел, и потому надо хотя бы быть вежливыми.

Этот мальчик был непохож на других. Он прекрасно владел языком и не показывал страха. Он говорил, как будто моя помощь сама собой разумелась. Когда он ухмыльнулся, он как будто сказал: «Я кое-что знаю, и это тебе сильно не понравится. Но ты узнаешь это, лишь сделав все, как я скажу».

В ответ я смог выдавить только:

— Ну, понимаешь…

И тут началось странное. Молчаливый мальчик посмотрел на «переговорщика» смущенным взглядом, как будто его поразила... нет, не его резкая манера общения, а то, что я до сих пор не открыл дверцу. Меня он тоже нервно разглядывал. «Переговорщик» тоже был не в своей тарелке. И я отмечал, что с ними что-то по-прежнему не так.

— Мистер, ну пожалуйста, — снова заладил «переговорщик», не теряя убедительности. Да, продавцы машин могли бы поучиться у этого парня. — Мы просто хотим попасть домой. Мы же просто маленькие дети.

Вот тут я и перепугался. Что-то в тоне и выговоре опять включило во мне тревогу. Мой мозг лихорадочно пытался осознать, что же мне казалось «неправильным» в этих двух персонажах.

Я опять смог промямлить только: «Ну… это…», чувствуя, как впиваюсь ногтями в руль. Наконец, я спросил:

— А вы на какой фильм собрались?

— На «Смертельную битву», разумеется, — сказал «переговорщик», а молчаливый кивнул, стоя пару шагов позади него.

— Ну ладно...

Я быстро глянул на афишу кинотеатра и часы в машине. «Смертельная битва» шла уже час, и это был последний сеанс на этот вечер.

Молчаливый все сильнее нервничал. Я подумал, что он заметил, как я подглядываю, и заподозрил, что я начал что-то соображать.

— Ну мистер, ну впустите нас. Мы не можем сесть к вам в машину, пока вы нас не впустите, — умиротворяюще сказал «переговорщик». — Просто впустите нас, и мы очень быстро исчезнем. Поедем домой к нашей маме.

Мы посмотрели друг другу в глаза.

В ужасе я заметил, как рука уже протянулась к замку и начала его открывать. Я дернул ее обратно — может быть, слишком сильно, но зато перестал смотреть на детей.

Я обернулся, пробубнил свое: «Ну… это…», а потом мой разум словно врубил максимальную четкость. Я наконец обратил внимание на их глаза.

Они были черными как уголь. Ни зрачков. Ни радужки. Просто два черных шара, в которых отражались красно-белые огни кинотеатра.

Тут выражение лица меня выдало. У молчаливого на лице появилось выражение ужаса, которое словно говорило — случилось невозможное, нас раскрыли! А на лице «переговорщика» появилась гримаса гнева. Его глаза ярко сияли в полумраке.

— Ну мистер… Мы же вас не обидим. Вы должны нас ВПУСТИТЬ. У нас же нет оружия…

Последняя фраза вообще напугала меня до смерти, потому что это прозвучало как: «…потому что оно нам НЕ НУЖНО».

Он заметил, как моя рука рванулась к коробке передач. Последние слова «переговорщика» были проникнуты полным и совершенным гневом, но при этом и нотками паники:

— МЫ НЕ МОЖЕМ ВОЙТИ БЕЗ ВАШЕГО РАЗРЕШЕНИЯ. НУ ЖЕ… ВПУСТИТЕ… НАС!

Я как следует дал задний ход (на счастье, сзади никто не въезжал) и рванул прочь с парковки. Я заметил мальчиков боковым зрением и быстро оглянулся. Они исчезли. На тротуаре у кинотеатра не было ни души.

Я ехал домой, трясясь от страха. Если бы кто-нибудь попробовал меня остановить, я бы переехал его, а потом уже разбирался с последствиями.

Приехав на место, я побежал в в дом, осматривая все вокруг, даже небо.

Что же это было? Может быть, обычные дети просили подбросить до дома? И носили стремные контактные линзы? Ага, щас...
♦ одобрил friday13
16 апреля 2013 г.
Я обычный парень 17 лет. Живу в средненьком таком городе России, особо ничем не увлекаюсь, хожу в школу, а свободное время просиживаю в Интернете. Тем зимним вечером мы с друзьями пили вечером пиво в баре. Немного засиделись, и мне пришлось возвращаться домой уже где-то в полночь, может, даже позже.

Доехав до свой остановки, я вышел и спустился в подземный переход, чтобы перейти дорогу. Живу я не в центре города, и в это время суток народу на улице бывает мало. Вот и в переходе никого не было, лишь в самом конце стояла какая-то нечеткая фигура, но я особо не обратил внимания на неё. Когда я прошёл десяток шагов, меня охватило странное беспокойство касательно той фигуры. В голову полезли страшные мысли вроде: «А вдруг он решит меня ограбить?». Я сбавил шаг, и тут у меня потемнело в глазах. Поморгав пару секунд и восстановив зрение, я замер от неожиданности: фигура стояла уже в середине перехода! Стояла и не двигалась.

Мне стало очень страшно. Я решил уместным в тот момент повернуть назад и перейти дорогу через квартал, но не смог сдвинуться с места. Я не чувствовал своих ног. Вдобавок ко всему я начал различать подробности внешности той странной фигуры. Он — или она? — был весь в черном: куртка, брюки, ботинки... Черт лица не было видно, лишь глаза как-то странно поблескивали.

В какой-то миг у меня снова потемнело в глазах, и я начал падать. Упал и ощутил, что он уже стоит надо мной. Было отчётливое чувство, что этот человек наклонился. Я не знал, что делать, и поэтому просто зажмурился, ожидая удара или чего-нибудь в этом роде.

Но ничего за этим не последовало. Я отключился. Просто отключился. Очнулся оттого, что какая-то тетка трясла меня. Что-то промямлив в ответ на её расспросы, я поплёлся домой. Пришел домой, лег спать.

В общем-то, на этом моё приключение и закончилось. Я даже почти забыл о нем, ведь вроде как всё обошлось. Но на днях мне бабушка рассказала, что слышала от кого-то, что в нашем городе ищут маньяка. Она сказала, чтобы я был поосторожнее и ночами не шлялся по улицам, потому что стали находить трупы людей, причём без каких-либо явных причин смерти. Все трупы объединяла одна деталь — у всех были выколоты глаза. После слов бабушки я и задумался: может, я в ту ночь и столкнулся с тем «маньяком»? Почему же он меня тогда не убил?.. С другой стороны, возможно, я просто перебрал с пивом...
♦ одобрил friday13
7 апреля 2013 г.
С тех пор, как я стал героем этой истории, прошло более 10 лет. На дворе был 2002 год. В те времена еще не было Интернета, и поэтому я проводил львиную долю своего времени на улице. Чаще всего мы с друзьями играли в футбол. Площадка у нашего дома не была оборудована ни воротами, ни самим покрытием, но нас это не расстраивало. Не так далеко от нашего дома было хорошее футбольное поле — оно было заброшено, но идеально для нас подходило. Каждый день летних каникул мы с утра до позднего вечера пребывали на том поле. Идти до него было всего минут десять. Мы полюбили это место — оно было тихим, никто не мешал нам резвиться на поле. Идти приходилось через лес, а напротив поля размещалось старое кладбище, но нас это нисколько не пугало.

То, о чём я хочу рассказать, произошло обычным июльским днем. Мы собрались с друзьями снова пойти на футбол. Я взял свой мяч, сказал маме, что приду поздно. Мама не была против, потому что летние вечера были светлыми, да и поле находилось рядом. Обычно мы ходили играть целой гурьбой, но в этот раз так вышло, что из моего дома никого не было; мне пришлось пойти до соседнего и позвать ребят оттуда. Нас было четверо, включая меня самого. Все наше путешествие до поля не предвещало беды, все шло своим ходом. Через десять минут мы были на месте.

Играли мы довольно-таки долго. Когда начало смеркаться, мы решили, что еще немного поиграем и пойдем домой. После получаса игры кто-то из ребят пнул мяч, и он очень далеко улетел. Мяч полетел в сторону кладбища и упал около изгороди. Никто из нас не горел особым желанием идти за мячом, и вовсе не потому, что мы боялись мертвецов — причиной была банальная лень. Я нашел решение: кто первый добежит до мяча и возьмет его, тот будет «расстреливать» мячом задницы других. Как только мы приняли вызов, все бросились к мячу. Я бежал изо всех сил, уже видел мяч, он был от меня метрах в пяти. Добежали до него почти все одновременно, и началась борьба с возней. Никому не хотелось подставлять мягкое место под удар. Но я быстро вышел из борьбы, поскольку мне попали локтем по лицу. Я замер от боли и вдруг боковым зрением увидел движение за изгородью. Машинально я посмотрел туда и увидел высокого и очень худого человека. На нем был старомодный плащ. Он стоял ко мне спиной и не двигался. В его силуэте не было ничего выразительного, но я не мог оторвать от него глаз. Вернули меня к реальности мои друзья, которые перестали бороться за мяч. Я им тихо сказал: «Смотрите-ка, вот делать мужику нечего. Время к полуночи, а он на кладбище». Ребята обернулись посмотреть, на кого я указываю, и только они на него взглянули, как он повернулся к нам лицом.

Я до сих пор помню ужас, который испытал в тот вечер. Даже сейчас, когда я пишу свой рассказ, у меня мурашки по спине бегут, потому что я вижу все, как будто только что был там. Человек повернулся к нам лицом, но дело было в том, что как раз-таки лица у него не было. У него была голова, но не было самих черт лица, как будто их кто-то стер ластиком. В тот момент я впал в оцепенение, как и все мои друзья. Я не знаю, сколько прошло времени; мы стояли и смотрели на него. Через минуту разум вернулся ко мне, и я закричал во всю силу своей глотки. Думаю, что наши крики слышали все, кто был на расстоянии километра.

Я бежал. Бежал со всех ног, что есть мочи. Мяч остался лежать у изгороди. Я слышал, как за спиной бегут мои друзья. Все мы были перепуганы до смерти. Через пару минут мы выбежали на дорогу: мимо проезжали автомобили, и я видел свой дом. Я рванулся к нему. Подбежал к подъезду, забежал в парадную, поднялся на 2-й этаж и посмотрел в окно на лестничной площадке. Панический страх постепенно отпускал меня, и я уже был почти спокоен, но тут я увидел безликого человека прямо перед входом в подъезд. Ребята разбежались по своим домам, но этот человек стоял у входа в мой дом. Я глядел прямо в его безобразную морду, а он, как мне казалось, смотрел прямо на меня. Я снова был в оцепенении. И тут, к моему ужасу, он начал приближаться к подъезду. Я был сам не свой от страха и кинулся к двери своей квартиры. Я стоял перед дверью — за ней находилась мама, которая ждала меня, которая защитит меня от всего. Я в панике рыскал по карманам, но не находил ключ. И только через некоторое время я вспомнил, что не взял ключи, потому что переживал, что могу их потерять. Я начал истерически стучать в дверь, пинать ее ногой. Мама не открывала. И тут я услышал громкий лязг, который мог означать только одно — дверь в парадную захлопнулась. Я слышал шаги: он поднимался на 2-й этаж. Шаги его гулко отдавались в моих ушах; они были похожи на стук лошадиных копыт о мостовую... Я снова забарабанил в дверь, и, наконец-то, она открылась. На пороге стояла моя мама. Она сказала мне:

— Я уже начала переживать. Ты чего так долго?

Я не мог ничего ответить. Я был весь в поту, но не оттого, что бежал домой. Меня покрывал холодный пот, который стекал с меня ручьем. Я никогда более не ходил на то поле, за исключением следующего дня, когда ходил забрать свой мяч. С тех самых пор я больше никогда не видел безликого, но его образ еще долго отравлял мое сознание страхом. Возможно, мне со временем удалось бы забыть про эту историю, если бы через пару лет после того дня я не попал на одну дворовую игру.

Суть игры заключалась в том, что каждый должен был рассказать страшную историю. Несмотря на то, что я очень боязлив, я с большим удовольствием слушал истории про разных тварей и призраков. Свою историю я бы не решился рассказать никогда. Боялся, что будут называть меня сумасшедшим, но больше всего я боялся, что безликий вернется и заберет меня с собой.

Одна история потрясла меня больше всех. Девчонка из соседнего дома рассказывала про то, что нельзя наступать на седьмую ступень на любой лестнице, ибо можно провалиться в подвал, в котором живет человек без лица, и он срывает лицо с каждого в надежде найти свое. Я слушал, и в моем сознании невольно начали просыпаться воспоминания о том дне, когда я видел подобного человека. История произвела на меня такое впечатление, что с тех пор я, поднимаясь по лестнице, считаю ступени и переступаю через седьмую. С тех пор, как я услышал её, прошло восемь лет, но еще ни разу я не наступил на седьмую ступень.
♦ одобрил friday13
Автор: agvares

Дело было в июле прошлого года. Примерно в пять вечера раздался звук дверного звонка. Я подошёл к двери и поинтересовался личностью визитёра. Ответом мне стала фраза, произнесённая знакомым голосом: «Да я это, я, давай, выходи». Я надел сандалии, накинул рубашку и вышел из квартиры. На лестничной клетке меня ждал мой старый приятель Витя, с которым мы ещё утром договорились о прогулке. Пожав руки, мы направились к лифту, а затем неторопливо пошли в соседний парк.

Учитывая, что живу я в северном районе одного из крупных российских городов, читатель, наверное, сочтёт странным, что я стал вести разговор через дверь, а не просто глянул в глазок. Увы, это не какая-то случайность или каприз: дверными глазками в нашей округе мало кто пользуется, а некоторые даже специально вырезают их из дверей, ставя металлические или просто дерматиновые заплатки. Причина этого могла бы выглядеть глупым суеверием, если бы не столь часто появляющиеся по соседству машины «скорой», забирающие либо свежие трупы, либо людей, по состоянию психики от них слабо отличающихся.

Всё дело в нашем соседстве. Нет, мы не расположены рядом с заброшенным заводом, древним кладбищем, заколоченной психбольницей или нацистским бункером, что так часто упоминаются в сюжетах фильмов ужасов. Секретных военных лабораторий, как и убежищ безумных учёных, никто также не замечал. Столь печальное и опасное соседство заключается во всего лишь одной бабке, которая, однако, наводит не меньший ужас, чем всё вышеперечисленное.

Точного места жительства её никто не знает, потому как мало кому хватало мужества проследить за ней до квартиры. Периодически находятся фантазёры, заявляющие, что бабка точно живёт в их доме или даже подъезде, но на поверку всё это оказывается пустой болтовнёй. Видят же бабку часто, притом люди, совершенно не склонные к выдумкам и хвастовству. Например, говорят о том, что наблюдали, как она медленно, ковыляя и прихрамывая, заворачивала за угол, или, таща за собой скрипучую сумку-тележку, пыталась зимой взобраться на скользкую горку.

Судя по описаниям, она не отличается от других бедных и чудаковатых стариков России, до которых уже давно никому нет никакого дела. Одета она в какие-то дешёвые монотонные куртки и плащи, а в холодное время года — аналоги ватника. Нижнюю часть тела прикрывает либо длинная юбка, либо просто утеплённые колготки с водонепроницаемыми штанами. На ногах «красуются» валенки или нелепые прямоугольные ботинки из кожзама и резины, которые на рынке можно купить рублей за триста.

Единственное, что никогда не меняется, это её лицо. Точнее, не лицо, а то, что его скрывает — серый свалявшийся пуховой платок, весь в бурых пятнах, затвердевший от въевшейся грязи и прицепившегося мусора. Закрывает он всё от линии глаз и ниже. Собственно, те, кто видел её без платка, об этом уже рассказать не могли. Конечно, никто лично не мог дать гарантии, что дело именно в её лице, но пугающие случаи смертей и умопомешательств не оставили других предположений.

Действительно, если сначала сгорбленную низкорослую бабку в платке видят крутящейся около какого-то корпуса, а вечером медики забирают тело, лежащее прямо у входного порога запертой изнутри квартиры, какие ещё могут быть варианты? Есть разрыв сердца, совершенно нетронутая дверь и рассказы соседей, которые слышали дверной звонок и серию стуков у соседей. Чем, кроме того, что эти люди что-то видели сквозь глазок, замочную скважину или щель приоткрытой двери, можно всё это объяснить?

Само собой, на этот счёт строились различные предположения. Одни говорят, что бабка эта — ведьма, обезумевшая от ритуалов. Другие — что в молодости она получила сильный химический ожог. Есть даже и такие, которые предполагают, что она не с этой планеты. К сожалению, все эти догадки вряд ли можно назвать убедительными.

Даже если и есть какие-то тёмные силы, неужели обезображенное лицо — это лучшее, что можно от них получить? Химические ожоги, как и другие увечья, могут максимум вызвать тошноту и потерю сознания у особо впечатлительных, но смерть? Ну и уж, конечно, зачем таинственным существам с других планет жить жизнью нищих российских пенсионеров? Старушечьи россказни о том, что в молодости бабка, должно быть, в «запретный колодец посмотрела», и вовсе не стоит воспринимать иначе, как народный фольклор.

Вообще, помимо описанной детали, в бабке нет ничего «потустороннего» или необъяснимого. Она иногда покупает в местных магазинах пельмени в картонных коробках, куриные ножки и макароны (торговых центров она, понятно, избегает). Надо сказать, что, опять же, по слухам, при покупках она не произносит ни слова, лишь мычит, подзывая продавщицу, и показывает пальцем на товар. Передвигается она отнюдь не левитацией или превращением в животных, а обычной, медленной походкой старого, немощного человека.

Говорят, жертвами её становились часто те, кто вступал с ней в обычный бытовой конфликт: не там оставили мусор, не закрыли дверь подъезда, подкармливают бездомных собак, вовремя не увезли строительный хлам и прочее.

Возможно, я бы так и оставил загадочные смерти и помешательства на совести народного воображения, если бы не тот июльский день, с которого я начал рассказ.

Прогулка наша тогда очень скоро вылилась в пикник, так как в парке мы встретили бывших сокурсников, решивших угостить нас шашлыками. После трапезы мы, как обычно, обсуждали знакомых, историю, политику, планы на будущее и прочие вещи, составляющие содержание обычных дружеских бесед. Когда мы решили разойтись по домам, было почти 11 часов ночи, и на улице, наконец, установилась темнота. Сразу скажу, что, в отличие от знакомых, я не пил тем вечером ничего крепче кваса. Дело не в каких-то сильных убеждениях или религиозных запретах — я просто не люблю вкус алкоголя.

Дойдя до знакомого перекрёстка, мы с Витей пожали руки, договорившись на следующий день примерно в это же время пойти побегать и поподтягиваться в парке.

Изнуряющая жара прекратилась, поэтому я, не торопясь, шёл домой, наслаждаясь тёплым июльским воздухом. Проходя поворот на соседнюю улицу, я заметил компанию молодых людей, которые держали в руках бутылки и шумно о чём-то спорили. Рядом с ними стоял автомобиль (то ли «Пежо», то ли «Рено»), по-видимому, принадлежавший кому-то из них, из динамиков которого доносилась музыка. Разобравшись, что музыкальные предпочтения парней ограничиваются русским «гангста»-рэпом, я продолжил путь домой, решив перед сном прослушать пару трэков «Diablo Swing Orchestra», так сказать, для профилактики.

Я уже почти скрылся за домом, следовавшим за поворотом, как голоса парней стали значительно громче. Предположив, что сейчас, возможно, будет драка, я развернулся. Само собой, я ошибся. Никакой потасовки не намечалось. Вместо этого в сторону парней, шаркая, мыча и размахивая руками, направлялась фигура старой женщины в весеннем пальто, чьё лицо было чем-то замотано.

Издалека сложно сказать, о чём именно шла речь, но это было понятно и без слов. Бабка выражала своё недовольство громкой музыкой, смехом, разбросанными пачками от чипсов и прочих закусок, и ещё чем-то, на что указывала. Парни же, как и можно предположить, лишь демонстрировали своё безразличие к её негодованию, советуя удалиться туда, откуда она и пришла.

Примерно минут через десять этой перебранки бабка перестала махать руками. Вместо этого она остановилась и стала медленно распутывать платок на лице. Развязав его достаточно, она резко подняла голову по направлению к компании. Несколько человек, стоявших ближе всего к ней, сразу упали, как будто их в одночасье парализовало. Третий, плача, тихо осел на корточки. Последний, видимо, догадавшись, в чём дело, бросился на землю, прижав руками голову к земле.

Бабка подошла к лежащему, пару раз его пнула, помычала, развернулась и начала удаляться. Пройдя метров десять, она развернулась в мою сторону. В темноте я смог различить лишь мутный силуэт, который, к сожалению, быстро начал обретать очертания. Хуже всего было то, что я стал вглядываться именно в лицо…

Оно показалось мне каким-то неестественно вытянутым (как будто нижняя челюсть уходила дальше под одежду, оканчиваясь где-то в районе печени). Я смог заметить, что во всех частях лица что-то шевелилось и двигалось, а само оно необычно пульсировало.

От всего этого на меня накатила сильнейшая тошнота, я отвёл взгляд от бабки и облокотился о дерево. Тошнота всё усиливалась. Покончив с приступом рвоты, через несколько минут я вновь набрался сил взглянуть на происходящее. Бабки там уже не было, вместо этого начали толпиться кричащие люди, по-видимому, пытавшиеся разобраться в произошедшем.

Несмотря на сильнейшее потрясение, я спал в ту ночь очень крепко. Днём, проснувшись и съев тост с маслом, я стал размышлять о случившемся. О том, что случилось бы, если бы мне удалось рассмотреть бабку получше. О том, как объяснят смерть (а то, что она произошла, я не сомневался) тех парней. Наконец, о том, как вообще лицо может быть таким растянутым и…

Мои размышления были прерваны звонком в дверь. Отхлебнув чая, я направился в прихожую, машинально крикнув: «Кто там?» — хотя ясно было, что это Витя. Я уже сделал один оборот замка, как вдруг до меня дошло, что сейчас только час дня, а с Витей мы договаривались на вечер. Да и потом, никто так и не откликнулся на вопрос.

Я ещё раз спросил: «Кто там?» — но ответом мне было лишь сдавленное мычание и какие-то чавкающие, хлюпающие звуки. В ужасе я попятился назад.

Спустя пару часов звонки раздались опять, но теперь гораздо чаще. Я сидел на кухне и молчал. Минут через пять я услышал: «Ну, ты там скоро?» — после чего осторожно вышел в коридор и открыл дверь. Витя поздоровался со мной, протянул пачку с сухариками, которыми перекусывал, и попутно начал рассказывать о том, что в соседнем дворе ночью нашли ещё несколько тел.

С тех пор бабка на глаза мне больше не попадалась, но я продолжаю соблюдать все меры предосторожности: не смотрю в глазок, выходя из лифта, опускаю взгляд в пол, предпочитаю не срезать углы, даже большие здания обходить по кругу. Всё это может показаться излишним, но как по мне — лучше потратить пару лишних часов в неделю, чем ещё раз столкнуться с тем, что одним вечером для меня не уже чуть не закончилось полкой в морге или палатой в психбольнице.
♦ одобрил friday13
2 апреля 2013 г.
Автор: Anna Dark

Хочу поведать историю, случившуюся со мной и моей подругой шесть лет назад. Для нас это были времена мечтаний и гуляний — впрочем, без алкоголя и прочего. Мы, две 14-летние девочки, оставшиеся ночевать одни дома, решили испытать острые ощущения и отправились на улицу, чтобы «пройтись» в поисках неведомо чего. Было около трёх часов ночи. Мы направились к школе Алёны, которая находилась буквально в паре минут ходьбы от ее дома. На улицах никого не было. Стояла летняя ночь, было тихо. Остроты ощущениям добавляло то, что половина этого района находилась на месте, где когда-то было кладбище — часть его сохранилась и была относительно недалеко от школы. Мы прошли мимо школы к стадиону. За ним был большой пустырь, рядом которым было то самое сохранившееся кладбище. Часть стадиона освещал прожектор, под светом которого было довольно светло — в этом месте мы и остались. Бегали, смеялись, чтобы перебить лёгкую жуть.

Через какое-то время, всматриваясь в неосвещенную часть пустыря, я увидела там какое-то смутное движение. Кто был там ни был, двигался он очень странно. Человек, который решил, странно дергаясь, пробежаться в три часа ночи? Почему тогда такой маленький и широкий? Собака? Нет, слишком уж оно крупное для собаки. Никакой лесополосы вблизи не было, соответственно, диких зверей тоже не могло быть.

Алена в тот момент стояла спиной к темному пустырю, со стороны которого не слишком быстро, но стремительно надвигалось на нас нечто. Стараясь говорить спокойно, я прервала смех подруги:

— Алён, повернись-ка, что вон там за странное движение?

Она повернулась и всмотрелась во тьму:

— Ань, да это бегун какой-то... или пес... Ань, а чего оно так дёргается?!

Несколько секунд мы обе пытались «переварить» происходящее. Нечто по-прежнему приближалось к нам с небольшой скоростью, но упорно. Ростом оно было около 1,2 метров. Тело у него было странно широкое, но ещё более странно смотрелось его постоянное дёргание. Мы не могли понять, что нам лучше сделать. Бежать? А если это обман зрения, и к нам бежит действительно низкорослый спортсмен, которому не спится? А если нет — что, если это и правда какая-то тварь? Тем более, что на стадионе никого не было кроме нас, а оно бежало из темноты точнехонько к нам, пересекая стадион (не по беговой дорожке).

Инстинкт самосохранения начал брать верх, и мы обе попятились назад. Когда я поняла, что оно прибавляет темп тем больше, чем ближе, и что его силуэт не похож ни на человека, ни на зверя, то схватила Алену за руку и сорвалась на бег. Буквально через пару метров мы оказались под самым фонарем, и я оглянулась — оно было близко, почти пересекло границу темноты. Я бросилась бежать с удвоенным рвением. За считанные минуты мы подбежали к подъезду дома Алёны и только там решили обернуться — позади нас никого не было. Вдали по-прежнему горел прожектор стадиона. Мы забежали в подъезд и только там почувствовали себя в безопасности.

Вообще, я сама скептически отношусь к подобным историям, так как большая их часть — явный вымысел. Но если бы вы видели, как оно дергалось, как стремительно бежало к нам из той тьмы... Сейчас нам с Алёной, по 20 лет, и мы обе признаем, что видели что-то противоестественное. Интерес узнать, что это было, конечно, есть, но я не жалею, что мы убежали. Случись это сейчас, я поступила бы так же.
♦ одобрил friday13
Это произошло во Владимирской области, в Юрьев-Польском районе, в местечке Лучики. Тогда мне было 15 лет. Шли летние каникулы, и я гостил в деревне у бабушки. Мы ждали родственников, которые запоздали на сенокосе, и поэтому где-то в час ночи я пошел включать свет на столбах, которые находились за нашей территорией. Выйдя за забор, я направился к фонарному столбу. Было темно, и мне стало страшновато — постоянно казалось, что кто-то наблюдает за мной. Наконец, подойдя к столбу, я пощелкал выключателем, но не получил долгожданный свет. Я посмотрел на провода — они были оборваны. И только тут я заметил на деревянном столбе отчётливые свежие следы, как будто кто-то вгрызался в него зубами. Обернувшись, чтобы вернуться в дом, я увидел совсем рядом высокую чёрную фигуру, которая зашипела по-звериному и надвинулась на меня... Не помню, как добежал до дома, но по вечерам я с той поры на улицу не высовывался.
♦ одобрил friday13
3 февраля 2013 г.
Я живу в самом обыкновенном селе. Как вы знаете, село отличается от деревни тем, что в деревнях нет церквей, а в сёлах они есть (поэтому хоть какой-то асфальт у нас тоже имеется). Но во времена советской власти церковь в нашем селе снесли, а на её месте построили дом культуры. Шло время, дом культуры стал подгнивать, а наш населённый пункт всё так же носил статус села. В общем, было решено снова построить на месте дома культуры церковь. Ну, приделали к заброшенному клубу пристройку в виде церкви, крест поставили, батюшку на зарплату взяли, всё хорошо.

Вот только стали слухи проскальзывать от местных алкоголиков и бабок, что, бывает, ходит там по ночам кто-то метра под два ростом — косая сажень в плечах, одетый во всё чёрное, и лица не видно. Ходит как-то боком, не поворачиваясь. Ну, слухи слухами, а белую горячку и старческий маразм ещё никто не отменял. В общем, никто особо не обращал внимания на эти слухи, хотя верующие люди говорили, что строить церковь на месте бывшего клуба, где драки, поножовщина и многие другие нехорошие вещи случались, крайне неразумно.

Как-то раз приехала к нам в село девчушка с города, погостить у бабушки. Мы с ней познакомились, разговорились, общались почти всё лето. Дело уже шло к осени, темнело быстро. Идём мы мимо этой церкви, и она говорит: «Слушай, а ты ничего странного тут не замечал?». Я ответил, что дождя из лягушек не было, так что нет. И спросил её, к чему этот вопрос. На что она сказала, что как-то видела, что вокруг церкви в сумерках ходил кто-то «большой и страшный». Я немного встревожился, но решил, что она так шутит. Проводил её домой, но сам обратно шёл мимо церкви, стараясь в её сторону не смотреть. Стал я про это забывать, но в декабре со мной произошёл странный случай.

Я возвращался из другой деревни от бабушки, где у нас банька. Путь мой лежал опять-таки мимо церкви. Иду я, песни про себя напеваю, смотрю под ноги. И тут краем глаза замечаю какое-то движение сбоку. Я посмотрел в ту сторону — большое, два метра ростом, широкое в плечах существо ходило вокруг церкви, похрустывая снегом под ногами, наклоняясь и что-то нюхая на снегу. Затем это существо подошло к сугробу, лежащему у стены церкви и, всё так же нюхая снег, начало быстро раскидывать его в стороны. Церковь хорошо освещалась полной луной, а я стоял за спиной твари и наблюдал за этим процессом, обмочив свои штаны. Тут это существо сделало резкий выброс руки в снег — так собаки иногда ловят мышь. И точно, в её руке была то ли мышь, то ли крыса — я понял это по визгу зверька. Тварь живьём сжирала крысу! Я наконец понял, что надо бежать, но... тут у меня зазвонил телефон.

Существо у церкви резко повернулось ко мне. Я стал убегать на всех парах. Мой путь пролегал через неосвещённый и нежилой участок длиной пятьдесят метров, поэтому на полпути я всё же оглянулся. Тварь неслась за мной, но не на двух ногах, а на четвереньках. Не прыжками, а быстро-быстро перебирая своими четырьмя конечностями. Расстояние между нами сокращалось, но тут впереди показался свет от фар приближающегося автомобиля. Когда автомобиль выехал ко мне навстречу, я из последних сил добежал до освещённого жилого участка, где жили знакомые. Там меня сочли пьяным и отвезли меня домой, дабы я проспался.

С тех пор я на пушечный выстрел не подхожу к церкви — ни днём, ни ночью. А сплю только со включённым светом, хотя мой дом находится в другом конце села, а это километра два от церкви. Я думал, что у этой твари есть своя территория, за пределы которой она не выходит, так что мне ничего не грозит. Но вчера утром я обнаружил вокруг своего дома в снегу следы круглой формы — как будто их обладатель был без кистей и стоп.
♦ одобрил friday13
23 января 2013 г.
Сегодня ранним утром иду домой после ночевки у подруги. Людей на улице, естественно, мало. Остановилась завязать шнурки, а сзади слышится «кхе-кхе». Оборачиваюсь — никого. Ускорила шаги — мало ли... Только шнурки так и не завязала толком, через несколько минут они опять развязались. Остановилась, завязываю... Слышится намного ближе «кхе-кхе». Ну теперь-то не могло послышаться! Оборачиваюсь — никого... Стоит ли говорить, что я перепугалась? Еще не бежала, но шла очень быстро. И упала из-за тех самых так и не завязанных шнурков.

Пока пытаюсь подняться, прямо надо мной слышится это самое покашливание. За секунду заправляю шнурки в кроссовки и спринтом бегу домой. Уже захлопываю двери подъезда и отчётливо слышу, как за ними опять сразу кто-то кашляет.

Чёрта с два меня утром одну на улицу теперь вытащишь...
♦ одобрил friday13