Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «НА УЛИЦЕ»

Первоисточник: mrakopedia.ru

Не ожидал я встретить здесь такую рекламу. Улица в старой части тихого среднерусского городка, куда занёс меня автостоп — ей подобает что-нибудь патриархальное, благочестивое… А тут вдруг скелет стоит на асфальте.

Понятное дело, что реклама, но всё равно неожиданно. Да и что именно рекламирует — непонятно: ни одной надписи ни на нём, ни рядом. Может, заведение за спиной, конечно — там какая-то вывеска у входа виднеется, но маленькая совсем, издали ни слова не разберёшь… Я и не стал разбираться. Не хватало ещё возле рекламы застрять, будто я совсем уж провинциал какой дремучий.

Пошёл мимо, а скелет возьми да пошевелись! И голос такой механический: «Привет!»

Я аж вздрогнул сперва. А потом, конечно, рассмеялся. Да я и впрямь как деревенщина! Будто про фотоэлементы никогда не слышал. А внутри у этого скелета, понятное дело, моторчик спрятан.

Сделал я шаг назад — скелет в прежнюю позицию вернулся, стоит как ни в чём не бывало. Снова я вперёд пошёл — снова он ожил: «Не проходим мимо!»

Тут уж невольно пригляделся я к нему. А это и не скелет вовсе. Манекен стоит в чёрном костюме в обтяжку, а поверх кости нарисованы фосфоресцирующей краской. Краска ярко светится — вот и не поймёшь сразу, что скелет нарисованный, а не настоящий.

А может, и не манекен это. В самом деле, станет ли захолустная фирма связываться с такой техникой?

— Привет, — говорю.

Так и думал, что он ответит — совершенно нормальным голосом, не деланным механическим:

— Привет, приятель! Блин, ты первый, кто поздоровался…

Снимает с головы шлем, который череп изображает, и прямо на асфальт его кладёт. Оказалось — парень лет двадцати, лицо такое простое, улыбающееся. Копна светлых волос на лоб падает.

— А ты что рекламируешь-то? — спрашиваю.

— Рекламирую… Да какой там! — вздохнул парень грустно. — Мимо все проходят. Я-то думал, нельзя такого, как я, не заметить… Как же! Улыбнулся бы хоть кто. А поздороваться, вот как ты — уж и не надеюсь…

— Ну ты даёшь! Я так вообще чуть не подпрыгнул, когда ты пошевелился, — удивился я. — Это что же за город у вас такой, непрошибаемый?

— Да не в городе дело, — снова вздохнул парень. — Это я какой-то неприметный… Что раньше, что сейчас, когда сюда пришёл. Кем только не одевался — нет, хоть бы кто остановился, задержался… Не смотрят на меня, хоть что делай! Я уж и самим собой оделся, и народ пугать начал. Думать уже начал, может, хоть кто кулаком стукнет или пнёт. До чего докатился, а!.. Да и ты тоже, — добавил он после паузы, — сейчас мы с тобой говорим, а секунда пройдёт, и забудешь про меня, как будто и нет меня вовсе.

— Постой, в смысле, самим собой оделся… — начал я, но тут кто-то хлопнул меня сзади по плечу:

— О! Здорово! Какими судьбами тут?! А чего стоишь тут просто так?

А это уже приятели мои старые, тоже стопщики. Не сговаривались встретиться, и вообще давно не общались, а тут смотри-ка ты — встретились, да ещё и в стороне от основной трассы, в незнакомом городке… Чудо, а не совпадение!

Сколько лет, сколько зим, новостей ворох у каждого… Заболтались, словом. Забыл я про своего нового приятеля…

А забытый скелет так и стоял, понурившись, чуть в стороне. Я и впрямь напрочь забыл о своём собеседнике. И он, укоризненно опустив голову, смотрел на свой шлем-череп, что по-прежнему лежал на асфальте. Дешёвый жиденький парик сбился в сторону и наполовину сполз. Бумажная маска, изображавшая лицо, пожелтела от времени, а краска на ней наполовину размылась. В нижней части бумага лопнула, и в прорехе желтела оскаленная челюсть.
♦ одобрил friday13
25 ноября 2015 г.
В прошлый вторник после школы решила я прогуляться в парке около метро, какого — не скажу, а то вдруг начнется «паломничество». Скажу только, что не на самой окраине города, но и не в центре, рядом с довольно известной лесопарковой зоной. Погода наконец выдалась хорошая — а то я думала, что весны в этом году уже не дождемся, цветы будем на лыжах сажать. Но в парке оставалось еще довольно много снега под деревьями, лишь дорожки очистили.

Было уже довольно поздно, когда я выходила — часов около восьми, наверное. Уже начинались сумерки. Вышла я из парка, решила перед тем, как поехать к себе домой на метро, постоять еще, подышать немного. Купила себе мороженое, стою, значит, ем. Народу рядом практически нет, гул машин стихает, со стороны деревьев дует легкий ветер — красота, в общем. Вдруг вижу — шагах в пятнадцати впереди меня зашевелилась уже очистившаяся от снега прошлогодняя листва, и шорохи приближаются ко мне. Думаю: «Повезло мне — наверное, сейчас еж прямо ко мне выбежит». Ежей я уже неоднократно видела в парке этом. Стала рыться в портфеле, выискивая свой телефон, чтобы сфотографировать его, если получится. Но тут вижу — зверь наконец отчетливо показался. До меня оставалось метров пять.

Это был явно не еж. Зверюга довольно длинная, сантиметров 60 в длину, а ростом «в холке» мне чуть-чуть выше колена, наверно, лапы короткие, хвост тонкий и тоже довольно длинный, цвет буроватый — какая-то странная тварь, в общем. Я подумала тогда, что это такса, наверное, просто вывалялась в земле, поэтому грязная стала. Но в следующие секунды, получше рассмотрев существо, я поняла, что это не такса, а хрень какая-то. Глазки у зверя были маленькие, подслеповатые, как у крота, зато был довольно большой нос, похожий на собачий и на пятачок одновременно, шкура грязная, в земле, часть тела голая, а на части торчит то ли шерсть свалявшаяся, то ли еще что, чешуйки какие-то. Я не знала, что и думать, перебирая в памяти известных мне животных, которые могут быть в городе.

Зверь, видимо, мной заинтересовался не меньше, чем я им. Он довольно быстро подошел ко мне (передвигался он как-то боком, полуползая), поднял морду вверх и, чуть покачиваясь, энергично втянул воздух носом. Затем издал звук, похожий на то, когда вода резко уходит в раковину, и подошел еще ближе, вплотную ко мне, стал по-собачьи меня обнюхивать своим носом-пятачком. Три-четыре раза он быстро обнюхал мне ботинки и штанину джинсов, а потом привстал, как суслик, и стал «на весу» обнюхивать мне руку и ладонь, где я держала мороженое, и тянуться к нему. Я наконец пришла в себя от удивления и сказала ему: «Фу! Фу! Кыш! Свали!» — в общем, все слова, которые пришли в голову, и машинально кинула ему прямо на бошку мороженое, выронив его из рук. Он слизнул часть его, встряхнулся и опять злобно издал такой же звук, продолжая тянуться ко мне своей подслеповатой мордой. Я отступила на пару шагов, порылась в портфеле и, найдя банку из-под холодного чая, запустила в него. И очень удивилась, когда он вмиг прокусил его своими зубами, да так, как ни одна собака не смогла бы. После этого, к счастью, он отошел и пополз куда-то вбок, в сторону основного лесопаркового массива. Я постояла еще немного и пошла за ним (я его уже особо не боялась, было интересно). Заметила, что впереди тянется по участку глубокого еще снега такой след, как от змеи — извилистый и довольно глубокий.

Я прошла несколько шагов, как заметила зверя уже довольно далеко впереди, зато рядом на дорожку вынырнула вторая почти точно такая же зверюга, только потемнее, и кинулась сначала в сторону, а потом стала тоже набегать на меня. Я остановилась и, загораживаясь портфелем, крикнула ему на автомате: «Фу! Уйди! Прочь, животное, фу-фу!» Он бросился мне прямо под ноги и, как и первый зверь, быстро обнюхал мне ботинки и коленки, нюхнул мой портфель. Видимо, мой запах, да и я сама, ему не понравились, он как-то брезгливо и презрительно сморщился — мол, ходят тут всякие, истерят. И отправился в сторону понижения дороги, в сторону небольшой речки, туда же, куда и скрылся первый зверь. Дальше снега уже не было, поэтому вычислить их по следам уже не было возможности. К тому же тут я поскользнулась и шлепнулась аккурат попой в сугроб. Я решила дальше не экспериментировать и вышла обратно к метро.

Вечером я осмыслила произошедшее, посмотрела том советской энциклопедии о животных, где были подробно зарисованы и описаны все, кто у нас водится. Не нашла совпадения ни с одним известным животным, а рассмотрела я их неплохо. Были элементы сходства с таксой, с бобром, с утконосом (но хвост был не такой), по морде — с кротом даже. Собак таких пород я не знаю, едва ли такие могут быть, да и хозяев рядом явно не было — там вообще людей почти не было именно в тот момент, только небольшая компания стояла у метро метрах в пятидесяти, никто этого не видел. Больше всего звери напоминали выхухолей, но были и резкие отличия.

В общем, я пришла к выводу, что это больше из разряда «криптозоологии», да и веяло от них чем-то нечистым. Может, это и бобер был, наевшийся чего-то на городской свалке и прокачавшийся до 100-го уровня — там недалеко речка была. А может, там на звероферме какую-то породу вывели тайно путем скрещивания таксы с ежом. В общем, не знаю, но, кстати, рассмотрев на обратном пути банку, которой я запустила в зверя, еще раз поразилась глубине и силе прокусов — получается, мне реально угрожала опасность. От одного, может, я отбилась бы, но от двух сразу, если бы они решили по-настоящему напасть, едва ли.

Конечно, я буду и дальше ходить тем маршрутом, а не сидеть в бункере. С тех пор вот больше недели ничего такого не видела там — правда, один раз видела, как мне показалось, довольно похожий плоский след среди кустов недалеко от того места, хотя, возможно, это были просто лыжи или след от тележки.
♦ одобрил friday13
6 ноября 2015 г.
Теплая южная ночь. Дискотека в самом разгаре. Выхожу из клуба покурить и немного проветриться. Около входа какая-то безумная парочка бурно выясняет отношения. Чуть поодаль кучка подростков о чем-то переговариваются, нервничают — видать, не пустили. Возле стены — симпатичная девушка в коротком платьице. Познакомиться? Да нет, не стоит. На часы смотрит — похоже, ждет кого-то.

Присаживаюсь на ступеньки, прикуриваю, рассматриваю новую зажигалку. Поднимаю глаза… Вот это да! Передо мной стоит маленькая девочка, на вид лет пять-шесть, не больше. Гольфики, ярко-розовая футболка с забавной мышиной мордочкой на животе, светлая юбка, две косички. Обычная девчушка, хорошенькая, как все дети. Странно другое — откуда она здесь, возле клуба, да еще и темной ночью? И куда только родители смотрят? Бухают, поди, где-нибудь тут же, в кустах, а о ребенке и думать забыли. Хотя, конечно, на дочь родителей-алкоголиков эта малявочка не тянет: чистенькая такая, одежда новая, аккуратная.

В общем, стоит девочка и глазенками своими на меня таращится. Понимаю — спросить, должно быть, что-то хочет, но стесняется взрослого дяденьку. Завожу разговор первым: дескать, ты потерялась, наверное? Молчит, но не уходит. Так и смотрим мы с ней друг на друга. Снова пытаюсь выяснить, не заблудилась ли, не отвести ли к родителям, не случилось ли чего — куда там, молчит, как Зоя Космодемьянская.

Тут в кармане телефон завибрировал. Так и есть — друзья меня потеряли! Действительно, пора уже назад возвращаться, да и сигарета потухла давным-давно, но оставлять ребенка здесь одного — не по-человечески это как-то. Успокаиваю друзей, снова переключаюсь на девчушку… Вот только не на кого уже переключаться. Нет ее ни возле меня, ни где-то поблизости. Верчусь вокруг своей оси как юла — ну где-то же она должна быть, ей-богу! Спрашиваю у девушки: не видели, мол, тут малышку? Она плечами пожимает. Не видела. С тем же вопросом обращаюсь к парочке возле дверей, которая к тому времени уже, кажется, помириться успела. Тоже руками разводят: не видали, говорят, никаких девочек. Ничего не поделаешь, вернулся к друзьям.

А той ночью приснился мне сон. Та же самая девчоночка, та же одежда, те же косички… Сидит в какой-то траве и ручками землю копает. Причем так старается — прямо маленький экскаватор. Подхожу ближе, спрашиваю, ты, мол, что такое делаешь-то? Она отвлеклась, глазки на меня подняла и серьезно так говорит: «Могилку себе копаю». Я опешил и… проснулся.

Прошло еще несколько дней. Кошмар немного забылся, я списал его на впечатление, произведенное странной встречей с малышкой у клуба. И вот как-то открываю местную газету и вижу объявление — пропала девочка пяти лет. Ну и дальше, как обычно в таких случаях, имя, приметы, контактные телефоны. Перевел взгляд на фотографию, опубликованную тут же, и чуть в обморок не упал. С нее на меня смотрела та самая девчушка! Даже футболка та же самая, с мышкой. Раз сорок перечитал описания, фото до дыр засмотрел — сомнений нет, это она, я хорошо ее запомнил.

Что ж, кинулся к телефону, набрал номер, указанный в газете. Ответил женский голос. Я давай объяснять: так, мол, и так, у вас девочка пропала, а я ее видел три дня назад у клуба такого-то. И тут дама на том конце провода меня обрывает: «Простите, кого вы видели?». Я объясняю: «Девочку вашу видел. Ночью. У клуба…». «Нет, — говорит женщина, — вы, наверное, ошиблись. Не могли вы ее видеть. Мою дочь нашли. Две недели назад. Мертвую».

Короткие гудки. Я снова беру в руки газету, смотрю на дату выхода — а ведь и правда, номер-то почти месячной давности. Кое-как справившись с волнением, пошел на кухню, где тетя компот варила. Затеял какой-то разговор, плавно подвел его к тому объявлению в газете. Оказалось, действительно, месяц назад в их городе пропала пятилетняя девочка. Родители и милиция с ног сбились, на всех столбах объявления развешены были… Вскоре малютку нашли. Убитую, закопанную в сквере за тем самым ночным клубом…
♦ одобрил friday13
23 сентября 2015 г.
Вы когда-нибудь задумывались о своём будущем? Что будете делать завтра или через месяц? Вчерашний день — он никому не нужен, это уже было и осталось в прошлом, но завтра… В общем, завтрашний день — это совершенно другое.

К чему такое предисловие. Недавно я начал видеть отрывками будущее. Некие моменты, которые не привязаны к определённому времени. То есть, если я что-то вижу, то это необязательно сбудется прямо сейчас или завтра, или даже через месяц. Но оно сбывается. Всегда.

Недавно мне приснился друг, который уже давно отошёл в мир иной, и он кричал и плакал. Кричал, что будущего нет, есть лишь замкнутый круг, и мы все в нём вертимся. Не было никакого вчера и нет никакого завтра. Он плакал и спрашивал, вижу ли я это? Вижу ли я, что будущего нет? Что скоро мы снова заснём и проснёмся, забыв, что этот день уже был? Говорил, что эти небольшие отрывки будущего, которые приходят ко мне в неопределённый момент — это просто воспоминания, которые случайно не были стёрты...

Я уже не знаю, что думать — меня постоянно преследует ощущение, будто кто-то следит за мной, кто-то смотрит. Нет, не из темноты, как в страшных сказках, а просто... откуда-то.

Ладно, завязываю с этой графоманией и хочу рассказать о событии, произошедшем со мной вчера.

Мне было паршиво на душе, и я вышел подышать свежим воздухом на улицу. Погода стояла мерзкая, несмотря на то, что на дворе лето. На улице ко мне внезапно подбежал какой-то бородатый пожилой мужчина с седыми длинными волосами и схватил меня за руку. У него были почти прозрачные зрачки, видно было, что он слепой, но бежал он ко мне так, будто отчётливо видел меня издалека. Он схватил меня за руку и сказал: «Ты тоже видишь, что будущего нет?». Он повторял «нет» вновь и вновь, а потом заплакал, и сквозь слёзы начал говорить: «Как же так, как же так…»

Люди шли по улице и с отвращением смотрели на плачущего пожилого мужчину, сжимающего мою руку. Наконец, он отпустил меня и сказал: «Не нужно им говорить, не надо, пусть они сами увидят». И ушёл. Из-за необычности ситуации я застыл на месте, а когда опомнился, он уже был далеко, а люди всё ещё смотрели на меня с опаской. Но ничего — завтра они забудут о нём и обо мне. Все забудут, кроме меня. И я завидую им, потому что я видел…
♦ одобрил friday13
Первоисточник: kripipasta.com

Автор: kangrysmen

Я проснулся в шесть часов утра, чему способствовал храп мертвецки пьяного человека над моим ухом. Открыв глаза, я какое-то время пытался определить свое местоположение. Осмотрев комнату, вспомнил, что ночью приехал к другу на вечеринку, где намечалась грандиозная попойка. И, судя по необыкновенному хаосу в доме и спящим в разных местах людям, она действительно удалась. Стряхнув с себя храпящее тело товарища, поднимаюсь на ноги.

К девяти утра мне следовало быть в одном месте, сделать дела. Холодный душ и кофе привели меня в порядок. Двадцать минут я пытался вызвать такси, но линия постоянно занята. Наконец я решил, что не могу больше ждать, и вышел из дома по направлению к дороге, надеясь поймать попутку.

Утренний туман еще не рассеялся, солнце только начало проявляться на горизонте. Я шел по пустой дороге и полной грудью вдыхал свежий утренний воздух. Он пах цветущей зеленью, на которой поблескивали капли прозрачной росы. Я прошел около двух километров; навстречу попадались автомобили, ни один из которых не остановился. Когда я переходил дорогу на перекрестке, внимание мое привлек выцветший венок на деревянном покосившемся кресте у обочины. Крест стоял здесь не первый год, венок, судя по всему, периодически меняли. Очевидно, на этом самом месте когда-то произошла трагедия. Повернув голову в сторону проезжей части, я увидел несущийся на меня белый автобус. Страх за доли секунды обездвижил мое тело, превратив его в камень. Отскочить в сторону я был не способен. За столь короткий промежуток времени я успел проанализировать свои шансы на спасение в этой ситуации, и шансы эти мне показались маловероятными. Уже готовый к гибели под колесами автобуса, я удивился, как быстро водитель сумел остановиться. Затормозил он так же быстро и неожиданно, как и появился. Визг тормозов прервал тишину утреннего леса. Только птицы вспорхнули со своих веток, собрались в статью и полетели прочь с пронзительным гиканьем.

В оцепенении я стоял перед автобусом, не в состоянии даже пошевелиться. Желтый свет фар пробивался через через рассеивающийся туман и бил прямо в глаза. Я пришел в себя, когда дверь автобуса медленно открылась.

Он едет в сторону города, и лучше варианта, чем доехать на нем, не придумаешь. Когда шел к автобусу, успел хорошенько его разглядеть: небольшой, на десять-пятнадцать посадочных мест, белого цвета с двумя горизонтальными линиями по середине. Такие курсировали в городе, когда я еще был маленьким. На немалый срок его эксплуатации указывали также оранжевые пятна коррозии на кузове, в каких-то местах даже черные, напоминавшие грибок или плесень. Стекла покрылись внушительным слоем дорожной пыли, табличку с номером маршрута и перечнем остановок прочесть было невозможно.

Когда я вошел в автобус, водитель повернул голову в мою сторону, взглянул на меня и сказал:

— Ты что же, сынок, под колеса-то бросаешься, а? Или жить надоело, на тот свет собрался? А то я подвезу, ты только скажи!

От одного его взгляда мне стало не по себе: глаза мутные, будто остекленевшие. Ощущение, что он смотрит сквозь, а не на тебя. Что-то тяжелое было в выражении его глаз, словно скопились в них годы страданий, безумия, отчаяния и одиночества, скопились, и не знают выхода.

Голос водителя звучал бесстрастно, монотонно, по интонации несвязно, как если бы записаны были на пленку сначала отдельно слова, затем сведены в предложение одной записью.

Я, не ответив, прошел дальше и сел у окна. Автобус оказался абсолютно пустым, ни одного пассажира. Водитель надавил на газ, и мы со скрипом тронулись.

— А то составишь компанию вот этим, они тоже без глаз, — неожиданно добавил водитель так, что я вздрогнул. На слове «этим» он махнул рукой в мою сторону.

«Кого он имеет ввиду? В салоне кроме меня никого. Либо он устал и ничего не соображает, либо этот водитель — сумасшедший», рассуждал я.

Через слой пыли на стеклах нельзя было ничего разглядеть; вступать с водителем в разговор совсем не хотелось. Достаточной скорости это транспортное средство достигнуть не могло, потому мы тащились от силы пятьдесят километров в час. Водитель включил музыку, точнее какую-то старую песню, которая играла по кругу. Прогнивший, грязный автобус как снаружи так и изнутри, отсутствие других пассажиров, странный водитель, — все это несколько настораживало.

Приблизительно через полчаса езды автобус остановился.

— Конечная, все на выход, побыстрее, да по сторонам смотрите, когда дорогу переходите, — сказал водитель, обернувшись в салон.

Не став вступать с ним в дискуссию и выяснять, кого он имеет ввиду и в своём ли он уме, я быстро вскочил и пошел к выходу.

Когда открылась дверь и я вышел наружу, шок и недоумение мои были неподдельны. Он высадил меня на том же самом месте, где я и сел, у креста с венком, на который я отвлекся, когда переходил дорогу. Но это не самое главное, главное то, что уже совершенно стемнело, тогда как садился я в автобус ранним утром.

* * *

Спустя месяц после того случая я разговорился с одним водителем автобуса нашего города. И вот что он мне рассказал.

«Был у нас лет тридцать назад случай, я тогда молодым был еще. Значит, работал один водитель на автобусе, как звали — не помню. Хороший был как водитель, стаж имел большой, замечаний за годы службы не было от начальства. Да только зрение у него все ухудшалось и ухудшалось, с каждым разом все сложнее было медкомиссию пройти. И вот в один день забраковали его, запретили на маршрут выходить, на пенсию отправить собрались. Только он на следующий день на работу все равно вышел, и, никому не сказав, автобус свой завел и уехал. И тут-то случилась беда. За городом в лесу люди грибы собирали и за детьми не уследили, выбежали дети на дорогу. Сбил он их насмерть — это мать детей ближе всех была, видела, но подоспеть не смогла. А он вышел, детей погрузил, да и уехал. Куда — неизвестно. Только ни его, ни автобуса, ни детей, живыми или мертвыми, не нашли. Потому там крест с венком и установили, до сих пор стоит».
♦ одобрила wolff
26 июля 2015 г.
Автор: JustJack

Риту опять уволили с работы. Опять конфликт с руководством. Приехав в Москву три года назад, она так и не смогла смириться с вечной должностью «помощник руководителя», ведь в своем городке она была «звездой». Рита была уверена, что достойна намного большего. Правда, образования у нее не было, языков она не знала, но у нее было главное — уверенность. Уверенность в том, что она сама должна быть руководителем, и не меньше. И она не намерена тратить свое время на придурков, которые этого не понимают. Так она и сказала своему непосредственному руководителю, швырнув заявление об уходе ему в лицо.

«Да пошел он и работа эта, буду искать руководящую должность, замдиректора минимум», — размышляла Рита, направляясь к метро. Она взглянула на относительно дорогие швейцарские часы, пусть и не золотые, а позолоченные. Подарок от бывшего поклонника. Они встречались пару месяцев. Он бросил ее тут же, как только Рита заикнулась о серьезных отношениях.

Время было уже полдвенадцатого, но она особо не спешила. По дороге она купила себе две бутылки дешевого «Советского шампанского» — одну усосала прямо в сквере, возле работы, вторую допила в процессе путешествия от сквера до метро. Настроение заметно улучшилось.

А вот и метро. Она рылась по карманам и в сумочке, пытаясь найти карточку на 20 поездок. Но та, как назло, куда-то запропастилась. Вдобавок она ободрала о ключи перламутровый лак на ногте. Но это не испортило Рите настроение. А вот и карточка нашлась...

Народу возле метро совсем не было, кроме какой-то бомжихи, которая сидела, прислонившись спиной к мраморной колонне у входа. Несмотря на теплый июльский вечер, та была одета в какое-то подобие пальто или плаща непонятного цвета. На голове была грязная косынка, из-под которой пробивались некогда черные, а теперь седые волосы. Одутловатое синее лицо. Типичная алкашка. Обычно Рита избегала подобных людей, она их даже за людей не считала. Сильный всегда пожирает слабого, а люди, подобные этой бомжихе, вообще недостойны жить — только путаются под ногами. Да, Рита была карьеристкой, легко «прыгала по головам», подставляла и могла предать, если это сулило хоть какую-то выгоду. Она называла это деловым подходом к жизни. В общем, Рита определенно не была нравственным и хорошим человеком, но и у нее бывали редкие моменты сочувствия и человеколюбия. Сейчас был как раз один из таких моментов.

Она подошла к женщине, и положила ей руку на плечо:

— Эй! Вы меня слышите? Женщина, вам помочь?

Та не отвечала. Рита хотела еще что-то сказать, как вдруг незнакомка резко открыла глаза и, дернув плечом, сбросила руку девушки.

— Че надо? — хриплым, пропитым голосом спросила она.

— Да я просто помочь хотела, может, нужно чего...

— Ничего мне от тебя не нужно, помочь она хотела... Себе сначала помоги, сука! — бомжиха смачно плюнула в сторону Риты, но не попала: та проворно отскочила в сторону.

— Ну и подыхай здесь, дура сумасшедшая!

Рита бегом просилась к турникетам. За спиной раздавался смех бомжихи, похожий на воронье карканье: «Ха-ха-ха, помочь! Никто мне не может помочь! Сколько пытались! А уж ты сколько раз пыталась! Мне не вырваться! Застряла я здесь! Ха-ха-ха!»

Рита была уверена, что видит эту сумасшедшую в первый раз. О чем она говорит? Хотя что взять с сумасшедшей...

Домой она доехала без происшествий.

После этой встречи жизнь Риты сильно изменилась — она нашла хорошую работу, у нее появились деньги и влияние. Но потом так же резко началась черная полоса: она крепко подсела на тяжелые наркотики и азартные игры. Все деньги, имущество, да и саму себя она «проколола» и проиграла. Постепенно она скатывалась все ниже. В итоге нарвалась на «черных риэлторов» и осталась и без единственной квартиры и без денег.

Много лет она скиталась по вокзалам, побиралась у церкви и у метро. Подавали мало, но на водку и нехитрую закуску хватало.

Однажды ночью Рита уже изрядно приняла на грудь и спокойно спала у входа в метро — там хоть крыша есть, если дождь пойдет. Она спала, и в пьяных видениях перед ней галопом проносились образы из ее неудавшейся жизни.

Вдруг кто-то тронул ее за плечо. «Менты, наверное, щас гнать будут», — сварливо подумала Рита и слегка приоткрыла глаза. Нет, рука женская, ухоженная... Перламутровый лак, золотые часы...

— Эй! Вы меня слышите? Женщина, вам помочь?..
♦ одобрил friday13
22 июля 2015 г.
Есть у нас в городе спальный райончик, называется «Бюджет», и там имеется остановка «Дом пенсии». Я сам не очень часто там бываю, т. к. незачем, да и живу я в противоположной части города, но несколько раз, конечно, мимо проезжал. Квартал унылый — в основном деревянные двухэтажки, которым давно пора под снос, какие-то частные дома с гнилыми заборами, асфальта, естественно, никакого, а ещё там какие-то зарубежные сектанты себе церковь в девяностые годы отгрохали (кстати, они до сих пор у нас есть, не знаю, кто к ним вообще ходит).

Так вот, есть городская легенда, касающаяся этой остановки «Дом пенсии». Говорят, в её окрестностях одно время (в промежутке примерно с 70-х до конца 80-х) часто видели очень странных людей. Там ходит всего один автобусный маршрут, поэтому тем, кто ждал по вечерам автобус, приходилось стоять подолгу. И вот люди на остановках видели, как мимо проходил, допустим, человек без обеих рук, со свисающими рукавами. Ну бывает, не повезло мужику, инвалидом стал — только вот в нашем городке (в то время, по крайней мере) никаких таких безруких инвалидов не было. Город-то не самый большой — его бы часто видели и кто-то бы узнал описание, но нет. Причём это был не единичный случай. Другой человек стоял осенним вечером на той улице, курил, а мимо проходит карлик с жутко перекошенным лицом, будто ему всю кожу на лице в одну сторону оттянули. Естественно, мужик перепугался, в последующие дни наводил справки, на весь город слушок пошёл — нет, не живёт у нас такой карлик, никто не в курсе.

А одна девушка видела там мужчину, у которого голова обгорела. Ну то есть в прямом смысле — свежеобгоревшая, волосы палёные, копоть, ожоги, а ему хоть бы что, идёт, руки в карманы, чуть ли не насвистывает. Девушка испугалась, обращаться к странному прохожему не стала, и тот просто мимо прошёл. Много подобных случаев было — видели и человека в два с половиной метра ростом, и женщину с такой страшной физиономией, что увидевший её человек бежать бросился, и полуголого жирдяя под 150 кило весом. И всё это в радиусе пары сот метров от одной остановки — больше нигде в городе эту кунсткамеру не замечали.

Ну и напоследок одна из самых жутких историй. Эту историю приписывают водителю маршрутки. Поехал на последний рейс вечером, автобус пуст, так как всего две остановки с конечки. С «Дома пенсии» никто не сел, но водитель всё равно там остановился — может, какие-то дела делал, пользуясь остановкой. Уже хотел тронуться, но тут в свет фар попала — точнее, вползла — какая-то девушка лет пятнадцати на вид. То есть она натурально ползла по дороге, как червяк, даже руки не использовала, хотя и руки, и ноги у неё были. Водитель охренел, а когда опомнился, выбежал к ней — подумал, может, плохо ей стало или парализовало её. Спрашивает девушку, мол, что с вами, а та смотрит на него и рот раззевает, мычит что-то бессвязное. А во рту НИ ОДНОГО ЗУБА — всё выбито или выдрано, и кровь течёт. Водитель совсем уже в ауте, нагнулся, хотел хотя бы помочь ей подняться для начала, и тут охренел уже полностью — вблизи оказалось, что это не девушка никакая, а мужчина. С короткими волосами, здоровенный, хотя пару секунд назад он точно видел девушку. Схватился человек за одежду водителя и давай тянуть к себе. Тот упёрся, а противник сильный, чуть не свалил его, и смеётся беззвучно своим ртом беззубым, и глаза совсем дикие. В общем, еле водитель отбился от него, да и то потому, что рубашка его порвалась, и часть осталась в руке у этого дево-мужика. Увидев, что мужчина опять превратился в молодую девушку с длинными светлыми волосами, водитель быстренько залез в автобус, дал задний и уехал на хорошей скорости. Не знаю, он эту историю потом милиции пересказывал или дома своим родственникам, но через неделю весь город знал о новом происшествии на «Бюджете».

Сейчас в том районе уже давно ничего не происходит — в начале 90-х вся чертовщина прекратилась. Но всё равно, как говорится, осадок остался, и городская легенда до сих пор в ходу. Меня-то лично ни за какие коврижки не затащишь на этот «Дом пенсии» в одиночку в тёмное время суток.
♦ одобрил friday13
14 июля 2015 г.
В августе 2012 года я ездил в Феодосию с бабушкой и дедушкой. Поскольку старики не особо рвались бегать по окрестностям, я отпрашивался погулять то у моря, где баржи, то просто по городу. Где-то в середине отдыха я ну очень захотел забраться на единственную в этом городе гору. На горе стоит куча домиков, и когда идёшь с набережной, кажется, что там не фонари светят, а очень крупные звёзды. По причине, собственно, обжитости я и не ожидал там увидеть что-то необычное — просто хотел посмотреть на ночной город сверху.

На гору я поднимался по принципу «какая дорога вверх, та и правильная». Шел по улочкам, потом прошёл какой-то парк, свернул налево, а там дорога вроде как и кончалась — ну, по крайней мере, её освещенная фонарями часть. Было уже темно, но я разглядел небольшое ответвление от дороги, которое было проходным, хоть поначалу я думал, что там ворота или забор. Ну, я туда и пошёл. Пройдя что-то вроде арки из деревьев, я попал на вполне ровную, но совершенно не освещённую ничем, кроме луны, дорогу, которая вела дальше в гору. Повсюду были домики, но только в двух горел свет — те стояли отдельно от остальных. Заглянув в широкое окно одного из них, я не обнаружил никого.

Вид из этого места уже открывался интересный. Решив забраться немного повыше, я попал к подножию холма — там был весьма резкий подъём, по которому, однако, вела тропинка. И тут я заметил, что наверху что-то бегает. Виден был небольшой кусок, который я принял за собачью спину. Поскольку ни людей, ни освещения не было, я подобрал с земли камень и пошёл дальше, думая, что с камнем-то точно от дворняги отобьюсь.

Как я поднимался дальше, рассказывать большого смысла нет. В конце концов, я упёрся в непроходимые дебри и повернул назад. Несколько раз ткнувшись в колючую проволоку (там была какая-то запретная зона заброшенная), я вышел обратно на ту же дорогу, по которой и поднимался, дошёл до того же холма. Снизу с левой стороны шла улица, которая заканчивалась как раз идущей перпендикулярно моей дорогой. Вдруг я увидел, что по этой улице в моём направлении бежит человек. Причём как бежит... трусит. Я подумал, мол, сейчас окликну, да спрошу шутливо: «Чегой-то ты так поздно здоровье поднимаешь?». И только я собрался это сделать, как вдруг понял, что передо мной не человек.

То, что я увидел, сложно описать. Это была чёрная тень размером с человека. Она была абсолютно чёрной. Никаких «желтых глаз» и прочего. В тот момент я почувствовал, что загнан в угол. Страха не было, была какая-то странная решимость дорого отдать свою жизнь, если оно нападёт. Я резко вскинул камень, и тут оно так же резко остановилось. Хоть я не могу описать даже его форму, я понял, что оно повернуло ко мне верхнюю часть тела. Так мы стояли и смотрели друг на друга секунды три. После этого я решил начать спускаться, не отрывая от него взгляда, ибо путь был только вниз. Я уже заметил, что моё появление для существа было так же внезапно, как и его — для меня. Но как только я двинулся, оно резко изменилось в размерах и прыгнуло влево в низкую траву, выжженную солнцем, в которой и мышь-то не спрячется, и растворилось там. Оно меня испугалось.

Секунд через десять ко мне начал приходить страх. Само чувство, когда ты видишь перед собой что-то живое и тебе неизвестное, просто непередаваемо. Людей по-прежнему не было. Сжимая камень, я дошёл до освещённого места, выйдя через ту природную арку. Там я увидел какую-то прогуливающуюся семью и выкинул камень. Дальше я, покрываясь холодным потом, побежал в номер и там настрочил в Интернете свежие впечатления парочке знакомых, которые подумали, что я пьян или укурен.

Добавлю, что на следующий день я попытался пойти туда же днём, чтобы внимательнее осмотреть место, но когда я вышел на дорогу к горе, воздух вокруг меня начал как будто вязнуть. Я, наверное, очень тупо выглядел со стороны, когда перемещал конечности так, будто бы я под водой.

После этого на гору я больше не ходил. Что это было, я не знаю совсем. Самое ужасное тут то, что это нечто бежало по вполне себе жилой деревенской улице. Может быть, и сейчас у кого-то мимо окна пробегает оно. Удивительное-то рядом.
♦ одобрил friday13
8 июля 2015 г.
Моя мама рассказывала мне историю из своего детства:

«Когда мне было 10 лет, мы с моей мамой — твоей бабушкой жили в посёлке. Было у нас всё как у всех. По вечерам я ходила во двор подышать свежим воздухом или просто в туалет. Как-то раз я пошла в туалет — он был на улице. Было очень темно, а осветить дорожку было нечем. По пути обратно я остановилась посмотреть на вечерние звёзды и заметила в углу между сараем и кучей дров что-то белое. Я пригляделась и смогла различить очертания сморщенного лица. Я испугалась, но сдвинуться с места не могла. «Это» долго смотрело на меня, а я на «него». Затем я отвлеклась на крик матери — она звала меня ужинать. Повернувшись обратно к непонятному существу, я уже никого не увидела. Тогда я побежала к маме, братьям и сёстрам, всё им рассказала, но они мне не поверили.

Спустя несколько лет я стала жить отдельно от семьи. Про тот случай я и думать забыла. Но потом «это» снова стало меня преследовать. Я не могла нормально спать — существо с белым лицом смотрело на меня каждую ночь из-за окна. Со временем это прекратилось само собой.»

Мне стало интересно, что могло стать причиной проявления потустороннего. Узнав точное описание лица, которое видела мама, я спрашивала родственников, рылась в семейных старых фото и документах. Так как я хорошо рисую, у меня было что-то вроде фоторобота, составленного со слов матери. И три года назад я нашла ответ — оказалось, что лицо, которое видела мама, принадлежало моему прапрадедушке.

Зачем он приходил к маме? Почему только к ней, а не к её братьям и сёстрам? Я не знаю.
♦ одобрил friday13
7 июля 2015 г.
Я учился тогда в девятом классе. Дело было весной, в марте-апреле. Погуляв после обеда с друзьями на улице, ближе к ужину я пошёл домой. Шёл через парк. Весной в городе у нас часто кружат небольшие вихри, всякий мусор подбирают — думаю, в каждом городе так бывает. И вот иду я и вижу, что у земли чуть в стороне от меня кружится один такой вихрь, но не совсем обычный, а миниатюрный, высотой где-то с современный смартфон. Пылинки плотно кружит и смотрится весьма рельефно. Ну, я, недолго думая, подбежал и дал ему пинка. Думал, что вихрь развалится, но случилось ровно наоборот: он буквально за пару секунд так стремительно разросся, что стал выше моего роста, прямо на моих глазах поднял всю прошлогоднюю листву и верхний слой почвы. Я не успел ничего понять, как оказался почти в эпицентре этого большого вихря, и меня так закрутило воздушной центрифугой, что я чуть не свалился с ног. Мне стало весьма не по себе, сразу вспомнилась услышанная в детстве байка, что в вихри нельзя вступать, потому что это духи так гуляют. Выплюнув песчинки, которые вихрь за эти мгновения успел понапихать мне в рот, я дал стрекача... а вихрь стал за мной гоняться. Я не знаю — может, это законы физики такие, что вихрь шёл вслед за движением воздуха, вызванным перемещением моего тела, но это чёртово трехметровое торнадо не отставало от меня вплоть до выхода из парка. Потом оно как-то само рассеялось очень быстро.

Я не знаю, чертовщина это была или объяснимое физическое явление, но с тех пор я стараюсь в вихри не влезать.
♦ одобрил friday13