Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ИСЧЕЗНОВЕНИЯ»

26 августа 2013 г.
Автор: Очевидец

Читая истории на сайте, я часто натыкаюсь на однотипные вещи. Многие думают, что это плагиат или неумение придумать что-то свое. А вам не приходила в голову мысль о том, что показания незнакомых между собой людей могут совпадать и по другой причине? Эти люди видели одно и то же. К данной мысли я пришел, прочитав здесь две истории про поезда. И вот почему.

В прошлом году я решил провести отпуск в Екатеринбурге. Сам я живу в Уфе, столице Башкортостана — живописный, скажу я вам, город. Сел утром в нижневартовский поезд, который должен был прибыть в столицу Урала около полуночи. Номер в гостинице был заказан, телефон местного такси вбит в телефон. Оставалось улечься поудобнее на любимой верхней полке купе и врубить в наушниках любимого Леонарда Коэна. Со мной ехала какая-то семья: мама, папа, сын лет семнадцати. Я им по мере прочтения отдавал юмористические журналы, а поезд мерно покачивался и двигался вперед.

Как это часто случается, произошли какие-то накладки, и нас продержали сначала тридцать минут в Усть-Катаве, а потом больше часа в Чебаркуле. Таким образом, мы шли с опозданием в полтора часа.

Около полуночи я тихо, чтоб не разбудить соседей, вышел покурить. Люблю запах поездов, люблю, прислонившись к окну, наблюдать, как уплывают вдаль шпалы, фонари, редкие бараки на перегонах, полосатые столбики пикетов. Сейчас я, хоть убей, не вспомню название станции, стоянка на которой длилась три минуты, а вокзалом служил кирпичный сарай с неуместными на нем часами.

В тамбур вышла проводница, чтобы посмотреть, открывать ей дверь или нет, но никто не стремился уехать из этой дыры в Нижневартовск, а значит, можно было не суетиться. Только девушка, определенно из местных, в спортивном костюме и дутой куртке красного цвета шла, разговаривая по телефону. Взмах головой, черные волосы развеваются по ветру, и от неловкого движения гаджет полетел на шпалы.

Стрелки на вокзальных часах перескочили на десять часов вечера по московскому времени. Местное время — ноль часов ноль минут. Полночь.

Девушка соскочила на шпалы, наклонилась за телефоном, в моих наушниках Коэн просил дать ему крэк и анальный секс, Сталина, Берлинскую стену и Святого Павла. Даже сквозь музыку я услышал нарастающий гул поезда. Вагоны проносились с огромной скоростью там, где была девушка. Каждый вагон, каждое окно отпечаталось в моей памяти, словно снимки безумного фотографа. Раззявленные рты, безумные, полные боли глаза без радужных оболочек, перерезанная глотка женщины, стучащей в окно. В тамбуре плясал висельник в поисках опоры. Все пассажиры были мертвы и все пытались вырваться. А в наушниках Коэн вещал о душах, кричащих: «Каюсь, каюсь, каюсь». Коэн не знал, о чем они говорят. Коэн пел хриплым голосом, а мимо меня неслись вагоны, наполненные трупами.

Чья-то рука отдернула меня от окна. Гул поезда стих, я осторожно посмотрел на рельсы, ожидая увидеть мясо, кишки, кровь, но девушка в мокрых трениках смотрела на нас выпученными глазами и что-то бормотала.

Поезд тронулся, и злополучная станция поплыла вдаль. Я снял наушники:

— Эт-т-то что было? Т-т-ты знаешь? Ты м-м-меня оттолкнула, значит, в курсе?..

Я запинался и при этом кричал. Меня охватила паника. В первый раз за неполные двадцать семь лет жизни.

— Идемте ко мне, я все расскажу...

Через пять минут мы сидели в служебном купе и хлестали из стаканов коньяк с шоколадом. Женя, так звали проводницу, угощалась шоколадом, а я — коньяком.

— Я здесь семь лет работаю. Девчата рассказывали про поезд-призрак. Кто-то его видел, кто-то нет. Я не верила. Первый раз я столкнулась с ним лет пять назад. Я тогда закрыла глаза и молилась. Думала, так не бывает, что это сумасшествие. Я списала бы все на глюки, но нет — его видели еще две девочки. А в третьем вагоне на своей станции не вышел пассажир. Он исчез, оставив паспорт, вещи. Просто исчез. Мы сдали его имущество и забыли. Мало ли, может, крыша поехала. — Женя, выдохнув, опрокинула в себя стакан. — Я тогда не подумала про поезд-призрак. Да, в страшилках говорится, что нельзя долго смотреть на него, а то засосет, но я и в страшилки не верила. А два года и три месяца назад я решила прокатить свою подругу зайцем. Ей нужно было из Челябинска в Нижневартовск на заработки, ну, я ее и посадила. Девчата сказали утром, что за Свердловском видели тот поезд. А Оксану, подруженьку свою, я больше не видела. И никто не видел.

Женя расплакалась — ах, эти пьяные слезы... «Как бы ее не уволили», — мелькнула мысль.

Я просидел у Жени до самого Екатеринбурга. Думал о поезде, его пассажирах и неведомой Оксане.

Женю после той ночи я больше не видел, хотя обратно ехал тем же рейсом в соседнем вагоне. А композиция Леонарда Коэна навсегда покинула мой плейлист.
♦ одобрил friday13
11 августа 2013 г.
Я не знаю, кто ты, и как тебя зовут, но послушай меня — если ты когда-нибудь услышишь, как кто-то у тебя во дворе ломится в подъезд — неважно, твой или соседский — и кричит грубым мужским голосом: «Дверь мне открой!» — знай, что ты должен собирать вещи и бежать. Беги на другой конец города, а может, и в другой город, даже в другую страну и молись, молись кому хочешь — Христу, Будде, Ктулху, — чтобы оно тебя не достало.

А ещё лучше заведи себе животное — кошечку, собачку, рыбку, да хоть бразильского птицееда! Главное, чтобы в твоём доме было какое-то животное — оно сможет предупредить тебя о его приближении. Я сам имел аквариум с золотой рыбкой и колли по кличке Джексон, но я не сумел вовремя понять, что значила их странная гибель.

Вначале Джексон стал себя странно вести — не мог усидеть на месте, всё время просился гулять, а на улице хотел вырваться и убежать. Рыбка же умерла, как только пёс стал сходить с ума. Ничего зловещего в этом я не увидел — ну, сдохла рыбка и сдохла. Отправим её трупик постигать тайны городской канализации — и дело с концом. А у пса наверняка просто игривое настроение, которое пройдёт через пару дней.

Но ни через пару дней, ни через неделю Джексон не успокаивался, а лишь становился более шумным. Он постоянно скулил, особенно по ночам, хотел сбежать из квартиры и вообще как можно дальше от нашего двора. На прогулках я стал замечать, что то же самое творится с собаками некоторых моих соседей. И ещё была одна странность — несмотря на летний период, птицы исчезли со двора. Не было ни чириканья воробьев, ни вороньего карканья, ни этого идиотского звука, какой издают голуби. Завершением всего этого животного безумия стала одна интересная процессия, произошедшая в моём дворе. Я открыл дверь в подъезд — и слава богу, что я не вошёл туда сразу, ведь оттуда выбежал целый строй крыс. Их, наверное, было около сотни — сотни тёмно-коричневых мохнатых телец, с мерзкими лысыми хвостиками, издающие гадкое пищание.

Джексон сходил с ума примерно неделю, после чего в его поведении произошёл поворот на сто восемьдесят градусов — неусидчивость сменилась апатией, и мой песик проводил круглые сутки на своей лежанке. Он почти перестал есть, и я уже решил отвезти его к ветеринару на ближайших выходных, но, вернувшись однажды домой после рабочего дня, я обнаружил пса мёртвым.

Несчастный Джексон жил у меня вот уже пять лет, и я был страшно опечален его кончиной. Я понял, что это случилось из-за какой-то болезни — вот почему он так странно себя вёл, — и чувствовал себя виноватым в этом.

Все животные, что могли, покинули наш двор, а те, что не могли — предпочли умереть. Могло создастся впечатление, что на нас всех надвигалось какое-то зло, и звери ощущали его. Но человек — тупейшее животное, и никто из людей в нашем дворе не чувствовал приближающуюся грозу, а она меж тем уже готова была разразиться.

Её начало пришлось на тёплую июньскую пятницу. Было около двенадцати, и я только лёг в кровать, ещё не успев уснуть, как вдруг с улицы донёсся дикий грохот и крик: «Дверь мне открой!». Видимо, не открыли, и стук повторился вновь. Затем раздался другой крик: «Я те ща открою!» — затем последовал долгий грубый мат. Поссорились два грубияна — ну и что с того? Так думал я, засыпая и надеясь, что крики их драки не помешают моему сну.

Утром, выйдя в магазин за хлебом, я увидел стоящую во дворе «скорую». Подумав, что кому-то стало плохо, я пошёл дальше. Позже, однако, я узнал, что никому не было плохо — просто у подъезда нашли труп. Погибшим был Валентин Петрович, мужчина сорока лет, живший в соседнем подъезде. Как оказалось, это он собирался предыдущей ночью «открыть дверь», зачем и вышел из дома. Жена его ещё в четверг уехала на дачу, поэтому некому было обеспокоиться тем, что он так долго не возвращается. Следов драки обнаружено не было, а Валентин Петрович скончался от сердечного приступа. Никаких свидетелей не было найдено — наш двор достаточно большой, и за отсутствием нормальных скамеек и непокореженной детской площадки, пятничными вечерами мало кто собирается в нашем дворе, чтобы распивать пиво.

Спустя два дня ночью я проснулся от грохота и того же крика: «Дверь мне открой!». «Ну да, опять кто-то забыл ключи, какая тут мистика?» — успокаивал я себя, стараясь уснуть. В предрассветные часы я проснулся от мучившей меня жажды и пошёл на кухню за стаканом воды. Благодаря открытым окнам и жизни на первом этаже я слышал почти всё, что творилось в это время на улице. Шум привлёк моё внимание и, приоткрыв немного шторы, я посмотрел на улицу. Там я увидел, что у соседнего подъезда стоит полицейская машина, а служители закона опрашивают людей в халатах и домашних тапочках. Я быстро смекнул, что это жители первого этажа, которые почему-то выбежали на улицу из своих квартир. Поговорив на следующий день об этом с соседом, я узнал, что в соседнем подъезде на первом этаже был совершён взлом. Ночью соседи были разбужены ужасным грохотом и всей толпой вывалили на лестничную площадку. Дверь в одну из квартир была выломана. Косяк давно требовал ремонта, а дверь — замены, так что это не было великим препятствием на пути грабителей.

Один храбрец решил зайти внутрь, но в ужасе выбежал оттуда с диким криком, а за ним и все соседи выбежали из подъезда. До самого приезда полиции люди боялись заходить в подъезд, а тот бедняга, что решился зайти в ту квартиру, молча сидел в стороне. Даже полицейским не удалось разговорить его. Те же не обнаружили в той квартире ничего — ни крови, ни трупов, ни самих хозяев. Те куда-то пропали, хотя все соседи утверждали, что та молодая семья, что жила в этой квартире, никуда не уезжала. «Мистика!» — подумал я и не отнёсся к этой истории с должной серьёзностью, хотя где-то внутри меня уже появилось беспокойство.

Через три дня после этого, я вновь был разбужен ночью, на этот раз звонком в домофон. Проклиная весь свет, я поплёлся к трубке.

— Да? — сказал я сонным голосом.

— Извините, что разбудил, — начал низкий мужской голос — но я потерял ключ от домофона, пожалуйста…

Я не дослушал его и повесил трубку. Мало ли какой наркоман хотел попасть в наш подъезд, чтобы ширнуться или ограбить кого. Но звонок сразу повторился, и мне пришлось отключить звук, чтобы нормально выспаться.

Только я вернулся в кровать, как вдруг я услышал с улицы вопль: «Дверь мне открой!». Теперь этот жуткий визитёр ломился в мой подъезд. Я сразу же сопоставил факты и понял, чем для меня может закончиться эта ночь, если я пущу его, и первая волна страха прокатилась мурашками по моей спине. Я старался успокоить себя тем, что моя входная дверь слишком крепкая, чтобы её выломать, поэтому, даже если этого сумасшедшего кто-нибудь и пустил бы, то ничего он бы не смог мне сделать.

Крик повторялся вновь и вновь, сопровождаемый громким стуком в дверь подъезда. Я сначала не понимал, почему ещё никто не вышел, чтобы прогнать этого человека, но потом вспомнил о рискнувшем выйти Валентине Петровиче и понял, что людей держит память об этом инциденте.

Минут десять я лежал на своей кровати, укрывшись с головой, мечтая, чтобы этот маньяк ушёл. Вдруг я допустил странную и пугающую мысль, что ломится в подъезд сейчас вовсе не человек — иначе как объяснить странную смерть Валентина Петровича и исчезновение той семьи? Да и не хватило бы сил у одного человека, чтобы выломать дверь, пусть даже и хлипкую.

И вдруг то, что так рьяно рвалось в подъезд, постучалось в моё окно и заговорило со мной. Это было невообразимо страшно — будто какое-то сверхразумное чудовище спокойно вошло в твою квартиру.

— Эй, ты! — слышал я мужской бас. — Я знаю, ты там, лежишь, обернувшись одеялом, надеешься, что я тебя не достану. Ха! Ты ошибаешься — я приду завтра, и послезавтра, и так до тех пор, пока не попаду в подъезд. Если я не попаду так, то найду другой способ. Так что пусти меня, не усложняй нам обоим жизнь.

Я старался заткнуть уши, чтобы не слышать этого голоса. Было что-то невыразимо ужасное в том, что он обращался ко мне.

В ту ночь я так больше и не уснул. Какое-то время эта тварь ещё ломилась в подъезд, но потом ушла. Утром я сразу же собрал вещи и переехал к родителям. У них я провёл три спокойные ночи, а затем я вновь услышал этот чудовищный крик.

За последний месяц я сменил несколько мест жительства — я жил у друзей и родственников и нигде не задерживался больше чем на неделю. Никто не мог понять этой беготни по квартирам. Мне говорили, что нет ничего особенного в том, что какой-то пьяница колотит в дверь, требуя, чтобы его пустили, но я-то знал, в чём тут дело!

Недавно мой преследователь сменил методику. Он больше не ломился ночами в дверь, а действовал более изящно. Мне стали приходить письма — как по обычной почте, так и по электронной, где меня приглашали посетить всевозможные мероприятия. Да, конечно же — разве кто-то в здравом уме мог бы пригласить меня на открытие книжного салона на месте заброшенного завода или на автовыставку в загородном лесу?.. Я быстро понял, что Магомет решил ждать, когда гора сама придёт к нему. Что же, пусть так. Может, скоро он вновь поменяет тактику, и тогда у меня не будет выхода, кроме как отправиться к нему прямо в лапы.

Я не знаю, что это, и почему ему нужен именно я. Думаю, тут есть что-то вроде жатвы. Видимо, этому существу нужны определённые люди, ради получения которых он не остановится ни перед чем.

Теперь, прочитав мою историю, надеюсь, ты будешь знать, что нужно делать, когда вся живность исчезнет из твоего двора и ночью ты услышишь крик, требующий открыть дверь.
♦ одобрил friday13
Думаю, что в каждом городе есть хотя бы в одном районе какая-нибудь сумасшедшая старушка (ну или старичок), которая ходит по двору и разговаривает сама с собой шепотом. Вот такая старушка и жила у нас во дворе. Когда мы были маленькие, то боялись, думали, что она злая колдунья, которая может превратить нас в жаб. Сейчас это смешно, но тогда нам так не казалось.

Мне было 14 лет. Я давно уже перестал верить во всякие байки и страшилки. Как-то вечером я сидел на лавочке возле подъезда, ждал Сашку (моего друга). Услышав неподалеку невнятный шепот, я сначала не обратил на него внимания, но затем почувствовал, что кто-то подошел и сел рядом со мной на скамейку. Я повернул голову и увидел ее — ту самую сумасшедшую старушку. Хоть я уже и не боялся ее, но было как-то неприятно сидеть рядом с ней. Моим первым порывом было встать и уйти на противоположную лавочку, но это было бы как-то невежливо. Поэтому мне пришлось сидеть и надеяться, что Сашка скоро выйдет. А в следующую минуту произошло то, чего я вообще никак не ожидал. Она заговорила со мной — представьте, она заговорила с кем-то, может быть, впервые за много лет, и с кем — со мной!

— Вы были в заброшенном сумасшедшем доме? — спросила она.

— Э-э-э... нет, — растерянно ответил я.

— Ну и хорошо. Не ходите туда.

— Ладно.

Повисло молчание — длилось оно минуту, может, две. Наконец, моё любопытство взяло свое:

— А что такого в том доме?

— О, мальчик, это страшное место...

И постепенно старушка поведала мне свою историю. По её словам, ныне заброшенная психбольница в нашем городе была построена в 20-х годах XX века, затем в 62-м году была закрыта из-за аварийного состояния. Про нее ходило множество легенд — про огни, которые горели в ней по ночам, про странные звуки и т. д. Так вот, эта старушка, будучи ещё вполне себе молодой, с друзьями решили сходить туда ночью. Они все вошли в здание, а вышли лишь несколько. В этом моменте рассказа старушка тихо заплакала, и мне стало еще больше не по себе. Слава богу, тут вышел Саня, и мы побыстрее смотались оттуда.

Вечером я рассказал эту историю друзьям, и они, заинтригованные, решили сходить в заброшенную психбольницу ночью. Мне эта идея не очень понравилась — я с детства даже фильмы ужасов не смотрю, потому что потом сплю плохо. Но после того как они взяли меня «на слабо», я согласился.

Ночью мы все ушли из своих домов под предлогом, что идем ночевать к друзьям. Встретились возле магазина, зашли, купили еды и пошли к этой психбольнице. Нас было восемь — я, Витас, Саня, Егор, Славян, Валя, Лена и Дашка. Идти было весело и совсем не страшно. Наконец, мы добрались до места. Зайдя в ворота, мы направились к главному входу. Лена с Дашей стали фотографироваться на фоне двери с ржавой табличкой, чтобы потом во «ВКонтакте» покрасоваться. Потом встал вопрос о том, заходить нам внутрь или нет.

— Да ну, я не пойду туда, — заявила Валя.

— И я как-то не горю желанием туда идти, — мне уже было не по себе от этого места.

— Ну, можете пойти домой и объяснять родителям, почему вы так поздно шатаетесь по улицам, — Ленка пыталась выглядеть убедительной.

— Да, да, зачем мы тогда сюда пришли? — Дашка всегда поддакивала подруге, пытаясь казаться «крутой».

Парни стояли в стороне, осматривали здание и о чем-то перешептывались. В итоге мы всё-таки решили идти. Первой вошла Ленка — она все записывала на камеру своего фотоаппарата. Мы все прошли следом. Внутри психушка была похожа на любую обычную российскую больницу (заброшенную, конечно). Отделение регистратуры, гардеробная, туалеты... Затем луч фонаря выхватил на стене схему здания. Мы подошли поближе, чтобы рассмотреть, и тут услышали приглушенный крик за спиной. Обернувшись, мы увидели Дашку: она учащенно дышала и показывала пальцем на что-то на стене. Взглянув туда, мы все увидели засохшие кровавые потеки. Становилось жутко. Даша упала в обморок. Егор и я вытащили ее на улицу и посадили на лавочку. Очнувшись она сказала, что не вернется в здание. Я с Егором вернулся к ребятам, которые ждали нас возле схемы.

— Пойдемте, палаты посмотрим? — Витас пытался казаться бесстрашным перед Валей.

— По-моему, мы и так посмотрели достаточно, — сказал я, но решение опять было выбрано не в мою пользу.

Мы поднялись на второй этаж. Там были заколочены двери всех палат, кроме одной. Мы все зашли внутрь, только Валя и Витас остались обниматься в коридоре. Палаты была небольшая, там была койка с ржавыми пружинами и прогнивший матрац. Но то, что нас всех поразило — это стены: они были исписаны непонятными символами и рисунками. Выйдя из палаты, мы обнаружили, что влюбленных голубков нигде нет. Мы решили, что они ушли на улицу, чтобы найти укромный уголок.

— А давайте с Ленкой что-нибудь сделаем, ха-ха-ха! — я пытался хоть как-то развеселиться и не думать о том, где мы находимся.

— Я вам сделаю, извращенцы чертовы, — Лена надула щеки. — Лучше пойдемте выше.

— Но тут всего два этажа, — сказал Славян.

— Да, мы на карте видели, — подтвердил Саня.

— Да и с улицы видно, что тут два этажа всего... — добавил Егор.

— Тогда куда ведет эта лестница? — Лена спрашивала уже с испугом.

— Может, на чердак? — предположил я, и тут со стороны лестницы наверх раздался отчётливый рык, напоминающий собачий.

— Что это? — мне было уже не до смеха.

— Наверное, Валя с Витасом прикалываются... — начал Саня, но тут я явственно увидел тёмный силуэт в конце коридора у лестницы.

— Уходим!!!

Мы все рванули с места, а силуэт бросился в погоню за нами. Я никогда так не бегал, как в ту ночь. Я ветром слетел вниз по лестнице, за мной бежали Славян, Саня и другие. Я обернулся и услышал крик Лены наверху. Через мгновение на лестничный пролет выбежал Егор с криком: «Оно схватило Ленку!». Мы уже не были в состоянии заботиться о друзьях, из-за паники ничего не соображали. Несмотря на то, что ноги были как ватные, я кинулся к выходу, рывком открыл дверь и выскочил на улицу. Мои друзья вывалились за мной следом. Дашка стояла с округлившимися глазами, Витас и Валя тоже были тут, как мы ранее и думали. Они всё поняли без слов и побежали вместе с нами прочь от чёртовой психбольницы.

С той ночи прошло два года. Мы почти все оправились от того кошмара, только вот Егор, который не помнит, что он видел на втором этаже, совсем свихнулся и стал похож на ту старушку из моего двора. Лену так и не нашли. Милиция обыскала всё здание, нас бесконечное количество раз вызывали на допросы, но результатов не было. Мы все, конечно, рассказали следователям всё как есть, но вряд ли они нам сильно поверили — фотоаппарат-то с видеозаписью был у исчезнувшей Лены...
♦ одобрил friday13
24 июля 2013 г.
Первоисточник: barelybreathing.ru

Автор: Harvester

История эта приключилась со мной в конце октября. Стояла осень, уже не золотая, но ещё не сырая и промозглая. Дача Влада, день рождения которого мы отмечали, находилась в одиннадцатом саду. Место не то, чтобы глухое... как степь может быть глухой? Просто одиннадцатый сад фактически уже не существовал, большинство участков были заброшены, правление не работало. Однако для двухдневной вечеринки место было более-менее подходящим. Если оттуда проехать буквально пару километров по трассе в сторону Семипалатинска, то можно увидеть полуразрушенную ферму. Там-то и находился импровизированный скотомогильник: в огромной яме, когда-то бывшей подвалом кормоцеха, вповалку лежали трупы лошадей, коров, свиней и прочего скота. О санитарных нормах не стоит и заикаться. Местный колхоз, что любопытно, работал, но, несмотря на это, примерное количество трупов в яме оставалось постоянным.

В тот день дул тёплый ветер с юга, стояла хорошая погода, я сидел на складном стульчике возле мангала с бутылкой пива в руках и то и дело переворачивал шампуры. Отец Влада строго-настрого запретил жарить шашлык во дворе, поэтому я находился за оградой у дороги. Вдалеке виднелся кормоцех, а за ним, еле различимая в вечерней дымке, тёмной стеной стояла забока.

Начинало темнеть. Мясо уже достаточно прожарилось, и я было собирался идти в дом, как вдруг увидел силуэт, приближавшийся ко мне со стороны поля. Он был похож на человека, но походка его была странной: движения дёрганые, неестественные, он очень медленно шёл, почти топтался на месте. Алкаш? Наркоман? Незнакомец меня мало заинтересовал, поэтому я развернулся и зашагал к дому с шашлыками в руках. Когда я подошёл к калитке и обернулся, я увидел, что тот уставился на меня. Его голова была завалена набок, он весь перекособочился, но смотрел прямо на меня. Не знаю, зачем, но я крикнул: «Эй, мужик!». Он вдруг опустился на четвереньки, как-то по-собачьи пополз обратно и скрылся в сухой траве.

Я не придал этому значения: мало ли кто в поле может шариться? Хотя выглядело это довольно странно. Похолодало, вся компания забралась в дом, благо размеры его позволяли. Через пару минут выяснилось, что один из нас отсутствует. Это был Серёжа, самый младший, ему было 16 лет. Через двадцать минут народ забеспокоился, я сразу рассказал, что видел кого-то в поле. Может, Серёже стало плохо, и он пошёл проблеваться? Позвонили ему, звонок раздался в соседней комнате, телефон лежал на стуле. Кто-то из нас вышел из дома, покричал, и было решено отправляться на поиски. На улице уже стоял густой туман, мы оставили свет в доме, чтобы можно было ориентироваться, и кое-кто взял фонарики. Благо, нас было двенадцать человек — мы рассредоточились вдоль дороги и первым делом наспех осмотрели близлежащие участки. Никого. Размахивая фонарями и выкрикивая имя Серёжи, мы пошли в поле, где, предположительно, я его видел. Вскоре мы прошли уже приличное расстояние и тусклый свет из окон дома скрылся в тумане. Беспокойство нарастало. Мы шли таким образом, что я не мог видеть крайних в «цепи» из-за тумана. Когда впереди показалось здание кормоцеха, слева послышался крик: «Где Олег?!». Кричала Настя — оказалось, что Олег тоже пропал. Мы начали ходить кругами, орать, кто-то заплакал. А через мгновение все встали, как вкопанные.

Кто-то был в тумане. Неясные силуэты надвигались со стороны кормоцеха. Сначала их было 5-6. Создалось впечатление, что ОНИ вылезают из той ямы, из скотомогильника. Я дрожал так, что челюсти стучали, а ноги не слушались. Первой закричала и побежала Алёна. Остальные тоже бросились бежать. Я спотыкался, падал, снова бежал и твердил себе: не останавливайся, не оборачивайся. В тумане силуэты бегущих сливались с ИХ силуэтами, было непонятно, кто где. Истошно вопили девочки, в темноте метались из стороны в сторону лучи фонарей. Вскоре впереди показался свет. Толпа просто сломала забор и ввалилась в дом. Кто-то захлопнул дверь и задвинул засов. На миг воцарилась тишина, а потом дом заполнился рыданием и всхлипами. Девочки плакали, некоторые парни тоже. В итоге не досчитались двоих: не было Серёжи и Олега. В душном помещении запахло мочой, кого-то вырвало. Мы все забились в углы и ждали. Ждали неизвестно чего...

Вдруг в доме погас свет. Кто-то заверещал. Из дальнего угла послышался голос Ильи: «Т-с-с-с-с». Через некоторое время все замолкли и услышали. И я услышал. Кто-то ходил вокруг дома, можно было различить тихое бормотание, что-то вроде «хырр-хырр-ажажж-барр». Все замерли. Шаги повторялись в тишине. Бормотание то ускорялось, то затихало, будто кто-то разговаривал сам с собой. Снова кого-то вырвало. Тут снаружи в дверь заколотили. Все подскочили, кто-то бросился к двери, но сразу же вернулся на место. Стук продолжался пару минут и так же внезапно стих.

Так мы просидели до утра, трясясь и пуская слюни от страха. Наутро мы всё же решились выйти на улицу. На крыльце, свернувшись калачиком, спал Олег — видимо, это он стучался в дверь ночью. Парень был жив, но не мог говорить. Электропроводка на улице была перегрызена, забор свален, и ни следа Серёжи.

Мы сразу же вызвали такси и уехали из этого места. Всю дорогу накрапывал мелкий дождик. За ночь погода переменилась до неузнаваемости, низко висели серые тучи, было холодно и сыро. Мы ехали молча.

По факту исчезновения Серёжи было возбуждено уголовное дело, нас как свидетелей (или подозреваемых?) постоянно вызывали для дачи показаний, на нас смотрели как на идиотов, отправляли на обследование в наркологию и проводили судмедэкспертизы. Весь одиннадцатый сад, как и близлежащий лес, был прочёсан милицией и военными, проводились опросы немногочисленных местных жителей, скотомогильник был вскрыт, но ничего так и не было обнаружено: ни трупа, ни следа Серёжи. Олег заново учился говорить, но так ничего внятного не смог рассказать. Об этом случае даже писали в местной газете, дело пролежало на рассмотрении неизвестно сколько. В итоге Серёжа был объявлен без вести пропавшим, а мы зареклись даже смотреть в сторону одиннадцатого сада и скотомогильника.
♦ одобрил friday13
23 июля 2013 г.
Не каждый человек может похвастаться тем, что в его жизни случилось нечто странное или необъяснимое. А я могу — не знаю, к счастью или к несчастью. Ни о чем таком не думала, не мечтала, а заполучила повод для размышлений на всю оставшуюся жизнь.

В шестнадцать лет я жила в небольшом селе на Урале. Развлечений, сами понимаете, никаких. Дискотеки в местном клубе я терпеть не могла, да и вообще, большие скопления людей и шум раздражали меня. Все свободное время проводила в библиотеке, отчего местная молодежь не горела желанием вести со мной дружбу. Помню, все случилось в один из дней зимних каникул. Я, как обычно, умирала от скуки дома. Провалявшись у телевизора до обеда, решила подышать свежим воздухом. Если бы я знала, чем закончится прогулка, пялилась бы дальше в телевизор. Но что-то упорно гнало меня прочь из дома. Странное ощущение — будто должно произойти что-то необычное, даже волшебное. Тогда я решила, что слишком много читаю и оттого стала такой впечатлительной.

Гулять я отправилась в ближайший лесок. Благо, погода была подходящая: солнышко светит, легкий морозец... Прошлась я, наверное, минут десять-пятнадцать. Ничего необычного со мной не происходило, по крайней мере, я ничего такого не помню. Просто я вдруг обнаружила себя лежащей в снегу. А надо мной было небо, усыпанное звездами.

Уже ночь? Как так вышло? Что со мной случилось? Я попыталась встать. Ноги ватные, голова кружилась ужасно. Шапка куда-то пропала, пришлось натянуть капюшон. Стала растирать лицо ладонями и обнаружила, что оно испачкано чем-то липким. Я, пошатываясь, побрела домой. По дороге пыталась понять, что же произошло со мной. Безуспешно. Провал какой-то!

Дома меня встретила заплаканная мама. Она бросилась ко мне, но что-то в моем внешнем виде ее явно напугало: она вскрикнула и упала в обморок. Чувствуя, что и сама близка к этому, я медленно повернулась к противоположной стене, на которой висело зеркало. Оказалось, мое лицо было забрызгано кровью.

Дальнейшее я плохо помню. Вроде сбежались родственники, которых оказалось полно в доме. Более-менее я пришла в себя только наутро. Тогда и узнала, что искали меня целых пять дней. Все упорно выспрашивали, что же случилось со мной. Я не могла ответить. Когда кровь смыли, оказалось, что никаких ран на моем теле нет. Получается, кровь чужая. И снова вопросы, бесконечные вопросы. Я молчала. Что говорить, если в голове пустота? Пять дней исчезли из жизни.

Поначалу я опасалась, что меня поведут к психиатру. Но мама после моря слез и истерик решила забыть о произошедшем, будто и не было ничего. Меня наконец-то оставили в покое. Я много думала обо всем. А вдруг я попала в какую-нибудь петлю времени? Или побывала в параллельной реальности? Обидно, что не помню ничего! Я много раз после этого гуляла в том леске, пыталась найти хоть какую-то зацепку, подобрать мало-мальски правдоподобное объяснение. Все напрасно. Больше таинственная дверь в другой мир не открылась. Любопытство сменилось страхом. Я вдруг испугалась, что в следующий раз могу вообще не вернуться назад, поэтому прогулки прекратила.

Осталось лишь размышлять и надеяться, что однажды я вспомню свое путешествие по другим мирам. Я буду очень стараться.
♦ одобрил friday13
21 июля 2013 г.
Моя история скорее странная, чем страшная. В детстве я часто приходила в гости к бабушке. Она жила на первом этаже многоэтажного дома. Планировка подъезда была необычной: не доходя до первого короткого лестничного пролета, справа вы могли увидеть дверь первой квартиры. Среди детворы о ней ходили целые легенды — будто бы там жила Бабка Ёжка, прятался беглый маньяк, отец перебил все семейство, и даже будто бы там-то и спрятана сокровищница Али-бабы. Что я точно видела, так это то, что никто не приходил туда и не выходил наружу. Из квартиры не было слышно ни малейшего шума, дверь была заперта. Нежилая квартира, и точка.

Подростком я снова приехала туда. Теперь в той квартире жила молодая разведенная женщина с трехлетним крохой. На ступеньках часто оставались его игрушки, чаще всего забавная каталка — слоненок с телефоном на спине. Из-за двери было слышно, как ребенок смеётся или плачет.

Несколько лет спустя я спросила у мамы, кем была эта женщина. Она сказала, что никакой квартиры на том месте никогда не было.
♦ одобрил friday13
Автор: Море

История, которую я хочу рассказать, до сих пор держит меня в страхе. Я не ручаюсь за ее правдивость, но услышала я ее из одного довольно достоверного источника. Дело было так.

Около пяти лет назад в городе Н. жила самая обычная семья. Мама, папа и их 15-летний сын. Они долгое время теснились в коммуналке, пока наконец-то им не вручили ключи от собственной квартиры. В каком они были восторге, трудно передать. Что значит иметь свой уголок для людей, большую часть жизни проживших в стесненных условиях? Да это просто рай! Они в энтузиазмом принялись за перевоз вещей и облагораживание новой жилплощади. Их сын, назовем его Игорь, тоже был в восторге. Наконец-то, собственная комната с телеком! Об этом он мечтал с семи лет, но так как родители не были обеспеченными, позволить этого себе они не могли.

И вот настал день переезда. В приподнятом настроении семья зашла в квартиру, в очередной раз умиляясь тому, как все хорошо в ней. Игорь же, переступив порог, ощутил некое беспокойство, но списал все на нервное напряжение, которое преследовало его уже несколько дней. «Все из-за суматохи», — подумал он.

В первую ночь он долго не мог уснуть, не понимая, в чем причина. Игорь чувствовал дикую усталость, но сон не шел. Ворочаясь на кровати, он заметил, что огонек его новенького телевизора нервно подрагивает. Поднявшись с кровати, Игорь выдернул шнур из розетки, чтобы это мерцание не мешало ему сконцентрироваться на сне. Но не успел он прилечь обратно, как его будто окатило ледяной водой. С чего бы огонек мерцал? Перебои электричества? Да нет, дом-то новый. Что-то было не так, но разбираться с этим не было сил, и мальчик наконец-то погрузился в глубокий сон.

Проснувшись утром, он начал прокручивать в голове воспоминания о прошедшей ночи, но при свете дня все, что случилось, не показалось ему столь пугающим и странным. Выйдя из комнаты, он отметил, что дома непривычно тихо, и не слышно ничего, кроме звуков из телевизора из родительской комнаты. Заглянув туда, Игорь увидел, что его родители с интересом смотрят какую-то передачу. Постояв за их спиной несколько минут, Игорь кашлянул, но и это не привлекло их внимания. Обойдя диван, мальчик посмотрел на родителей. То что он увидел, заставило его онеметь от ужаса: родители смотрели на экран пустыми, ничего не выражающими глазами, а губы их ритмично двигались, будто произнося какое-то заклинание. Сбросив страх, Игорь одним прыжком достиг дивана и потряс отца за плечо. Тот перевел на него такой же пустой взгляд и, ничего не сказав, уставился обратно в экран. Простояв в ужасе и ступоре пару минут, парень подбежал к телевизору и просто выдернул шнур. Несколько секунд ничего не происходило, а Игорь так и стоял спиной к родителям, боясь повернуться. Тут он услышал сзади родной мамин голос:

— Игорек, ты чего так рано встал, мы еще и завтрак не успели приготовить...

Вот оно, счастье! С дрожащей улыбкой парень повернулся и бросился в объятия ничего не понимающей матери.

Рассказав о том, что он увидел, Игорь сильно пожалел. Конечно, никто ему не поверил. Родители утверждали, что они смотрели обычное ток-шоу, и что все ему приснилось. Единственным доказательством был шнур, валяющийся возле розетки. Но за это парню просто влетело — он, видите ли, помещал им смотреть телевизор.

До вечера Игорь ходил в страхе. Он пытался найти что-то противоестественное в квартире, но ничего такого не нашёл. А вечером все повторилось опять, только намного хуже. Теперь родители не просто шевелили губами, а выкрикивали какие-то проклятия, и складывалось впечатление, что кто-то за этим наблюдает из угла комнаты. Помог все тот же прием. Как только экран телевизора погас, Игорь услышал храп за спиной. Повернувшись, он увидел, что родители мирно спят, откинув головы назад. Будить их он не стал. Ни одной здравой мысли не посетило его. Он не понимал, как можно все это остановить. Поменять квартиру? Как же, так родители и согласятся, тем более что ему никто и не верит. Оставалось только ждать, ждать непонятно чего и надеяться, что это, чем бы оно ни было, не причинит родителям серьезного вреда.

Прошла неделя, и парень заметил, что поведение родителей изменилось: они теперь намного реже выходили на улицу и совершенно перестали общаться с друзьями. А взгляды… взгляды стали отсутствующими. Они смотрели на сына так, как будто он был посторонним человеком, и просто обычная вежливость не позволяла им прогнать его из квартиры.

Кульминация наступила спустя месяц, хотя можно ли это назвать кульминацией... Проснулся Игорь в 6 часов утра оттого, что ему было дискомфортно лежать. Попытавшись пошевелиться, он понял, что что-то держит его, держит крепко. Он разлепил глаза и увидел, что ноги и руки его привязаны к кровати, а дома стоит какая-то гнетущая тишина. Заорав что есть мочи, Игорь начал звать родителей, потом соседей, потом хоть кого-нибудь. Он кричал, пытался вырваться, но все было зря...

Игоря услышали и нашли только через два дня, бледного, исхудавшего, замученного. Родителей его так и не отыскали. После длительного периода реабилитации его вызвали на допрос. Там он рассказал, что видел, без особой надежды, что ему кто-то поверит. Так и случилось. Его выслушали и отпустили, но потом, когда он был дома, за ним пришли. Сейчас Игорь находится в психиатрической клинике. Врачи говорят, что видимых повреждений мозга нет, но, несмотря на это, парень панически боится телевизора. А где находятся его родители, так никто и не знает. Нет ничего, что могло бы вывести следствие на их местонахождение.
♦ одобрил friday13
14 июля 2013 г.
Автор: Виктор

Со мной никогда ничего необычного не происходило и не происходит — никаких знаков, предсказаний, призраков. В бога не верю, в мистику тоже. Клинических смертей не было, бабок в деревне нет, вообще в деревне ни разу не был. Даже цыганки мне ни разу не гадали.

Но где-то в старших классах я понял, что слишком много я знаю людей, которые пропали без вести. Может, у каждого есть один-два таких. У меня их к тому времени было 14. Сейчас — 27.

Первый — мой отец, которого я почти и не помню, потом двое соседей, воспитательница из детского сада (не моя, из параллельной группы), знакомые мамы, бывавшие у нас дома, их дети. Те, с кем у меня были хорошие отношения, те, с кем были плохие, те, кого я просто знал, без отношений.

Может, меня это все никак не касается вообще. У всех этих пропавших была куча знакомых. Но вряд ли любой из этих знакомых был знаком со всеми 27 пропавшими. Я до старшей школы, когда об этом разговор зашёл с друзьями, вообще считал нормой, что люди пропадают. Мне казалось, что пропасть — это вероятней, чем просто умереть. Что каждый человек словно тянет жребий — кто-то умрет, а кто-то пропадет. Что со всеми так, и это так естественно, что даже не показывают в кино и не пишут в книгах.

Вот мой отец пропал, а моя мать жива-здорова (и хорошо). Сосед сверху пропал, а снизу — нет, умер от цирроза. Преподаватель по философии пропал, вышел с кафедры, а до кабинета не дошел, а преподаватель истории — нет. В Таиланде в моей группе пара была супружеская: она зашла в душ, вышла — мужа нет, пришла на ужин — его нет, ночью уже в истерике пошла во все двери в отеле стучаться. Как это в голове уложить — приезжаешь в другую страну с мужем, а уезжаешь без него, и не знаешь даже, жив или что. Проще уж труп с собой увозить обратно.

И это точно не я маньяк, половина случаев приходится на мое детство, а в некоторые разы меня и в городе не было. На допрос мне ходить пришлось только один раз. Ночью как-то стояли компанией у дома девушки моего однокурсника, разойтись не могли, болтали. Ее мама из окна выглянула, поторопила домой. Подъезд окнами светился. От фонарей вообще весь двор был как на ладони. Девушка попрощалась с нами, в подъезд зашла (мама это видела), а мы все стоим. А минут через десять ее мама снова из окна во двор выглядывает, что, спрашивает, опять к вам вышла, почему не дошла еще до квартиры? Разумеется, мы сразу в подъезд ломанулись — вдруг напали на девочку. Обыскали все — ни девочки, никого. Квартиры в подъезде вызванная милиция в течение двух часов обошла, подвал заперт на висячий замок, чердак заперт, черного входа нет.

Я иногда думал — а вдруг правда из-за меня? Вот мама моя, самый близкий человек, она только 9 человек из этих 27 знала. Ну как думал — думать-то думал, но не так, чтобы как-то жизнь свою менять.

А вот сейчас у меня полночь, и уже пошел третий день, как ищут мою девочку, дочку женщины, которую я люблю. Я малышку официально удочерить хотел, как с любимой распишемся. У нее двое, еще парнишка. Я успокаиваю, успокаиваю, говорю, может, найдется. Но не найдется же. Любимая моя с ума сходит, думает, похитили ребенка, издеваются, мучают. И что мне ей сказать? Не бойся, она просто исчезла, это не больно? А мне откуда знать — как это, исчезнуть? Да и выглядеть будет издевательством, если я так скажу.

А дальше что? Я никогда еще такого близкого человека не терял. Как мне теперь жениться, как с ней жить, если это вдруг из-за меня? А если теперь с ней что-то случится, или с сыном? А если брошу ее — кто я буду? А она еще от меня ребенка хотела, этого я теперь допустить не могу.

Сижу, перебираю в уме способы покончить с собой. Не страшно, даже противно, что раньше не додумался — может, дочка моя не пропала бы. Только подождать надо, чтобы двойное горе на мою семью не обрушилось. Горе, ха... Да если б они знали, что от меня давно избавиться надо было. А иногда мысль мелькает — а вдруг я ни при чем? Как же, ни при чем, 27 человек.

Нет. Только сейчас понял, что уже 28.
♦ одобрил friday13
25 июня 2013 г.
Вероятно, нижеизложенная история связана с уже выкладывавшимся на сайт текстом «Barbie.avi» и является его предысторией.

------

Утром 17 августа 1996 года в местное отделение полиции городка Сэвил Таун (Savile Town) графства Йоркшир (Англия) поступило сообщение об исчезновении близнецов Меган и Барбары Нойт. Как сообщили их родственники и друзья, двадцатидвухлетние сёстры не вернулись в снимаемую ими квартиру. Согласно словам консьержа, 14 августа в 11 часов вечера встревоженные чем-то девушки покинули дом и с тех пор не появлялись.

Полиция опросила всех, кто был знаком с сёстрами Нойт, но никто ничего не знал об их возможном местонахождении. Осмотр близлежащих районов города и опрос местных жителей не дали результатов. Было выдвинуто предположение о похищении девушек, подозрения пали на многочисленные мусульманские общины Сэвил Тауна. Присланные из Дьюсбери полицейские провели рейд по мусульманским центрам, но не смогли выявить ровным счётом ничего, что касалось бы пропавших девушек.

Неделю спустя, 23 августа, компанией гуляющих подростков на заброшенной железнодорожной ветке Сэвил Онист (Savile Oniste) в бессознательном состоянии была найдена одна из сестёр — Меган Нойт. Девушка была доставлена в больницу и, по сообщениям врачей, находилась под действием психотропных веществ. Благодаря усилиями медицинского персонала её состояние нормализовалось, и полиция предприняла попытку допроса. Однако рассказы пострадавшей были сбивчивыми и неясными; они содержали упоминания о железнодорожных путях, прилегающем к ним лесном массиве и психиатрической лечебнице, в которой они с сестрой якобы содержались всё это время под наблюдением некоего человека, которого Меган называла просто «он».

Сообщения девушки вызвали немалое удивление, поскольку в лесном массиве на границе Сэвил Тауна длительное время располагалась психиатрическая лечебница «Oniste Asylum», но закрылась она ещё в 1984 году по причине устаревших методов лечения, среди которых всё ещё практиковалась лоботомия. Впрочем, хотя рассказ о заброшенной больнице казался странным, он вполне соответствовал предположению о похищении сестёр.

Прибывшая на указанное место полиция обследовала заброшенное здание и прилегающую к нему территорию, но не нашла ни признаков присутствия людей, ни Барбары Нойт. Единственная находка была сделана в полузатопленном подвальном помещении и являлась вполне современной VHS кассетой. Частично сохранившаяся этикетка содержала надпись «Барби» (Barbie). Меган Нойт, узнав о находке, подтвердила, что именно так называл её сестру «он». Видеокассета была отправлена на восстановление и оцифровку в Дьюсбери, однако сотрудник, занимавшийся этим, был найден повешенным в своей квартире 28 августа. Там же обнаружились и остатки сожжённой плёнки из кассеты. Монитор компьютера был найден разбитым во дворе дома сотрудника, системный же блок, на котором, предположительно, сохранились результаты оцифровки записи, бесследно исчез.

Дело сестёр Нойт и по сей день остаётся нераскрытым. Барбара Нойт была признана без вести пропавшей, а Меган Нойт до сих пор отказывается говорить о произошедшем. Содержание видеозаписи «Barbie» остаётся загадкой.
♦ одобрил friday13
16 июня 2013 г.
Первоисточник: ficbook.net

Эту историю рассказал мне случайный попутчик в купейном вагоне по пути в Адлер. Мы с Антоном, так звали этого мужчину, разговорились. Время было уже за полночь, и разговор перешел с таких бытовых тем, как работа и семья, но вопросы более интересные. Как-то невзначай я заговорил об НЛО и с удивлением заметил, что мой собеседник внезапно посерьезнел. Антон долго отмалчивался, но наконец рассказал свою историю.

Случилось это давно. В их семье была традиция — все летние праздники отмечались на даче, с баней и шашлыками. В тот раз они праздновали день рождения тещи. Собрались все, даже ее двоюродная сестра — на даче было человек двадцать. День прошел очень хорошо, хотя ближе к вечеру стало прохладно, и все перебрались в дом. Когда стемнело, мужчины (Антон, его брат и тесть) еще играли в карты, а именинница с остальными смотрела телевизор.

Потом тесть вышел в туалет. Через некоторое время жена Антона заметила что-то в окне. В темном небе над участком летали три светящихся оранжевых шара размером с баскетбольный мяч, дергаясь, словно прыгали над землей по неровной траектории.

— Что это, фейерверк, что ли Тима устроил?! — поразилась теща. На фейерверк шары были не похожи, но только сейчас все вспомнили о тесте.

Антон вышел во двор и позвал его, но тесть не откликнулся, шаров тоже не было видно. Вскоре вся семья искала тестя, не только во дворе, но и по всему поселку. Назавтра по участку уже ходили милиционеры, вызывая нездоровый интерес у соседей, но и они ничего не обнаружили.

Пожилой мужчина исчез, словно просто растворившись в воздухе, навсегда. Возможно, его похитили пришельцы, возможно, он стал жертвой шаровой молнии. Больше семья никогда не ездила на проклятую дачу.

Эта история поразила меня, а Антон, похоже, стыдился своей откровенности. Дальше разговор не клеился, и вскоре мы легли спать. Назавтра он вышел на станции в Воронеже, и более мы с ним не встречались.
♦ одобрил friday13