Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «БЕЗ РЕДАКТИРОВАНИЯ»

29 января 2013 г.
ВНИМАНИЕ: история содержит в умеренных объемах сленговые выражения, но в силу своих особенностей не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. Вы предупреждены.

------

Страшный грех падёт на мою душу, я знаю, но я должен записать эти строки. Предать тайну исповеди — что может быть страшнее для исповедника? Увы, я должен очернить свою душу, потому что иначе я не могу.

Я верил в Бога, и в искупительную жертву Господа Нашего Иисуса Христа, и верую до сих пор. Но Дьявол, демоны, нечисть… признаюсь, их я считал не более чем символами тёмных порывов человеческой души. Но теперь… то, что я услышал на сегодняшней исповеди, повергло меня в шок. В мире, который я видел, были только люди и Бог, но слова грешника, пришедшего ко мне, заставили меня увидеть страшных созданий, спрятавшихся в уголках этого мира.

Голос этого человека был странным, даже пугающим. Он говорил как безумный, рассказывая об ужасных вещах одновременно напряжённо и весело. Он внёсся как стихийное бедствие и даже не дал мне сказать и слова.

«Так, ну что, святой отец… или как мне к вам обращаться? Не суть, буду называть вас так. Короче, слушайте. Грех я взял, страшный грех. Черна душа моя, и ничто её уже не отмоет, ей-богу, клянусь вам. Пришли они за мной, слишком долго я испытывал матушку Фортуну, вот она и повернулась ко мне своим широким задом. Спросишь, кто пришли-то? Да я-то почём знаю? Демоны, черти, авось кто ещё похуже. Знаю только, что добра от них ждать — как от аспирина излечения геморроя.

В общем, слушай, как всё началось. Был я студентом, то бишь нищ и голоден. Первый год своей учёбы я как-то просуществовал, да потом всё трудней и трудней становилось. Брался я тогда за любую работу. И вот однажды приятель мой Женька, с коим мы на одном курсе учились, говорит мне, что план у него есть, как быстро денег заработать. Ничего больше мне объяснять не надо было — «деньги» услышал, и готов уже взяться за работу, даже не спрашивая, а что делать-то надо.

А зря-то я сразу не спросил. Мне Женька только сказал, мол, приходи ко мне ночью, там всё сам поймёшь. Эй, святой отец, ты это, только не думай, что я того, себя в зад ужалить дал за деньги, не, не такие мы. Хотя сейчас я так смотрю и думаю — ей, это лучше было бы, хотя бы жизнь-то Женькина тогда при нём осталась бы, да и за моей шкурой эти твари не пришли бы.

Короче, пришёл я к нему, да он мне в руки сразу лопату суёт и говорит, мол, на кладбище идём. На кой чёрт нам лопаты, я и не сразу смекнул. Спросил было у Женьки, да он так посмотрит и говорит, мол, что дурика валяешь, в земле копаться идём. И тут-то до меня дошло, что Женька мне предлагает.

Ей-богу, сразу отказаться хотел, зачем грех такой на душу брать, да не в том я положении был, чтобы о душе размышлять да от денег отказываться. Так что промолчал я, и мы вместе с Женькой, бросив наш инструмент в багажник его «тачки», двинулись на место работы.

Я не знал, зачем Женька это делает. Родители его люди-то богатые! Вон, «тачку» ему подарили. Спросил я тогда у него, на кой ему могилы-то раскапывать, да он и говорит, что дело это у них чуть ли не семейное, и чуть ли не его прапрапрадед эту традицию ввёл. Да, семейка-то весёлая! Говорит, мол, увидел, как у меня с деньгами туго, да и решил меня взять. Да я только благодарен.

Первые разы было страшно, да. Я даже как-то в обморок упал, трупешник увидев, да потом привык. Чего тут бояться, коль они мёртвые все? Зомби-апокалипсиса вроде не было, так что чего может быть страшного в кучке гнили с червяками? Страх мой улёгся раньше, чем совесть. Долго она меня ещё ночами пытала-терзала, мол, негодяй я эдакий, у мёртвых ворую, плохо это, плохо! Да и она потом успокоилась. Правда, на кой чёрт им всем сдались украшения, золото, бриллианты? Пред Господом Богом али чертями щеголять решили?».

Рука моя трясётся от горечи, и слёзы падают на бумагу, когда я пишу все эти святотатства. В тот вечер мне так и хотелось вымыть ему рот святой водой, да простит мне Отец Небесный гневные порывы мой души. Трудно мне писать всё это, но я хочу максимально воспроизвести его слова, чтобы тот, кто это прочтёт, понял, что слова эти принадлежат не трусливому священнику, а грешнику, пришедшему к нему на исповедь.

«Ну, в общем, дело хорошо пошло. Копали-торговали, и вот у нас уже денег куры не клюют! Долго же тянулся наш грязный бизнес, да вот и настало наше последнее дело, хоть тогда мы и не знали, что оно для нас будет последним.

Женька, как всегда, нашёл очередное кладбище. Пришёл ко мне, стал рассказывать, что да как. И столько в нём прыти было, будто его никому не известная тётушка-миллиардерша умерла и оставила ему своё состояние.

Говорит он, мол, кладбище нашёл, где уже лет двести нога живого не ступала. Драгоценных побрякушек, говорит, там лопатой копай, и в прямом, и в переносном смыслах. Ну, а я что? Меня-то уговаривать вообще не надо.

Выехали мы следующим утром. Кладбище находилось в какой-то чёртовой заднице, так что ехали мы долго, приехали вечером. Стрёмная какая-то деревенька была рядом с этим кладбищем — поболтали мы с народом там вроде нормально, да только шесть прозвенело, все они по хатам разбрелись, да так быстро деревенька-то опустела, словно там никто и не жил никогда. Зря мы тогда не насторожились.

Подождали мы полуночи, прямо как в «ужастике», и отправились на наше рабочее место. Шли мы через лес минут двадцать, да и вышли, наконец, на большую поляну. Сколько кладбищ уж мы видели — это на нас страху-то навело! Древнее, прямо пахнет стариной, как говорится, вокруг — тишина! Особенная какая-то, не как на других кладбищах. Ей-богу, я даже слышал, как кровь в ушах течёт!

Недолго думая, мы стали копать первую попавшеюся могилу. Надписи там уже не разобрать было — время всё стерло. Копали мы по очереди, и так вышло, что до гроба докопался именно я. Ну взял я и хорошенько вмазал по крышке. Дерево развалилось, и я увидел хозяйку могилы, которую мы потревожили. Знаешь, святой отец, у этих скелетов всегда челюсти-то вниз отвисают, будто страшным криком орут на нас, чтобы убирались прочь. Да только крик этот беззвучный.

Стал я выковыривать эти доски и, наконец, обнажил весь скелет. А украшен он был годно! Золотое ожерелье, серьги и кольца — о, колец было столько, что я в шутку назвал эту мёртвую дамочку «властительницей колец». Хотел я ожерелье снять, да только дотронулся — сразу отпрянул. Из глазницы черепа выползла огромная сороконожка — ну, или как там эти твари называются? Фу, к этим уродам никак не привыкнешь...

Раздавил я эту гадину и стал собирать украшения и передавать их Женьке. Он их в сумку складывал. Собрал я всё быстро, да хотел было уже вылезать, как слышу, трещит что-то, да вдруг как провалюсь куда-то! Бум — и моя спина распласталась по какому-то настилу. Вслед за мной полетела ограбленная дамочка, словно требуя вернуть свои украшения. Свалилась прямо на меня! Ей-богу, хоть я мёртвых-то уже не боюсь, но когда тебе на лицо падает черепушка, из которой сыпятся червяки и жуки и начинают ползать по тебе, чувствуешь себя неуютно. Быстро скинул я с себя эту мадам, отряхнулся и попытался оглядеться. Высота была, наверное, чуть больше трёх метров. Темнота — хоть глаз выколи! Ни черта не видно, только слышно, как Женька меня кличет. Я ему в ответ кричу, мол, нормально всё, пусть мне фонарик бросит, я посмотрю, что тут такое.

Вот тебе, святой отец, наверное, кажется, как это он упал с трёх метров на спину, да целёхонек остался? Ну вот что я тебе скажу, не целёхонек, а ушибся я хорошенько! А спину я не сломал, потому что упал на мягкое. Бросил мне Женька фонарик, включил я его и увидел, что земля тут вся покрыта мхом и, ей богу, костями! Чьи это кости — животного али человека, не знаю и знать не хочу.

Крикнул я Женьке, мол, пусть за верёвкой бежит и меня вытаскивает, о чём тут же пожалел. Женька-то убежал, а я остался один, под землёй, ночью, на кладбище. Стрёмно мне стало, и, чтобы отвлечься, песенку начал напевать. Старую, детскую, про белогривых лошадок.

Осмотреть всё кругом решил. Был я в какой-то земляной комнате, метров двадцать в ширину. Явно она была искусственная — я сразу это понял. То ли потому, что стены были слишком гладкие, то ли из-за жуткой статуи, стоявшей в середине. Подошёл я к ней, да и ещё страшнее мне стало — была эта статуя ростом чуть ниже меня и изображала какого-то человекоподобного монстра. Вот представь — человек, руки-ноги всё есть, всё нормальное, да только на голове глазищи каждый с арбуз размером, и из башки рога торчат. Пасть вообще на тигриную похожа, и зубищи торчат, будто кинжалы. Понял я тогда, что валить оттуда надо, да чем быстрее, тем лучше. Слава богу, Женька быстро вернулся. Бросил он мне верёвку, стал я карабкаться, да только Женька, придурок, на самом краю встал, и только я потянул, сразу ко мне свалился.

Высказал я ему всё, что думаю, и стали мы искать другой выход. Нашли мы быстро — как оказалось, там дверь деревянная была, да только низкая такая, что нам согнуться пришлось, чтобы пройти. Попали мы в коридор, такой же низкий. Кто там прорубил эти ходы, дверь поставил и это подобие святилища воздвиг — чёрт его знает, нас тогда и не интересовало. Бросились мы по этим коридорам, свет себе фонариками освещая. Плутали мы там чуть ли не час, и много чего осмотрели — мебель там была, полки, шкафы. Посуда стояла, да только всё такое маленькое, будто для детей сделано.

Выбрались мы из этого подземелья к рассвету, и сразу же оттуда бежать бросились. Не знали мы, где вышли, так что просто вперёд побежали, пока не выбежали к холму. Забрались мы на него и решили отдохнуть. Присели мы на траву, отдышались, и тут вижу я — метрах в пятиста от нас внизу люди какие-то странные идут. Больно походка у них была странная, будто с ноги на ногу переваливались. Тут я присмотрелся, да и понял, что какие-то они мелкие для нормальных людей — хоть и далеко они шли, но я их рассмотрел хорошо. Понял я тогда, что вот они, жители того подземелья — то ли гномы, то ли хоббиты, то ли ещё какая нечисть! Я Женьке говорю, мол, посмотри, да он только страху наполнился, на траву меня повалил и шепчет мне, чтобы молчал. Я-то сразу не понял, да Женька мне только говорит — слепой я, что ли? Присмотрелся я опять к этой мелочи и вижу, что не с пустыми руками они идут — у кого рука человечья, у кого нога, кто голову тащит.

Пролежали мы там на траве, пока эти твари из виду не пропали. Поднялись мы потом, хотели уж было уходить, да как заорёт кто-то в лесу! Вопль такой жуткий был, что мы с Женькой уж разум-то вконец потеряли и бежать бросились. Видимо, животная природа своё взяла, проснулся инстинкт самосохранения. Бежали мы так до машины, как дорогу нашли — сам не понимаю! Про драгоценности, оставленные на кладбище, мы уж давно забыли. Только залезли в машину, Женька как даст по газам, и мы уже спешим обратно в город. Приехали мы в тот же вечер и решили, что упаси нас Господь ещё хоть раз могилы грабить идти. Да только поздно нам это в голову пришло.

Сидел я следующим днём у себя дома, телевизор смотрел. Решил покурить. Стою себе у окна, кольца пускаю. Живу я на третьем этаже, так что хорошо вижу прохожих. И вот увидел я, как стоит человек какой-то странный внизу, будто на меня смотрит. И голова у него так странно наклонена, будто у него тик нервный. Не обратил я на него внимания тогда, бросил сигарету и к телевизору вернулся.

Тогда я подумал — может, наркоман какой. Да вот наркоманов этих много как-то стало — иду я себе из метро, и стоит мужик какой-то, на меня смотрит, не то алкаш, не то наркоман. Или в магазин выйду, как за мной ещё какой-то придурок увяжется. Все они странные были — один хромает как-то неестественно, у другого шея необычно повёрнута, у третьего руки трясутся, да и рожа, как из фильма ужасов. Ну и что, думал я, будто у нас в городе людей странных мало. И прежде я видел таких уродцев. Да только меньше их было, и никто из них на меня и внимания не обращал, а сейчас как будто в дурдоме день открытых дверей!

Страшно мне от этого было. Последней каплей стало то, что три вот таких вот юродивых у меня во дворе стояли, да все мне в окна смотрели. Весь день так вот стояли, да только утром делись куда-то. Пошёл я тогда к Женьке, да только так и не дошёл: подхожу к его дому и вижу — скорая там, толпа у подъезда, да полиция ходит. Что-то нехорошее я почуял. Подошёл поближе, спросил у бабки одной, что случилось, а она и говорит, что в пятнадцатой квартире труп нашли. Пятнадцатая — это Женькина квартира.

Понял я тогда, не знаю даже как, что эти твари за Женькой тоже пришли, да добрались до него раньше, чем до меня. Значит, с теми гномами это всё как-то связано. Да вот как — этого я вот не знаю!

Пошёл я домой, стал вещи собирать — решил уехать, спрятаться от них. Да только не вышло у меня ничего — переехал я в соседний город, пожил с недельку на съёмной хате, да однажды ночью в дверь ко мне позвонили. Кто ночью в гости ходит?

Посмотрел я тогда в глазок, да чуть от страха не помер — стояла там вот та тварь, что на статуе была изображена в том долбаном подземелье! Так вот я и скатился вниз на пол, молясь шёпотом, чтобы эта уродина в покое меня оставила.

Звонила она до самого утра. Я уж думал, с ума от этого звона сойду. Решил я под утро, что бежать из квартиры надо, подошёл к окну, да и вижу, что эта тварь к контейнеру мусорному крадётся. Присел я тогда и стал из-за подоконника наблюдать — залезла она в контейнер, а через десять минут оттуда парень выполз. Руки трясутся, да и хромает на правую ногу. Вот кто, оказывается, все эти странные юродивые. Здесь они меня нашли — найдут и в другом месте. Нигде от них мне не спрятаться. Вот и решил я — приду, душу облегчу, да и встречусь, наконец, с этим страшилищем.

В общем, всё это. Как там у вас исповедь кончают? Аминь, короче!».

Он ушёл так же внезапно, как и появился, оставив меня с мыслями, вызванными его словами. Сначала я решил, что это был просто сумасшедший. Я тоже часто вижу на улицах людей со странной походкой и странным поведением, но ведь это ещё не значит, что они какие-то монстры. Но всё-таки слишком убедительно он это рассказывал, слишком связно и последовательно звучала его история. Хоть разум мой её и отвергает, где-то внутри, признаюсь, я ему верю.
♦ одобрил friday13
17 января 2013 г.
ВНИМАНИЕ: история содержит в единичных количествах ненормативную лексику, но в силу своих особенностей не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. Вы предупреждены.

* * *

В два часа ночи раздался звонок мобильного телефона. С трудом продрав глаза, я посмотрел на дисплей: «Номер не определен».

— Да?

В ответ — тишина. Глаза слипались, я уже хотел положить трубку, как вдруг из телефона раздался рык. Странный такой, как неживой, с какой-то электронной хрипотцой.

«Дурачится кто-то», — подумал я и положил трубку.

Через пару минут звонок раздался снова. Не успел я ответить (только нажал на кнопку вызова), как в телефоне раздалось шипение и тихим-тихим рыком (не знаю, как еще это назвать) прозвучали слова: «Я иду к тебе. Уже скоро». В динамике послышались гудки отбоя.

Чертыхнувшись, я положил телефон на тумбочку возле кровати и стал смотреть в потолок. Спустя пять минут в дверь моей комнаты начало что-то скрестись. Тихонько так, как будто проверяя, сплю ли я. Затем дверь с грохотом растворилась и в комнату вбежало ОНО — с бледным круглым лицом без носа, с черными отверстиями вместо глаз и светящейся головой. Оно шипело, кричало и дико визжало. В тот момент (и мне не стыдно в этом признаться, что бы вы на моем месте делали?) я обмочился. Вдруг раздался знакомый смех, в комнате зажегся свет, и в комнате вместо жуткого монстра оказалась сестра. Она сняла маску, выключила фонарик и смеялась так, что, наверное, весь подъезд разбудила (жили мы в трехкомнатной квартире с родителями и сестрой, но родители уехали на дачу на все выходные).

— Ты... т-ты-ы... больная, что ли?!

Я всё не мог прийти в себя. Неужели она не понимает, что я мог умереть от страха?

— Да ладно тебе, — смеялась сестра. — Видел бы ты свое лицо!.. Фу, — поморщилась она. — Ты что, обмочился?

И снова залилась смехом.

Я полусидел на кровати и не знал, то ли подзатыльник ей смачно выписать, то ли эту дуру Бог сам накажет...

— А кто звонил? — спросил я.

Сестра уже успокоилась и рассказала, что она с Антоном (это ее парень, они часто ночевали в комнате моей сестры вместе, когда родителей не было дома) скачали звуки с фильма какого-то, потом заказали услугу, чтобы не определялся номер, а потом мне позвонили.

— Нет, — ее душил смех, — это же нужно было так повестись!

— Дура! — вскипел я. — Неужели ты не понимаешь, что у меня могло остановиться сердце?

— Ой, да ладно, — она небрежно махнула она рукой. — Не остановилось же. На ночь полезно попугаться, чтобы спалось крепче. Иди в душ, — посмотрела она на мое одеяло. — Вонять хоть перестанешь, — она снова рассмеялась и ушла к себе.

«Да, — подумал я. Бывает же...». И чему ещё этот дятел Антон ее научит? Нормальная скромная девушка была, и тут на тебе...

И тут из комнаты сестры раздался ее крик. «Ну-ну», — подумал я и прошел в ванную.

Раздался еще один крик сестры, но я не повелся. Сейчас забегу в ее комнату, а там Антон с сестрой хохочут и фотографируют меня в мокрых трусах, а потом еще, не дай Бог, выложат в интернете. Нет уж, спасибо, я теперь ученый.

Приняв душ (одеяло тоже пришлось замочить в ванной), я переоделся и последовал в комнату сестры, чтобы потребовать их одеяло на эту ночь (вполне справедливо, как я подумал, ведь мое теперь нужно стирать, а ночью спать хочется. А они пускай обнимаются, им и так жарко будет ночью).

Зайдя в комнату сестры, я снова чуть не обмочился.

На полу лежала моя сестра с выражением полнейшего ужаса на лице, почему-то слегка посиневшем. Мне даже в голову не пришло, что это розыгрыш, ведь Антон сидел на стуле... Вернее, то, что от него осталось. Живот был распорот, внутренности вывалились наружу, глаза были выколоты, уши отрезаны и лежали рядом у ног.

На девятнадцатидюймовом плоском мониторе сестры была одна-единственная картинка: на черном фоне в «Пейнте» было написано всего два слова красным цветом: «ПРИКОЛЬНО, ХУЛЕ».

Меня стошнило.

Естественно, меня обвинили в убийстве Антона. Сестра, как показало вскрытие, умерла от шока, но ее смерть наступила раньше, чем у Антона, то есть она умерла не от вида своего возлюбленного, а увидев что-то другое. Возможно, то самое существо, которое убила Антона...

Меня долго и часто вызывали следователи. Благодаря огромной взятке удалось откупиться от тюрьмы. Квартиру пришлось продать.

Родители не верят, что я ни в чем не виноват.

А в прошлый четверг мне приснилась сестра и сказала, что мы снова будем вместе.

Почему-то я ей верю.
♦ одобрил friday13
11 декабря 2012 г.
Первоисточник: paranoied.diary.ru

ВНИМАНИЕ: история содержит в умеренных объемах сленговые выражения и ненормативную лексику, но в силу своих особенностей не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. Вы предупреждены.

* * *

Я не знаю, что это было. Несколько раз я рассказывала эту историю психотерапевтам и требовала у них объяснений, мол, так и так, что на этот счет говорит наука? Наука один раз предположила, что виноваты вещества, один раз прочла мне занудную лекцию «феномен массовых галлюцинаций и как с ним бороться», но в основном с участливым видом наклонялась ко мне и вкрадчиво интересовалась: «А почему вы спрашиваете? Это для вас так важно?».

Нет, блин, мне насрать, знаете. Полторы тыщи в час вам плачу исключительно за насрать.

Это несмешная история. Несмешная настолько, что рассказывать ее серьезно я не могу, извините. Просто держите в голове — это было на самом деле, и кончилось, и кончилось препогано.

В прошлом году в июле моя подруга Аня позвала меня на выходные в лес, к какому-то ей одной известному озеру. Едут Митя с девушкой, едет Ястреб, едет Вита, едет черт с рогами, без тебя никак, в общем, непременно гоу-гоу, и не боись, они все прикольные, особенно Ястреб — он и диггер, и альпинист, и реконструктор, и швец, и жнец, и полный абзац. Кстати, у него и девушки нет, ага?.. Ай, короче, поехали!

И я «короче, поехала». Не будь Аньки, вряд ли бы я сунулась в незнакомую компанию. Из перечисленных ею людей мне был смутно знаком разве что Митя, и в тот единственный раз, что я с ним говорила, я сочла его преизрядным придурком.

А еще я очень хотела в лес. Это был мой первый выезд тем летом, все как-то не складывалось — то работа, то болела, то погода такая, что мусор донести до помойки — сто раз подумаешь.

Люди и правда оказались прикольные. Правда, Ястреб, диггер и альпинист, оказался на поверку виртуозным треплом, ни разу не видевшим ни скал, ни пещер. Девушка ему нужна с ушами, как у слона — чтоб лапша помещалась, решила я, пускай такую и ищет.

Добирались на электричке, часа три, и еще два шли пешком от станции. Пока поставились, поели, выкупались — начало темнеть. Мы расселись у костра, достали выпивку, начали петь песни и травить байки. Когда перешли к страшилкам, Виталик презрительно хмыкнул: «Бегут-бегут по стенке зелёные глаза!», подобрал с бревна плавки и ушел на берег.

Через три с половиной байки с озера донесся громкий плеск, потом удар, а потом Виталик вернулся к костру с огромной рыбой в руках и изумлением на лице. Он сказал, что рыба фактически прыгнула ему в руки — сперва плавала рядом с ним, а когда он решил ее поймать — просто взял руками и вынул из воды.

Добычу признали сомом, а может, налимом, а может — белой акулой, и решено было сварить уху.

Утром я сперва не поняла, отчего проснулась, а потом крик повторился. Я кое-как натянула футболку и, в трусах и босиком, выскочила из палатки.

Кричала Анька. Стояла у кострища и орала, белая, как бумага. Увидев меня, она бросилась мне на грудь, бормоча — там кости, Катя, Катя, там кости...

В других палатках тоже завозились. Я вытянула шею и вгляделась в кострище. Ну, кости. Рыбий скелет неприлично больших размеров.

— Да, — сказала я, — рыбьи. Вчера была уха, помнишь?

Анька замотала головой, подтащила меня за руку к кострищу и, изо всех сил отвернувшись, произнесла чужим гнусавым голосом:

— Н-не рыбьи. Н-нет.

Я встала на корточки, не выпуская Анькину руку, и посмотрела поближе. Кости остались рыбьими. Я, поморщившись, подобрала череп... Тут подошел Ястреб, открыл было рот, но вдруг поперхнулся и замер, не сводя с меня глаз. Через секунду он пришел в себя и начал требовать объяснений — чье, значит, хреново чувство юмора честных ястребов до усрачки доводит?

Я положила череп обратно в пепел, вытерла ладони о траву и попыталась понять, что он имеет в виду. Не смогла. А вот Анька при слове «юмор» шевельнулась, а потом села рядом со мной и потыкала череп палочкой.

— Точно, — сказала она, — игрушка. Твою мать. Кто это сделал, какая сволочь? Голову оторву! Кать, слушай, выброси эту дрянь, я не хочу трогать!

— Давайте оставим! — попросил Ястреб. — Пусть еще кто-нибудь испугается! Митя! Митя, тут у нас шашлык с христианских младенцев! Подошедший Митя глянул на кости, ахнул было, но тут же плюнул.

— Петросяны, епть. Голова гудит, а вы тут устроили.

Вита тоже заорала. Виталик был без очков и не увидел костей, а то и кострища, а то и нас, и видеть не хотел, так как страдал с похмелья. Митина девушка обозвала Ястреба «пидорасом» и кинула в него кружкой. Молчаливый тип по имени Леня перекрестился и попятился, отчего все покатились со смеху.

Кроме меня, хотя, кажется, я улыбалась. Мне, несмотря на жару, было холодно. Сердце ныло. Что они видят такое? А я — я свихиваюсь? Это так с ума сходят? Если да — то кто сходит-то, они или я?

Может, это меня разыгрывают?

Я медленно-медленно встала и отозвала Аньку в сторону.

— Анька, — сказала я, — только, пожалуйста, не нервничай. Ань, я вижу скелет вчерашнего сома. Я не знаю, над чем вы сейчас смеялись.

— Ты прикалываешься? — неуверенно спросила Анька. — Ты точно прикалываешься.

Я посмотрела в ее готовое снова побледнеть лицо и выдавила «да».

Когда мы вернулись, народ сидел на бревнах и вяло спорил о том, кто именно подсунул в угли «эту херню». Я обвинила во всем Ястреба, а потом сообщила, что у меня срочное дело в городе, и мне пора бежать-бежать.

К психиатру, мысленно добавила я.

Виталик вызвался проводить меня до станции, и я никогда и никому не была благодарна сильнее. По дороге, когда мы еще шли вдоль берега, он вдруг запнулся, помотал головой и буркнул:

— Мерещится всякое с вашими шуточками.

— Что мерещится?

— Да... баба какая-то. Страшная. У воды. Стой, вон она! Ты не видишь?

Я молча поволокла его за руку вперед. Это Виталик, у него зрение — минус 128, ему что ни пенек — отряд матросов на зебрах, и ну да, да, знаю, сейчас он в очках...

Кажется, я убеждала его уехать вместе со мной. Не помню.

Я была дома вечером того же дня.

Спутников моих искали с вертолетами и собаками.

Нашли только Аньку, совершенно седую и сумасшедшую. Она жива, я регулярно навещаю ее в местной больнице, она боится воды — любой, даже в чашке — и, бывает, не пьет по несколько суток, а моют ее насильно. Она похожа на собственный труп.

Когда ей получше, с ней можно поговорить. Когда ей совсем худо, она смотрит в стену и шепчет безостановочно о съеденных детях — из криминальной хроники, фильмов ужасов, сказок.

Ее преследует женщина, старуха с клыками и в чешуе, пахнущая болотом.

Страшная баба.

А меня не преследует.

Я даже не трогала ту уху.

Вегетарианка я.
♦ одобрил friday13
ВНИМАНИЕ: в силу своих особенностей данная история не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. В результате история содержит большое количество ненормативной лексики, сленговых выражений и грамматических ошибок. Вы предупреждены.

* * *

[khiMERSen] (00:23:32 9/02/2012): Здарова, гумба-гангста!
—{SSkimo}— (00:23:48 9/02/2012): хай
—{SSkimo}— (00:23:56 9/02/2012): не спишь?
[khiMERSen] (00:24:08 9/02/2012): Не
—{SSkimo}— (00:24:30 9/02/2012): опять дрочишь? :lol:
[khiMERSen] (00:25:01 9/02/2012): На хуй иди
[khiMERSen] (00:25:18 9/02/2012): Так, музяку слушаю
[khiMERSen] (00:25:51 9/02/2012): Ты че делаешь? у тя тоже свет горит
—{SSkimo}— (00:26:07 9/02/2012): заебал ты палить меня!)
—{SSkimo}— (00:26:36 9/02/2012): я ебаться буду тоже подглядывать будешь?
[khiMERSen] (00:26:44 9/02/2012): :rolf:
[khiMERSen] (00:26:51 9/02/2012): ага
[khiMERSen] (00:26:59 9/02/2012): И советы давать
—{SSkimo}— (00:27:10 9/02/2012): ананист одиночка
[khiMERSen] (00:27:26 9/02/2012): Я такой, да…))
[khiMERSen] (00:27:38 9/02/2012): Че ты ходил насчет работы
[khiMERSen] (00:27:42 9/02/2012): ?
—{SSkimo}— (00:27:58 9/02/2012): да хуй то там
[khiMERSen] (00:28:10 9/02/2012): Че так?
—{SSkimo}— (00:28:41 9/02/2012): завтра пойду
—{SSkimo}— (00:29:40 9/02/2012): пока зачет пересдал, пока с пидорком там одним встретился, потом тачку в автосервис отогнал
—{SSkimo}— (00:29:51 9/02/2012): завертелся короче
[khiMERSen] (00:30:00 9/02/2012): Почем у нас нонче услуги карбюраторщика?
—{SSkimo}— (00:30:32 9/02/2012): а хуй знает, у меня там пацан знакомый робит
[khiMERSen] (00:30:58 9/02/2012): Блатной, хули
—{SSkimo}— (00:31:17 9/02/2012): ну дык
—{SSkimo}— (00:31:48 9/02/2012): прикинь че
[khiMERSen] (00:31:54 9/02/2012): а?
—{SSkimo}— (00:32:11 9/02/2012): я ж до того черта дозвонился сегодня
[khiMERSen] (00:32:33 9/02/2012): До того самого?
—{SSkimo}— (00:32:40 9/02/2012): ага
—{SSkimo}— (00:32:57 9/02/2012): завтра забились на восьмере в шесть вечера
—{SSkimo}— (00:33:08 9/02/2012): пиздец ему
[khiMERSen] (00:33:21 9/02/2012): Не убей хоть.
—{SSkimo}— (00:33:29 9/02/2012): посмотрим
[khiMERSen] (00:33:49 9/02/2012): Чего он говорит?
—{SSkimo}— (00:34:39 9/02/2012): да нихуя. вообще не свое не наше городит. то я там был, но не при делах, то меня там вообще не было. мычит кого-то
—{SSkimo}— (00:34:56 9/02/2012): пиздец, осел короче
[khiMERSen] (00:35:09 9/02/2012): Меня с собой позовешь?
—{SSkimo}— (00:35:32 9/02/2012): да нахуй ты там сдался интелигент
—{SSkimo}— (00:35:42 9/02/2012): толку с тебя))
[khiMERSen] (00:35:51 9/02/2012): Болта отсоси)
[khiMERSen] (00:36:08 9/02/2012): Прикинь, у тя на падике нарк какой-то)
—{SSkimo}— (00:36:17 9/02/2012): в см?
[khiMERSen] (00:37:15 9/02/2012): Ну, блять, нарк, какой еще смысл? типок какой-то, бич бичом. В капюшоне. На ногах кое-как стоит
[khiMERSen] (00:37:30 9/02/2012): Ебальник у него — не приведи Господь
—{SSkimo}— (00:37:59 9/02/2012): сядет срать, скажи мне. выйду, будку снесу к хуям))
[khiMERSen] (00:38:50 9/02/2012): Странный он такой. жутковатый(

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
♦ одобрил friday13