Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «НА УЛИЦЕ»

14 октября 2011 г.
Я менеджер крупной компании в Москве. Сразу хочу сказать, что не пью и наркотики тоже не употребляю. Работаю с 10 до 19 часов. Каждый день возвращаюсь с работы одним и тем же путем: машина + метро. Для меня это удобно — спишь дольше, и времени остается больше. Скажу, не вдаваясь в подробности, что машину приходится оставлять рядом с одним из парков на стоянке.

В тот вечер начальник сказал мне задержаться. В итоге опоздал я порядочно, зато к одиннадцати вечера очередной «жутко важный» отчет был готов. Метро, машина, и вот уже я сижу в теплом салоне. Выезжаю с парковки, еду вдоль парка и вижу — на остановке стоит «девочка». Ну, я и думаю: «Чем черт не шутит?». Рогатый в этот вечер и правда не шутил — через несколько секунд «жрица любви» уже шла к моей машине этакой походкой от бедра. Я опустил стекло и услышал стандартное: «Привет, не хочешь ли развлечься?». Само собой, я хотел. Спрашиваю: «Сколько?». Она говорит: «Тебе сполна хватит.» А я же клерк — мне нужно, чтобы все четко было. Я не сдаюсь, но и она не говорит. Я и думаю, странно как-то это, и тут замечаю, что глаза у нее… в целом обычные, но вот зрачки шестиугольные. Я вздрогнул, смотрю вокруг и вижу — людей поблизости нет, машин тоже. Это в Москве-то! Я, еще когда с парковки выезжал, думал: «Отлично, до дома быстрее доеду!». Вот и приехал…

И «девочка» тоже это понимает. Смотрит на меня двумя своими гексозрачками и улыбается во все тридцать два зуба, будто говорит: «Попался ты, парень!». И медленно так, победоносно кладет свою наманикюренную руку на ручку двери. А я и сделать–то ничего не в состоянии. Хвала центральным замкам — дверь была заблокирована. Резко выходя из ступора, я сорвался с места. Но эта тварь за стойку уцепилась и не выпускает, наоборот — даже вторую руку через окно просунуть пытается и к шее моей тянется своими красными ногтищами. Я руль руками чуть не вырвал. А она на меня все равно смотрит своими жуткими глазами, а зрачки в них расширяются медленно, как зум на фотоаппарате, и оттуда веет такой непроглядной тьмой и черной ненавистью, что пробирает до самой глубины души. Она мне говорит: «Жалкий кусок мяса! Отдай мне свою кожу!». Ну всё, конец, думаю — доигрался я с «девочками». Вижу краем глаза — впереди столб фонарный светится у обочины. Я не знаю, как вписался. Раздался громкий лязг, и «девочка» осталась там, «намотавшись» на столб. Хотя, проехав метров сто, в зеркале заднего вида я отчётливо увидел, как она ковыляет за моей машиной в свете фонаря.

Я не помню, как добрался до дома. Помню, по дороге проехал под несколькими камерами — наверное, ко мне через неделю придет толстая пачка штрафов. Теперь я боюсь, что «девочка» сможет меня каким-то образом разыскать, чтобы довершить то, что она хотела со мной сделать…
♦ одобрил friday13
12 октября 2011 г.
Эта история произошла со мной год назад. Не знаю, как после неё пришёл себя: ходил несколько недель сам не свой, едва не подсел на алкоголь, до дурки, слава богу, дело не дошло...

Это случилось в день моего восемнадцатилетия. Мы отметили его с друзьями в клубе. В 11 часов вечера мы вышли из клуба. Почти все из нашей компании спустились в метро, а я с одним другом сел в 174-й автобус. Ехать нужно было до конечной. Всю дорогу мы разговаривали, подвыпившие, но не пьяные. Когда автобус приехал на конечную, мы с другом вышли и пошли вместе. Тут он вдруг спросил: «Давай, я тебя провожу до дома, а то ещё нарвёшься на кого-нибудь». Я подумал, что он не хочет, будучи выпившим, показываться на глаза родителям и хочет остаться в моей квартире на ночь. Идея мне понравилась — тем более, что мне нужно было идти через безлюдное место у железной дороги, где можно было кого только не встретить. Шёл я, оглядываясь по сторонам, и в тот момент не принял во внимание, но Ваня (мой друг) шёл неестественно спокойной и ровной походкой.

Прошагав молча пару минут, я решил завязать разговор. «Вань, ну как ты с Катькой-то, помирился?» — спросил я. Ответа не последовало. Я говорю: «Ваня, хорош молчать, я ж тебе вопрос задал». Он опять молчит. Я посмотрел на него, улыбаясь и думая, что он решил надо мной подшутить, — и заметил, что Ваня начал ходить очень медленно, покачиваясь из стороны в сторону. Я рассердился: «Да всё, кончай уже, мне и так страшно». Не реагируя на мои слова, он шагал всё медленнее и вдруг остановился совсем. Первое время я ещё продолжал думать, что он прикалывается, потом пришла мысль — может, он нюхнул чего на дискотеке? Я немного отошёл от Вани и дрожащим голосом спросил: «Вань, ты чего?».

Всё это время он шёл, глядя перед собой и низко наклонив голову. После моих слов он резко поднял голову, как будто только сейчас меня заметил. Но выглядел он уже не как мой друг. Ваня ростом около 184 сантиметров, сам по себе спортивный. Сейчас он выглядел выше, и у него на спине появился небольшой горб. Я впал в ступор, все мысли пропали. Так продолжалось секунд десять, пока я не услышал звук поезда (грузового, наверное). Тут же Ваня ринулся ко мне и ударил в челюсть с такой силой, что у меня звёздочки перед глазами затанцевали. Я рефлекторно замахнулся в ответ, но он резко добавил с левой, и я упал. Удары у него были, как у боксёра, очень точные и быстрые.

Я сидел на земле, схватившись за лицо. Сзади были пути, по которым сейчас должен был проехать поезд, а передо мной стоял Ваня. Вдруг он наклонился надо мной, и в свете подъезжающего поезда я увидел его лицо. Боже, я тогда решил, что сошёл с ума... Это был никакой не Ваня. Глаза у этого существа были узкие (не вытянутые, как у азиатов, а совсем узкие), но зрачки в них были расширены на всю глазницу. Большой нос загогулиной, губы тонкие и белые, лицо длинное и, как мне показалось, истощённое — обычно люди с таким лицом очень худые, но у этого тело было здоровенное. Волос я не заметил: может, они и были, но очень короткие. Рот у него был приоткрыт, из него текла по подбородку слюна, будто ему обезболивающего вкололи, и он не может теперь закрыть рот. Это выглядело настолько ненормально, что у меня сразу пошли слёзы из глаз. Содрогаясь, я прошептал: «Н-не трогай меня, п-п-пожалуйста». В ответ он негромко сказал низким голосом: «Я тебя переделаю».

Всё это время он приближался ко мне, а я отползал. После своей реплики он попытался схватить меня, но мне удалось извернуться, вскочить на ноги и побежать. Так, как в ту ночь, я никогда не бегал... Отбежав на приличное, как мне показалось, расстояние, я на бегу обернулся и увидел, что он стоит возле проезжающего поезда (поезд ехал почти со скоростью экспресса, никто бы в здравом уме не стоял на расстоянии полуметра от путей). На моих глазах он медленно протянул руку вперёд, его дёрнуло и он пропал, словно унёсся вместе с поездом. Меня снова охватил страх: если я не могу его видеть, он может выскочить из темноты в любой момент... Я сорвался с места и побежал. Пронёсся больше километра на одном дыхании, ввалился в подъезд своего дома, не дожидаясь лифта, забежал по лестнице на 4-й этаж. Достав ключи из кармана, быстро открыл входную дверь и вбежал в квартиру. Дома был старший брат. Я упал на пол, свернулся в клубок и стал рыдать в голос. Он подбежал ко мне и начал спрашивать: «Что случилось? Тебя избили?».

В общем, брат довёл меня до кровати и уложил спать. Я, плача, попросил его посидеть со мной, сказал, что всё расскажу. Брат, выслушав меня, сказал, что Ваня уже звонил ему, придя домой — сказал, что вернулся он нормально, и попросил, чтобы я позвонил ему, когда приду домой. Вскоре приехали родители, но они настроены были весьма скептически, а отец прямо заявил мне, что я слишком много пью и наверняка отравился некачественным пойлом либо заработал белую горячку.

Просидев дома неделю, я начал приходить в себя. Позвонил Ване, мы пошли с ним погулять, и я осторожно спросил: «Ваня, после того, как мы вышли из автобуса, ты как там потом ночью добирался домой?». Он ответил: «Ну, мы с тобой разошлись сразу после того, как вышли, потом, уходя, я ещё слышал, как ты сам с собой разговаривать начал». Мне стало ещё страшнее: стало быть, когда я начал разговаривать, я уже был с тем существом и, что страннее всего, как же я не заметил, когда Ваня успел уйти?
♦ одобрил friday13
11 октября 2011 г.
В общем-то, в моей истории мало мистического и сверхъестественного, и наверняка психиатры, например, знают подобные случаи. Тем не менее, то, что я тогда испытал, остаётся самым страшным моим переживанием за сорок с лишним лет жизни.

Заканчивался обычный рабочий день (я работаю в большом банке, весь день разбираюсь с бумагами). Я вышел из здания, покурил у лестницы с коллегами, и мы разошлись. Домой я еду на метро, и на этот раз тоже уверенно направился привычным маршрутом в сторону ближайшей станции. Было где-то семь часов вечера, ранняя осень, солнце ещё не зашло. Я чувствовал себя вполне хорошо — никакого головокружения или недомогания. Все мысли были о том, чтобы прийти домой и до отвала наесться, ибо днём из-за одного из многочисленных авралов мне не удалось как следует пообедать.

И тут на меня что-то нашло. Всем, наверное, знакомо чувство, когда в острых ситуациях в крови подскакивает адреналин, и происходящее начинает восприниматься отстранённо, будто в кино. Нечто подобное случилось и со мной, но намного хуже: я внезапно потерял представление, куда и зачем иду. Машинально переставляя ноги, я растерянно озирался и не узнавал местность. Видел плотный поток машин, горящие вывески, дома, слышал звуки моторов и клаксонов — но всё казалось незнакомым, будто я прожил всю жизнь в глухом лесу и впервые это вижу и слышу. Я был буквально оглушён этой бесцельной суетой вокруг меня. В горле мгновенно пересохло.

Я остановился, чувствуя, как путаются мысли. Передо мной прошла женщина; бросив на неё взгляд, я едва не закричал от ужаса. Нет, теперь-то я понимаю, что это была самая обычная женщина в красной курточке и вязаной шапочке, но тогда я воспринимал её как какое-то нелепое куклообразное существо, неумело собранное из абсурдных деталей. Лицо её выглядело для меня как бугристый участок кожи с отверстиями для глаз и рта, конечности — изогнутыми толстыми палками, волосы — колючей шерстью, растущей из кожи головы. А мелкие, как сито, поры на коже сводили меня с ума... На меня накатило отвращение, я отвернулся и едва удержался от рвоты. Мимо по улице проехал автомобиль, за стеклом я увидел водителя, внешность которого тоже вогнала меня в ужас. Я чувствовал себя так, будто внезапно проснулся в незнакомом мире, населённом уродами. Шатаясь, я отошёл в сторону ближайшего дома, но взглянул вверх и отпрянул: дом, казалось, вырос до размеров горы и пошатывался, силясь меня раздавить. Вывеска стоматологической клиники из красных неновых трубок, которую я видел до этого каждый день, живо напомнила мне вздутые вены, готовые лопнуть от переполненности кровью. Я побрёл прочь, пребывая в первобытном ужасе. Вся эта громада вокруг меня гремела, уродливые существа сновали вперёд-назад, и каждое из них, казалось, смотрело в мою сторону. Я массировал себе виски и пытался зажмуриться, чтобы прийти в себя. Это было как сон, в котором ты понимаешь, что находишься во сне, и хочешь проснуться, но не можешь...

В конце концов, я нашёл скамейку и сел туда, скрючившись пополам. Не знаю, сколько именно я так просидел. Наверное, где-то час. Постепенно ощущение, будто меня вырвали из мироздания «с мясом», ослабевало, и люди на улицах выглядели всё менее жуткими. В итоге я уже сам стал недоумевать: обычная московская улица, вокруг простые прохожие — как они могли меня настолько напугать одним своим видом? Почувствовав себя лучше, я встал и направился домой, чувствуя себя вконец вымотанным. Спал ночью плохо, но ничего подобного этому наваждению снова не испытал.

С того случая прошло шесть лет, но я до сих пор вспоминаю тот день с содроганием. Друзья, которым я рассказал, говорят, что у меня, наверное, резко нарушился какой-то гормональный баланс, и мозг стал «барахлить». Не знаю. Но не дай бог пережить такое снова: я ещё хорошо помню то ощущение бурлящего вокруг огромного уродливого столпотворения, населённого абсолютно чуждыми аляповатыми существами, и если я снова хотя бы на минуту увижу мир таким, то могу уже не выдержать.
♦ одобрил friday13
9 октября 2011 г.
Однажды вечером я ехал с учёбы из Москвы. Людей в электричке было мало, всю дорогу я сидел на месте у окна и слушал в плеере музыку. Вышел на платформе за Купавной. Ждать автобус не хотелось, так как они подъезжали на остановку аккурат минут за пять перед прибытием электрички, а до следующей электрички была уйма времени. В общем, я решил идти по рельсам — слез с конца платформы по изготовленной умельцами деревянной лестнице и побрел по камешкам в сторону дома. В этот момент мне было совершенно не страшно, ведь по левую сторону проезжали машины по шоссе, а по правую руку были более безлюдные, но все-таки знакомые места.

Думая о своём, я прошёл мимо разрушенного завода, низеньких кирпичных зданий и каких-то гаражей. Лианы из проводов гудели над моей головой, а вдалеке горели прожекторы и какие-то огни, в назначении которых я ничего не понимал. Вскоре мимо меня промчалась электричка на Москву и своим шумом выбила меня из медитативного состояния. Вдруг я понял, что прошёл дальше, чем требовалось, не заметив тропинку, которая сворачивала к моему дому. Остановившись на пару секунд, я огляделся и увидел автомобильный мост, проходивший над заброшенной веткой железной дороги, ведущей на здоровенный карьер, где стоит старый шагающий экскаватор — его мне хорошо было видно с двенадцатого этажа своей квартиры.

Вроде бы я понимал, где я нахожусь, но из-за деревьев мне всё равно не было видно своего дома. Я пошёл дальше, пока не увидел цепочку из старых товарных вагонов, стоящих на запасных путях. Они все поросли кустами. Я удивился: почему я не видел этот состав из своего окна? По спине пробежали первые мурашки, но когда я увидел, как из под состава выползает какая-то фигура (если быть точным, из-под кустов, которые росли под этими составами), то стало уже реально страшно. Я в момент развернулся и быстрым шагом пошёл в обратную сторону.

Вдруг за спиной раздались шаги, а затем уже и звуки бега в мою сторону. Адреналин ударил в мозг, и я побежал со всех ног, но пробежать успел от силы метров двадцать, прежде чем услышал совсем близко: «Стойте, вы кое-что обронили!». Эти слова подействовали на меня как стоп-кран, в голове сразу прояснилось, и, развернувшись, я увидел толстенького мужичка с сальными редкими волосами. Одет он был в какую-то спецовку, на нагрудном кармане висел включённый фонарик. Лица его я особо не запомнил, но на нём точно были очки. Я извинился за то, что побежал, и спросил у него, что же я обронил. Мужчина вытянул руку, сжимая кулак, и когда он разжал его, я увидел там... камень.

Подняв на него глаза, я увидел, что он улыбается. Он произнёс: «Это твоё, ты его уронил».

Вмиг развернувшись, я побежал прочь от этого незнакомца. Я почувствовал, как он схватился за край моей сумки, но не смог её удержать. Ветер в ушах шумел так, будто я ехал на мотоцикле. Я несся через перелесок, направляясь в ту сторону, где должен был быть мой дом и та самая потерянная мной тропа. Позади меня шумели кусты, через которые я уже пробежал: он явно преследовал меня, причём бежал совсем близко.

Несясь без оглядки, я выбежал на тропинку и увидел свой дом, но до него было ещё метров двести. И тут всё-таки мне приспичило обернуться. Я увидел этого человека, гнавшегося за мной, склонив голову вниз, его руки болтались, как тряпки, из стороны в сторону. Это был не бег, а какие-то скачки — он подпрыгивал. Увидев, что я смотрю на него, он закричал: «Это твоё, мне это не нужно!».

Страх не давал думать. Мне казалось, что он может накинуться на меня и перегрызть горло, словно дикая собака. В боках уже болело, во рту чувствовался привкус железа, а в виски отдавался каждый удар сердца. Подбегая к подъезду, я вновь обернулся, но за мной уже никто не бежал. Я забежал внутрь подъезда, нажал на расплавленную зажигалкой кнопку лифта, доехал до своего этажа и быстро зашёл в квартиру. Пришёл в себя приблизительно через час, сидя перед телевизором. Дома я был один, так как мать и отец оба работали в ночную смену.

Окна в моей квартире выходили на обе стороны, и я решил поглядеть, не крутится ли этот человек возле моего дома, но никакого признака жизни не заметил на улице.

С горем пополам я лёг спать, а наутро решил посмотреть в бинокль, стоят ли на перегоне эти вагоны. Оказалось что стоят, но я их почему-то раньше не замечал. Есть мне не хотелось, поэтому, одевшись, я решил пройтись до этого места при свете дня. Когда лифт спустился на первый этаж, при выходе из него я увидел лежащий неподалеку... камень. Видимо, его положили перед лифтом, и кто-то из жильцов отшвырнул его ногой. Не знаю, тот ли камень это был, но выглядел он явно не как кусок асфальта, а как камень с настила железной дороги, большой такой.

Желание идти куда-то отпало само собой. Успокаивало только то, что камень лежит перед лифтом — значит, человек знает мой подъезд, но не этаж. Теперь я боюсь выглядывать из окна кухни и с балкона. А однажды вечером (уже зимой) я увидел свет фонарика, ищущего что-то под окнами первого этажа.
♦ одобрил friday13
#75
1 октября 2011 г.
Началось все с того, что мне захотелось покурить. Был прохладный осенний вечер, и я решил немного пройтись. Накинув куртку, я вышел на улицу. Собирался просто пройтись вдоль квартала и вернуться домой, но, отойдя на некоторое расстояние от дома и достав сигарету, я обнаружил, что в коробке осталась всего одна спичка. По закону подлости, как только я зажег ее, подул ветерок. Я решил не возвращаться домой, а просто купить зажигалку (в кармане завалялась кое-какая мелочь). Ближайший магазин был на другой стороне квартала, и я решил срезать, пройдя через дворы.

Идя в ларек к заветной зажигалке, я о чем-то задумался и, повернув голову вправо, смотрел в окна первых этажей. Есть у меня такая не очень хорошая привычка. За окнами, в общем-то, ничего интересного не было. Обычные старые рамы, для надежности прикрытые решетками. Я просто шел... и тут увидел кое-что действительно жуткое.

В окно было видно обычную залитую светом комнату, обычные обои и совершенно обычный шкаф, но то создание, что было в этой комнате!.. Через окно на меня смотрело лицо, поражающее своей неестественностью. Кожа у него была желтоватая и лоснящаяся. Широко посаженные глаза с огромными зрачками, которые сливались с красноватыми белками, высокий лоб, покрытый странными шрамами, на щеках и под глазами у него были огромные гнойники, нос словно провалился, с головы свисали сальные волосы, а правое ухо было будто разорвано. Представьте себе труп больного сифилисом, и вы получите примерное представление того, что я увидел. Лишь по движению глаз, направленных на меня, я понял, что это был живой человек. Он приоткрыл рот то ли в усмешке, то ли в оскале, и из-за обветренных, покрытых коркой губ появились даже не желтые, а почти оранжевые зубы. По моей спине прошла дрожь, сердце словно упало куда-то вниз, и я поспешил отвернуться и ускорил шаг. Думаю, вид у меня был неважный, потому что продавщица в магазине смотрела на меня с удивлением. Назад я решил пойти по освещенной улице, по пути выкурив три или даже четыре сигареты, точно не помню. Пришел в себя я лишь дома.

Весь вечер я боялся увидеть это существо у себя в окне, и всю ночь мне снились кошмары, от которых я просыпался в холодном поту. Вообще я не из трусливых, но одно дело, когда ты начитался на ночь Стивена Кинга, и совсем другое, когда ты сам увидел в окне обычного дома какой-то живой труп!

Восстанавливая утром события, я вспомнил, что меня поразило больше всего. Оно появилось, скажем так, абсолютно внезапно. Обычные квартиры, кухни, и тут на тебе! Хотя не думаю, что было бы лучше, если бы я увидел это в каком-нибудь темном переулке…
♦ одобрил friday13
#69
30 сентября 2011 г.
Я работаю водителем-дальнобойщиком на фуре в Ростовской области. Перевожу продукты с одного города в другой. Так вот, одна фирма предложила мне перевезти продукты из Ростова в город Волгодонск. По времени это занимало четыре часа. Я согласился. Меня загрузили товаром, и я поехал. Не доезжая до города Волгодонска (оставалось километров пятьдесят), я увидел, что на обочине справа от дороги находится кафе. Я решил остановиться и пойти чего-нибудь поесть.

Вкусно поевши, прихватив с собой бутылку газировки, я вышел из кафе и направился к своей фуре. Подходя к фуре, я решил попить газировки. Открыв её, поднес ко рту и тут увидел (мне даже страшно писать об этом), что под задними колёсами моей фуры лежит человек, а около него валяется мотоцикл.

Я подбежал к человеку. Одет он был в серый костюм. На голове у него был шлем также серого цвета. Так как возле него не было ни капли крови, я подумал, что он ещё жив, и толкнул его рукой по плечу. От моего прикосновения его шлем вместе с головой оторвался от тела и покатился по дороге. От увиденного я, наверное, поседел и постарел лет на двадцать...

Я побежал в кафе за помощью. Подбежав ко входу к кафе, я остановился и повернулся к фуре. Это было, как в фильме ужасов: человек без головы, пытаясь встать, ударялся о дно фуры и опять падал. Этого я уже не мог выдержать. Забежав в кафе, я закричал, чтобы мне помогли. Объяснив людям, что происходит, я сел на стул и зажмурился. Люди выбежали на улицу. Минут через пять они стали возвращаться в кафе, странно на меня поглядывая. Я подошёл к одному мужчине и спросил, что там с этим мотоциклистом. В ответ он мне сказал шокирующую новость: на улице, кроме моей фуры, ничего нет!

Я не поверил своим ушам и выбежал на улицу. Обошёл и осмотрел всю фуру, но ничего не нашёл. Завёл машину, про себя подумав, что нужно бросать эту работу, так как моя нервная система уже не выдерживает, и поехал дальше.
♦ одобрил friday13
#28
21 сентября 2011 г.
Как-то я пошёл гулять по улицам. Дойдя до Краскова, пошёл обратно и свернул на улицу Гоголя, по которой дошел до путей. Оттуда я прошёлся по полупустой дороге до Некрасовки, где решил дойти до своего дома (живу на окраине Люберец), срезав путь — через коллектор. Дальше метнулся в сторону некрасовской больницы, от которой направился вглубь дачного посёлка (или как это называется).

И тут-то началось самое странное: миновав стройку, я оказался в каком-то пустынном месте, разделенном забором, вдоль которого вились следы; в конце концов, мне пришлось пролезать под забор, и я еле-еле смог забраться на пригорок, после чего вновь оказался в ловушке — на второй коллектор не смог забраться, хоть он в этом месте и низенький. После этого я обратил внимание на следы, и мне чуть не стало плохо: следы были не собачьими, как мне казалось, а человеческими. Ступала босая нога, и, судя по размерам следов, детская. Следы поднимались на коллектор, и нигде не было прибитого снега, то есть, то, что взбиралось на насыпь, поднялось на неё с первого захода, нигде не упало и даже не хваталось руками за склон. Вдобавок, из-за самой насыпи слышались какие-то голоса, но когда я позвал на помощь (не хотелось оставаться в той самой ложбине надолго), никто не подошёл, а голоса стихли.

Я пошёл вдоль коллектора по целине, обращая внимание на следы. Такое чувство, что кто-то спустился туда с неба, потанцевал и вновь воспарил, так как следы были беспорядочны и порой обрывались посреди целины. Некоторые следы оставляли гораздо большие ноги, чем в первый раз, и иногда эти следы были с отпечатками четырёх, а не пяти пальцев. Что самое неприятное, так это то, что поблизости не было вообще ничего живого, даже птиц с собаками.

Когда я добрался до строящегося моста, то строитель, куривший неподалёку, очень удивился мне; сказал, что туда никто обычно не ходит, да и небезопасно это, и что вообще я ищу приключений на свою голову и т. п. Весь промёрзший, я всё-таки добрался до дома, но потом долго не мог выкинуть из головы те загадочные следы на снегу. Что бы это могло быть?
♦ одобрил friday13