Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ГОЛОСА»

30 ноября 2012 г.
Автор: Юля

Я живу в нашей нынешней квартире вместе с родителями около трёх лет, но ничего странного и уж тем более страшного не происходило с нами до определённого момента. Мы живём на 4-м этаже, наверху живут соседи, которые постоянно ругаются, кидаются тяжёлыми предметами, плачут, кричат и т. д. Сначала я не обращал на это внимания, но потом у меня началась бессонница, и я часто слышал по ночам, как в этой квартире наверху кто-то тихонько плачет, как маленький ребёнок. Если честно, меня это начало раздражать. Я спросил у отца, кто там живёт. Он ответил, что точно не знает, но вроде как отец, мать, и у них есть ребёнок, но сколько лет ему, он не знает. Я подумал, что ребёнок маленький, вот и плачет, а родители пьяницы. Потом днём я начал замечать, как у соседей ругаются взрослые — такое ощущение, что дочь с матерью ругаются, — потом падает что-то тяжёлое, и всё затихает. А по ночам опять слышен тихий плач.

Как-то раз я остался дома один на две ночи, родители уехали на дачу. И тут началось. ВЕСЬ день наверху топали и бросались чем-то — я слышал только крики, слов не было. Ночью я, естественно, не спал, мне поднадоело это, и я решил сходить к соседям на их этаже, чтобы мы вместе к ним постучались. Я поднялся наверх и позвонил в соседнюю от этой квартиры дверь. Мне открыла старенькая бабушка. Я извинился и спросил, не надоел ли ей этот шум и гам. Она тяжело вздохнула и сказала: «Проходи, сынок, расскажу тебе кое-что». Я зашёл, сел за стол, бабуля налила мне чаю и стала рассказывать.

Где-то в середине 90-х в этой злосчастной квартире жила тихая и счастливая семья — мать, отец и маленький ребёнок. Когда девочке исполнилось 7 лет, у матери умерла родная сестра, а у неё осталась 17-летняя дочь — бунтарка, тусовщица, пьёт, курит и «шалавится», простите за выражение. Им пришлось взять её к себе. Они постоянно ссорились. Как-то в очередной раз девушка пришла домой пьяная. Все уже спали, кроме маленькой девочки. Она встретила её радостно и позвала спать. Но девушка была в ярости непонятно почему и оттолкнула с силой ребёнка — вроде «уйди с дороги, мелкая». Девочка упала и ударилась об острый угол. Она пролежала в коме около 4 дней, а потом умерла. Отец и мать не знали себя от горя, а старшая девушка долго не появлялась в квартире, но потом вернулась, опять же пьяная. В итоге мужчина от злости избил девушку, и та умерла. Мать от горя спрыгнула с 12-го этажа, а отец спился и повесился. Но души их, видимо, не успокоились, и вся эта канитель продолжается до сих пор...

Я поблагодарил бабушку и ушёл домой, пребывая в шоке. Рассказал родителям, и мы, собравшись всем подъездом, вызвали батюшку. Он освятил ту злосчастную квартиру. С тех ничего там вроде не происходит, но переехать туда пока никто не решился.
♦ одобрил friday13
26 ноября 2012 г.
У нас есть дача, куда мы с семьей приезжаем только на лето. Когда мы уезжаем в город, то обычно просим нашу соседку присмотреть за домом. Прошлым летом где-то дней через пять после того, как мы уехали, нам позвонила соседка. Голос её был взволнованным. Она рассказала, что в нашем доме происходит что-то странное. Сначала она заметила, что по ночам включается свет в доме. Она решила посмотреть, что к чему — мало ли, может, ребятня балуется. У соседки были ключи от нашего дома. Зашла она в дом и увидела, что постель вся перевернута, по полу разбросаны посуда и книги, иконы со стен все попадали и лежали на полу — в общем, весь дом будто перевернули вверх дном.

Мы решили приехать на дачу и посмотреть сами. Действительно, в доме был полный беспорядок. Ещё нас удивило то, что иконы почернели, будто от копоти. Мы убрали все на место и легли спать. Наутро, проснувшись, рассказали друг другу о том, что нам всем снились какие-то кошмары, но ничего сверх обычных плохих снов не было.

Через неделю снова позвонила соседка и рассказала, что в нашем доме опять включается и выключается свет, и что оттуда доносятся приглушённые крики. Нам стало жутко, и мы решили освятить дом. После этого, к счастью, все прекратилось, и, надеюсь, больше не повторится.
♦ одобрил friday13
23 ноября 2012 г.
В 2008 году 23 февраля умерла моя бабка. Свою двухкомнатную квартиру она оставила двум сыновьям (моему отцу и дяде). Продавать сразу её не стали, каждому сыну отдали по комнате. В одну переехали мы (я вместе с мужем и годовалой дочкой), а другую дядя стал сдавать квартирантам.

Первое время всё было хорошо. Нам было спокойно и комфортно, все хорошо спали. Но потом дочка стала плохо спать в своей кроватке. Просыпалась ровно в три часа ночи, плакала и говорила «бабай». Муж даже подшучивал, что по ней можно часы сверять. На ногах у девочки я стала замечать мелкие синяки, даже на тех местах, где трудно их поставить, если упадешь.

Однажды вечером я готовила мужу обед на завтра на работу. Супруг спал, дочка смотрела мультики. Квартирантов в это время у нас не было. Вдруг кухонная дверь ударилась о стену. Через минуту ко мне прибежала дочка — на её лице был неподдельный страх (ей тогда еще и трёх лет не было). Я её спросила: «Зачем дверью хлопаешь?», а она мне: «Это не я». Мне стало тревожно — пол у нас очень скрипучий, а я не слышала, чтобы кто-то подходил к двери. Потом дочка встала на кухне в дверях и стала показывать пальцем в коридор: «Смотри, ОН идет, это ОН стучит». У меня мурашки побежали по телу от страха, даже не стала спрашивать, кто это — ОН.

А еще, когда я остаюсь одна дома, я иногда слышу, как меня кто-то зовет по имени. Это происходит мгновенно, и голос женский, это точно. Мне рефлекторно хочется ответить: «Что?» — но через мгновение я понимаю, что отвечать-то некому. Но один раз я всё-таки откликнулась, как-то машинально получилось, и после этого случая все прекратилось. Я вот теперь думаю: может, зря я ответила? Кто меня звал и зачем?

Квартиранты у нас почему-то тоже не задерживаются. Вселяются на длительный срок, но в силу каких-либо обстоятельств быстро съезжают. Теперь решили продать квартиру, но тоже постоянно что-то мешает...
♦ одобрил friday13
11 ноября 2012 г.
Вечером четверга я сидел в кресле и смотрел телевизор, когда зазвонил мой телефон. Это был мой друг, с которым мы занимаемся «фотосталкеризмом» — фотографируем разные страшные места и публикуем снимки на сайте. Я взял трубку:

— Алло?

— Миха, это Лёха. Я нашел прекрасное место для нашей фотоохоты!

— Что за место?

— Это старый, давно заброшенный морг. Я нашёл информацию о нём в газете 35-летней давности. Он расположен как раз недалеко от нас.

— Позвони остальным, завтра сходим...

Я взял фотоаппарат, положил его в свой старый рюкзак и лёг спать. В пять часов вечера следующего дня мы отправились к этому моргу. Нас было четверо — Лёха, Вано, я и Серёга.

Мы пришли на место (морг находился в лесу за городом) и увидели старое полуразрушенное здание. Мы начали обследовать руины в поисках новых страшных кадров для своего сайта. В какой-то момент я наступил на ржавую цепь и позвал ребят. Мы расчистили кучку мусора, которая лежала на цепях, и увидели проход в подвал. Входная дверь была обмотана ржавыми цепями. Серёга схватил арматуру, лежавшую неподалёку, и с нашей помощью вырвал крепления, на которых держалась цепь.

Перед нами открылась дверь в тёмный подвал. Был бы я один — ни за что бы не пошел дальше, но вместе с друзьями было не так страшно. Мы включили фонарики и по двое спустились вниз. Увидели старые, вспухшие от влаги стены, вдыхали тяжелый воздух, ощущали липкое давящее чувство, но в тоже время чувствовали возбуждение и азарт.

Первой нашей жуткой находкой стала висящая на проволоке старая инвалидная коляска с каплями свернувшейся крови на сиденье. Вокруг валялись железные подносы, грязные бинты, шприцы и другой медицинский хлам.

Мы уже четверть часа неспешно осматривали помещение заброшенного морга, как вдруг раздался жуткий душераздирающий вой из глубин подвала. От него на нас напал такой ужас, что мы немедленно побежали к выходу, сломя голову. Человек так кричать не мог — встречаться с существом, издающим такие звуки, нам совсем не хотелось. Убегая, мы слышали тяжелые приближающиеся шаги существа, которое мы потревожили. Добежав до выхода, мы забаррикадировали дверь в подвал и долго заваливали ее кирпичами и прочим хламом. Нам очень не хотелось, чтобы то, что мы слышали, выбралось наружу.

Уставшие, грязные и перепуганные, мы вернулись в город, так толком и не сделав фотоотчёт. Но это страшное приключение навсегда останется в нашей памяти. Наверное, нам повезло, что мы смогли выбраться из того страшного подвала и не успели зайти в него слишком далеко...
♦ одобрил friday13
3 ноября 2012 г.
Многие твёрдо верят в фразу «Мой дом — моя крепость». Но чем уютнее и надёжнее эта крепость, тем сильнее шок, когда в ней происходит что-то за гранью разума.

Вера, женщина лет пятидесяти, разведена с мужем, детей от брака нет. В период с 1996 по 2001 жила в деревне Ногинского района (помимо обычных домиков, в этой деревне стоят две блочные пятиэтажки). Жила себе, жила, всегда была своей в любой компании, но вдруг неожиданно переехала. Соседи и друзья удивились — как так, Вера даже не попрощалась толком, очень на неё это не похоже. Ну, вскоре её практически забыли. Забыла и я её, тогда ещё девочка, приезжавшая к бабушке на каникулы.

Но вот буквально полгода назад на другом конце города увидела знакомое добродушное лицо и, не удержавшись, подошла к старой знакомой. После тёплых приветствий Вера пригласила к себе в гости, в маленький ухоженный домик. Уже обсудив все насущные проблемы, перешли к событиям прошлых лет. Естественно, я поинтересовалась столь скорым и непонятным отъездом соседки. Она промямлила что-то насчёт квартплаты и плохих условий. Но не успела я утолить своё любопытство таким скучным, но повседневным ответом, как Вера выдала что-то несуразное:

— Вот знаешь, что хорошего в этом доме? Нет труб и канализации.

— Странный повод радоваться, для многих это серьёзный недостаток.

— Для многих, но не для меня. Больше мне таких удобств не надо...

Дальнейшее пересказываю с её слов.

«Приехала я в спокойное место, людей немного, все друг у друга на ладони. Купила на четвертом этаже квартиру, небольшая и светлая, живи да радуйся. Радовалась год, радовалась два, три, четыре. И вот на пятом году это началось…

Я, вообще, шумная, хожу громко — ничего странного в квартире не замечала, пока во время мытья посуды не услышала детский шепот. Дома, кроме меня, никого. Обернулась на телевизор, радио — всё выключено. Пожала плечами и продолжила мыть тарелки. Опять какой-то голос, и он отчетливо идёт из стока раковины. Выключила воду, наклонила голову и прислушалась. Вначале было лишь непонятное бормотание, как будто ребенок с осипшим голосом что-то сказать пытается. И звук этот медленно, но верно приближается. Подумала на соседей снизу, но только отвернулась от раковины, как голос сразу набрал силу и четко произнёс: «Как тут тесно. Как тут темно, не могу пройти дальше». У меня душа в пятки ушла, версия с соседями рухнула в секунду. Голос замолчал, причём было такое ощущение, что его источник застыл буквально под раковиной. Дрожащими руками я сняла сетку со стока и заглянула в трубу. Ничего нет, вот только возникло ощущение, будто на меня пристально смотрят. Наскоро домыла посуду и ушла на улицу.

С неделю ничего не происходило, я полностью успокоилась, пока не проснулась ночью. Лежу и понимаю, что с кухни (двери я не закрывала, при жаре хоть какая-то вентиляция в квартире) слышится то самое бормотание и тихое постукивание, будто чем-то по дну раковины стучат. Ногтем, например. У меня от ужаса ноги отнялись, буквально доползла до двери и захлопнула. Прислушиваться к звукам из кухни не было ни малейшего желания, в голове только одна мысль билась, как пульс: «Не хочу, уберите, умоляю!..». Остаток ночи на балконе пробыла, почти не моргая смотрела на дверь — если ручка хоть чуток дёрнется, то сразу к соседям на балкон перелезу, уже не страшно ненормальной выглядеть, вот ЭТО на кухне много страшнее. К счастью, больше ничего ночью не происходило.

На следующий день пошла «на разведку» к старожилам, узнать про странные вещи в доме и во всей деревне. Из всего сказанного только один вариант более-менее подошел: сатанист-«самоучка», живущий через подъезд. Он якобы призывал всякую нечисть, пока не просыхающие и напуганные мужики не надавали ему по ушам. Но вот чувствую — не тот это случай.

Время лечит — через месяц всё казалось дурным сном, до того момента, когда я кинула в эту злополучную раковину кусок замороженного мяса. Ушла на час, вернулась готовить себе обед. Кусок мяса подозрительно уменьшился, но это не обеспокоило, а возмутило (опять воды накачали). Раздраженная, попыталась взять его, но часть мяса в стоке застряла (куда только сеточка делась…) Дёргаю раз — плотно сидит, дёрнула второй раз, сильнее — вылетел кусок. Обкусанный снизу. А следом всхлип и глухой крик: «Отдай!». И треск трубы, будто что-то наверх рвётся. Это было последней каплей. Я кинулась вон, собрала все нужные вещи, документы и бегом на автобус, к сестре. Отсюда уже нашла покупателей, продала квартиру, а у самой кошки на душе — нужно было сказать им! Да вот кто поверит — скажут, что напилась и привиделось...

Уже больше пяти лет прошло, а я всё гадаю, что бы это могло быть? Что же такое мается в темноте и так жаждет сырой плоти?..».
♦ одобрил friday13
Сразу скажу, что я не употребляю ни алкоголя, ни наркотиков, даже не курю. Не спортсмен — просто не нашел для себя в этом удовольствия. В сверхъестественное не верю, хотя моя жена принимает людей — она гадает на картах и рунах, ну и как-то там «через мертвых» работает, разговаривает с ними и просит, допустим, забрать из человека алкоголизм в обмен на водку, золото, хлеб. В ее необычных способностях я не раз убеждался, но вот в призраков, в это общение с мертвыми, не верю.

Случилось это неделю назад. У меня выдался выходной — жена должна была прийти только часа через три-четыре, и я решил посмотреть фильм. Скачал что-то документальное, о психбольнице «Грейстоун», что работала в Америке в 60-е. Сижу, смотрю фильм минут двадцать, и тут из телевизора, перекрывая фильм, раздается мужской голос с металлическим оттенком:

— Тебе хорошо, ты тут дома на диване сидишь, а мог бы оказаться там...

Я сначала не понял — думал, что это фильм специально так сделали. И тут голос продолжил:

— Ты — полное ничтожество. Что ты сделал в этой жизни? Еще и не веришь в меня, высмеиваешь.... — и как начал поливать меня отборным матом и говорить ужасные вещи про меня и мою жизнь. Упомянул все мои грехи и проступки!

Я быстро все выключил, позвонил жене — она сказала, что придёт через полчаса. Дождался ее, рассказал все, как было, включили с ней фильм заново...

Мы пересматривали его три раза подряд: сначала с ней, потом еще зашел сосед, а на следующий день — вместе с гостями.

И что вы думаете? Никакого голоса не было и в помине, хотя я точно помнил момент, с которого все началось...

Что же это было?
♦ одобрил friday13
30 октября 2012 г.
Этот случай произошёл больше десяти лет назад во Владимирской области. Не буду называть точного места, поскольку мои родственники до сих пор живут там.

Для начала опишу ситуацию — нашей семье принадлежал большой дом, построенный моим дедом после войны. Рядом с домом был построен двухэтажный сарай. Местные называют такие строения «сушилами», поскольку там на втором этаже сушат сено, а на первом располагается загон для животных и хранилище для всякого хлама. В месте, где я сейчас живу, это слово не употребляется. Каждое лето я гостил в том доме, играя со своими многочисленными братьями и сёстрами. Наши игры проходили на улице, в саду, ну и злополучный сарайчик мы не обошли вниманием — тем более, что там хранились всякие интересные вещи вроде медвежьего капкана, ржавого якоря-кошки, охотничьей дроби и прочего добра, оставшегося «в наследство» от деда.

В сарае всегда царил полумрак, и мы любили собираться там, чтобы порассказывать страшные истории. Когда бабушка видела, что мы идём в тот сарай, она выгоняла нас оттуда и запирала дверь на замок. Многие наши опасные «игрушки» наподобие палок с гвоздями, рогаток и т. д., были заброшены в дальний угол сарая, чтобы мы не могли их достать. Мы тогда не понимали, почему она так не любит наше присутствие в том месте. Тем не менее, мы всегда любили пощекотать себе нервы и забирались в сарай, чтобы вновь и вновь испытывать ужас от страшных (как нам тогда казалось) историй, от мрачности этого места, от таинственных шорохов и скрипов, которые наполняли сарай, когда мы вслушивались в зловещую тишину здания. Когда нам становилось совсем жутко, мы с громким криком выбегали на улицу и до следующего дня не приближались к сараю.

Однажды в ходе наших игр кто-то их моих братьев предложил по одному зайти в сарай и как можно дольше пробыть внутри в полном одиночестве. Жребий был брошен, и ваш покорный слуга, набравшись смелости, забрался на второй этаж и сидел там у окна, взирая вниз, на корчащих устрашающие рожицы родственников. Вдруг, подняв страшный шум, вся свора ринулась прочь от сарая, оставив меня одного. Я подумал, что они просто разыгрывают меня, но, тем не менее, решил покинуть здание. «Сейчас я медленно выйду им навстречу, а на их смех отвечу, что не побоялся находиться там целых десять минут — пусть, мол, они повторят моё достижение», — думал я, но какое-то нехорошее предчувствие закралось ко мне в душу. Запах сена стал нестерпимо отвратительным, по темным углам явственно ощущался шорох. Я поспешил к выходу. Спускаясь по лестнице, я увидел, что дверь закрыта на задвижку с внешней стороны. Моя родня дверь точно не закрывала — я знал это наверняка: со второго этажа дверь сарая была видна, и было видно, что она настежь распахнута. Я подбежал к двери и начал стучать в неё. Я кричал, звал хоть кого-нибудь, чтобы они открыли дверь. Не буду врать, я не почувствовал никакого пристального взгляда на спине, не услышал страшного дыхания неведомого монстра, но сам сарай мне внушал ужас своим тёмным захламленным нутром. Наконец, дверь открылась — на пороге стояла моя тётя с кочергой в руке, позади неё стояли мои братья. Тётя за шиворот вытащила меня из сарая, затем закрыла дверь в сарай на замок и погнала нас домой на обед.

За обедом были все, кроме бабушки — она закрылась у себя в комнате и плакала.

Несколько дней никто не вспоминал об этом. Всё шло своим чередом, но шило в одном месте у моего двоюрного брата Антона нарушило летнюю идиллию. Дело в том, что он решил вернуть себе некоторые из своих игрушек, которые тётя зашвырнула в дальний угол сарая. Он, никому не сказав, стянул ключ от амбарного замка и начал осуществлять свой план по возврату конфискованного имущества. С ним моя история повторилась в более жутком варианте — на его крики сбежалась вся семья, дверь никак не открывалась — пришлось сбить деревянную задвижку топором. Внутри, как маленький поросёнок, визжал Антон. Самое странное, что, кроме его крика, мы слышали какой-то смех, тоненький и злорадный. «Антоха, чего ржешь?» — удивлённо спросил Сашка, но Антон лишь громче кричал и плакал, стучась в дверь. На крики прибежала бабушка, держа в руках свою старинную тяжеленную икону. Когда она прибежала, дверь, наконец-то, открылась. Антон упал на землю перед сараем почти без чувств, а противный смех продолжал раздаваться в наших ушах.

Вечером из города приехал отец. Вместе с дядей, вернувшимся из рейса, они весь вечер сидели на кухне. Бабушка, в свою очередь, сидела у постели Антона, теребя старый молитвенник в руках.

Утром я проснулся от запаха дыма, пока остальные еще спали. Натянув шорты и надев сандалии, я побежал на улицу. Сарай пылал. Отец стоял, молча смотря на пламя, чуть позади него стоял дядя, держа в руках канистру, принесённую из автохозяйства. Нет, ни смеха, ни прочих сверхъестественных вещей я не слышал, но отец не позволял никому тушить сарай, пока тот не рухнул. Когда последние головешки догорели, отец с ломом в руках размолотил все более-менее крупные остатки сарая.

Прошло много лет с тех пор. На каком-то семейном торжестве зашла речь о деде. «Пап, а как дед-то умер?» — спросил я, выпив очередную рюмку алкоголя. «На пороге сарая, — ответил отец, держа в руках рюмку с коньяком. — Инфаркт у него случился… А нашли его с ножом в руке — думали, шёл поросёнка заколоть, да вот не дошёл», — одним залпом отец осушил рюмку.

Антон стал нелюдимым с тех пор — он сейчас почти не общается со мной. После института он сразу уехал работать в ту самую деревню, где мы проводили то лето.
♦ одобрил friday13
20 октября 2012 г.
Как-то раз, приходя с работы, я увидела, как мой кот Лило шипит в закрытое окно. «Странно», — подумала я и стала гладить его. Он шарахнулся прочь от моей руки и стрелой вылетел из комнаты.

Дома было очень душно, и я решила проветрить квартиру. Но стоило мне прикоснуться к оконной раме, как Лило примчался и, схватив меня зубками за рукав, принялся тянуть в сторону от окна. Тут я вдруг вспомнила, что, согласно поверью, животные видят то, что не дано узреть людям. Лёгкая дрожь охватила меня, и я решила позвонить своему парню. Едва я об этом подумала, у меня зазвонил мобильный телефон. Лило тут же стал шипеть на него. Я поднесла телефон к уху:

— Алло!

Ответа не последовало.

— Алло! — повторила я и где-то очень далеко на том конце услышала голос Лёши, моего парня:

— Маша... Маша... Открой окно, я тут...

Я сбросила вызов и задумалась. У Лёши всегда звонкий, весёлый голос, а сейчас он словно говорил с набитым ртом откуда-то из глубокой ямы. Я забеспокоилась — вдруг с ним что-то неладное? — и бросилась к окну, но кот стал отчаянно мяукать, и это меня остановило.

Я стояла в сомнениях, когда снова раздался звонок. Я взглянул на экран, прежде чем принять вызов, но номер не определялся.

— Маша-а-а... Ма-а-аша... Открой окно...

— Лёша, что за шутки? Зачем мне открывать окно? Ты где? — спросила я, краем глаза глядя на Лило, шерсть которого встала дыбом.

— Я люблю тебя, Маша... — сказал Лёша где-то далеко, и в трубке послышались короткие гудки.

Мне было настолько страшно, что я заплакала. Кот продолжал шипеть на окно. В конце концов, я позвонила матери и рассказала, что в доме творится что-то неладное. Она посоветовала мне читать молитвы и перекрестить телефон, если он снова позвонит. Но стоило мне нажать на кнопку отбоя, как за окном послышался треск, будто кто-то ломился в него. А я, между прочим, живу на 5-м этаже! Кот буквально взвыл. Я зажмурила глаза и принялась читать молитвы. И снова зазвонил телефон, в то время как бешеный стук в окно продолжался. Я отключила телефон и отчётливо услышала голос своего парня за окном:

— Маша... Открой...

Голос был однотонный и тягучий. Этого я не выдержала — с криком вылетела из квартиры (кот последовал за мной) и стала стучаться к соседке-старушке, несмотря на поздний час. Она впустила нас и отпоила меня валидолом. Ночевать домой я так и не вернулась — осталась у соседки. А на следующий день узнала, что Алексей покончил жизнь самоубийством по непонятным причинам ещё в то время, когда я находилась на работе.
♦ одобрил friday13
20 октября 2012 г.
Расскажу о нашем патологе. Это молодой человек 25 лет довольно привлекательной внешности. В середине семестра он заменил нам нашу преподавательницу, которая отказалась от нашей группы. Он только только закончил аспирантуру, опыта мало, но преподает просто отлично — слушаем его с открытыми ртами. Так как лекции он диктует очень быстро, мы записываем его речь на диктофон. На одной из лекций он рассказал нам нижеследующую историю.

«Если кто знает, в Ростове (там часто рожают мертвых детей или детей с патологиями) есть институт акушерства и педиатрии. За немаленькую сумму наш университет скупает у института тела младенцев для практики студентов и для музея. Я был там лаборантом у патолога, иногда помогал ему вскрывать тела, но в основном просто «санитарил». Когда я закончил учиться, мне разрешили вскрывать тела самостоятельно, без помощников. В тот день наш университет закупил партию трупов после ДТП и маленьких покойников из НИИАП. Телами взрослых занимались учащиеся на хирургов — смотрели, что и куда пришивать. Мне достались дети. Партия была очень приличная — около десяти трупиков. Решил разделить работу себе на три дня. Вечером, окончив все дела, я пришел в морг и заперся изнутри. Со мной был только санитар Женя.

Мы поместили на стол труп мальчика. Женя неловко отвернулся от стола и попросился выйти из секционного зала — уж больно мальчик на его сына был похож. Я ему разрешил, подготовил все инструменты и начал вскрытие. Впервые работал с детскими трупами, поэтому хоть действовал медленно и аккуратно. Отвернул кожу с головы и собирался открывать черепную коробку, когда услышал детский плач. Я все бросил и побежал к холодильникам, думая, что акушеры выдали нам живого малыша (и такое бывало). Увидев меня, Женя округлил глаза:

— Ты чего бегаешь?

Я ему сказал, что где-то ребенок плачет. Женя аж рот открыл и сказал, что я с ума сошёл — никакой ребенок не плакал. Я махнул на него рукой и на всякий случай тщательно проверил всех детей. Все были без признаков жизни, синюшные, ледяные. Я вернулся к работе, осмотрел мозг, вскрыл дальше, и мне снова стал слышаться детский плач. Я во второй раз помчался к холодильникам. Женя пошел за мной:

— Ты что, совсем того? Как лежали, так и лежат, никто не плачет...

Я разозлился и закрылся в секционном зале. Как вы знаете, дверь железная, тяжеленная, звуки не пропускает никакие. Органы вынул, проверил, поставил диагноз «порок сердца», вложил все обратно и начал зашивать... И опять плач ребенка! Только уже здесь, в секционном зале. Я подумал, что это Женя меня разыгрывает, но он тихо сидел в коридоре. А плач все не прекращался. Я решил побыстрее закончить работу, ссылаясь на то, что переработал сегодня. Побыстрее убрал мальчика, взял девочку. Только сделал надрез — опять послышался плач, будто ребенок плачет от боли. Не знаю, зачем, но я сделал ему анестезию, как печально известный А. Сударушкин. И действительно, плач тут же прекратился...

С тех пор я верю в существование потустороннего мира. И всякий раз, когда вскрываю детей, делаю анестезию».
♦ одобрил friday13
19 октября 2012 г.
Автор: Qwerty

Эту историю мне рассказала бабушка. Когда она была маленькой, у них была баня — одна на всю улицу, и все соседи ходили мыться к нам (наша деревня — старообрядческая, и почти все приходятся друг другу родственниками). Существовало такое правило: первыми мылись соседи, потом хозяева, причём сначала мужчины, потом женщины, а потом уже дети.

В банный день, как обычно, бабушка и её сёстры отправились в баню последними. Было поздно, и они торопились. Выходя из бани, девочки вдруг услышали у себя над головой сначала детский плач, а потом женский голос: «Да потерпи ты, потерпи, немного осталось...».

Испугавшись, девочки побежали домой, где всё рассказали матери. На следующий день испуганная женщина позвала домой бабушку-молитвенницу, заменяющую у них священника, освятить баню. Но это не помогло. Вечером мой прадед, проходя мимо, услышал доносившиеся из бани голоса. Внутри никого не было. Не успел он закрыть за собой дверь, как голоса послышались вновь...

Баню бросили и позже построили новую, в другом месте. А старая долго не простояла — сгорела весной.
♦ одобрил friday13