Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «БЕЗ МИСТИКИ»

6 января 2014 г.
На севере Японии можно найти два десятка мумифицированных тел монахов, известных как «сокусинбуцу». Эти монахи были последователями Сюгэндо, древней формы буддизма, и умерли, совершив величайший акт самоотречения.

Три года монахи питались только орехами и семенами, одновременно подвергая себя изнурительным физическим нагрузкам, лишавшим их запасов жира. Затем еще три года они ели только кору и корни деревьев и пили ядовитый чай из смолы дерева «уруси», из которой в Японии производят лак для деревянной посуды. Эта диета вызывала рвоту и быструю потерю соков тела; что существеннее, от нее погибали личинки червей, пожиравшие трупы и вызывавшие разложение. Наконец, монах, подвергавший себя мумификации, запирался в каменной могиле величиной чуть более собственного тела и пребывал там, не покидая позы лотоса. Единственной связью с внешним миром ему служили трубочка для дыхания и колокольчик. Каждый день он звонил, давая тем, кто снаружи, понять, что он еще жив. Когда колокольчик переставал звонить, трубочку вынимали, а могилу заваливали камнем.

Не всем монахам удавались попытки самостоятельной мумификации. Когда могилы открывали, некоторые тела находили в состоянии разложения. Таких монахов снова запирали в могилах. Их уважали за стойкость и выдержку, но не поклонялись. Тех же, кому удалось самих себя мумифицировать, почитали равными Будде — их тела выставлялись на всеобщее обозрение, а их последователи ухаживали за трупами. В XIX веке японское правительство поставило «сокусинбуцу» вне закона, хотя эта практика, судя по некоторым данным, дожила до двадцатого столетия.
♦ одобрил friday13
30 декабря 2013 г.
Первоисточник: ssikatno.com

Том сидел у окна и смотрел, как крупные капли дождя, разбиваясь о стекло, медленно сползают вниз. Иногда то тут, то там на чёрном небе вспыхивала уродливая молния. Разрезав небо пополам, она снова исчезала, погружая весь мир в непроглядную тьму. Откинувшись на высокую спинку кресла, он медленно закрыл глаза и погрузился в тревожную дремоту. Сейчас ему уже ни о чём не хотелось думать. Он просто сидел и слушал размеренный шум октябрьского дождя.

Там наверху, в спальне, ещё полчаса назад всё уже закончилось.

Приехав с работы на два часа раньше обычного, Том увидел возле своего дома незнакомый ему автомобиль. Войдя в дом, он увидел чужие мужские ботинки, стоящие на обувной полке. Что-то внутри Тома медленно зашевелилось и похолодело, лоб покрылся испариной. В доме стояла мёртвая тишина. Хотя нет — наверху кто-то был, но еле различимые звуки заглушала дубовая дверь, ведущая на второй этаж. Поднявшись наверх, Том медленно подошёл к дверям спальни и прислушался к сдавленным стонам и тяжёлому дыханию. Приоткрыв дверь, Том увидел свою супругу с каким-то мужчиной. Они сплелись, как змеи, и не замечали ничего вокруг.

Несколько мгновений Том просто стоял и смотрел, чувствуя, как волна гнева накрывает его. Не чувствуя собственных ног, Том спустился в подвал. Там он открыл сейф и достал из него крупнокалиберный охотничий карабин. Трясущимися руками Том зарядил все четыре патрона и направился с ружьём наверх. Войдя в спальню, он направил карабин на любовников, которые находились к нему спинами и продолжали доставлять друг другу удовольствие. Четыре выстрела прогремели как во сне, превратив тела любовников в кровавое месиво.

Бросив карабин на пол, Том вышел из спальни и спустился в гостиную. Там он рухнул в кресло и уставился невидящим взором в тёмное окно.

Звонок мобильного телефона донесся словно из другой вселенной. Достав надоедливый телефон из кармана, Том посмотрел на мигающий дисплей. Он почувствовал, как по всему телу пробежала ледяная дрожь. Пальцы окаменели и не слушались. Мобильник упорно продолжал верещать…

Совладав с собой, Том нажал кнопку и поднёс телефон к уху. В трубке раздался голос его жены Айлин:

— Дорогой, сегодня к нам приедет моя сестра. Скорее всего, и Ричард будет с ней. Ключ от дома у неё есть, так что, когда ты приедешь, скорее всего, они уже будут внутри. Когда будешь возвращаться с работы, купи пару бутылок белого вина. Дорогой, ты меня слышишь? Почему ты молчишь? Дорогой…

— Я уже дома, — ответил Том и отключил телефон.
♦ одобрил friday13
20 декабря 2013 г.
С форума людей, больных шизофренией:

------

Мне очень хочется поделиться своими ощущениями. К сожалению, в обычной жизни людей, готовых меня выслушать, нет. Даже в дурке их не было. Как-то мы с девочками после хорошего кофе разговорились про свои истории. Но одна девчонка просто вдруг стала плакать, ей стало страшно, она просила не рассказывать.

* * *

Это ощущение помню очень хорошо: при разговоре с посторонним, когда уже готово сорваться с губ что-то о том фантастическом, сверхъестественном мире, в котором я жила, мне будто кто-то прикладывал ладонь ко рту, мягко так «затыкал», мол, молчи, дура, молчи.

* * *

Голоса — это зло. Всегда. Что бы они ни говорили. Конечно, хорошее утешение — думать, что ты избранный, но нужно переставать слушать их и говорить с теми, кто пытается вклиниться в ваш мозг. Если делать наоборот, то однажды это обернётся против вас. Думаете, голоса всё время будут приветливыми? Это только поначалу. Потом они начнут говорить о смерти, убийстве... Нельзя с этим шутить!

* * *

С голосами лучше не связываться. Могут в такие дебри увести, что назад дороги не станет видно. Никакой полезной информации вы от них не получите. Все довольно деструктивно. Особенно, когда они начинают с вами рассуждать о смерти... Есть еще те, которые идут извне. Те, самые опасные! Не шутите с ними.

* * *

У меня были галлюцинации со звуками, все звуки становятся раскатистые, как в колодце, и появляются звуки, которые тебя «зовут». Иногда появлялись лица — на стене, на кресле, на моём лице.

* * *

У меня были голоса несколько раз. А зрительные — предметы двигались, одежда летала, под столом что-то ползало, двигались дверные ручки, насекомые бегали по стенам...

* * *

Я сплю, тут чувствую — меня трогают за плечо. Удивляюсь, но не поднимаю голову — дома никого же нет. Меня снова трогают за плечо. Я, наконец, ничего не соображая со сна, поднимаю голову, и тут сразу же с середины комнаты громкий голос начинает говорить, жаловаться, жалобно так плакать и причитать беспрерывно. А когда выговорился, то пропал.

* * *

Мои первые глюки начались в 14 лет и очень сильно напоминали видения. Бредовые видения. Когда спускался по лестнице в подъезде, показалось, что кто-то преследует меня. И за стеклом я увидел силуэт человека без кожи. Потом всё было залито кровью: я видел, что люди сходят с ума от крови и режут друг друга. Я подошёл к окну — там все резали друг друга. Таких сильных галлюцинаций было мало. Обычно просто стены дышат, оживает дверная ручка и появляются силуэты.

* * *

Кажется, что меня преследуют, оборачиваюсь — никого. Когда нахожусь одна в комнате, кажется, будто кто-то стоит за спиной, оборачиваюсь — опять же никого. Часто снятся кошмары, что я кого-то режу...

* * *

Мне временами хочется кого-нибудь убить. Вот, например, идёт совершенно незнакомый человек, а у меня в голове тут же рисуется картина его вспоротого живота и выпадающего оттуда на асфальт кишечника.

* * *

У меня были глюки, голоса, очень много голосов. Казалось, как будто за мной следит сосед сверху. Зашел домой, закрыл дверь, начал смотреть в глазок. Видел людей из ада. Мне стало страшно, они демонстрировали свои страшные лица.

* * *

В возрасте от 10 до 12 лет я любила мучить и убивать животных. Если не убью, то потом буду его крепко обнимать, жалеть и отчётливо чувствовать, что это я, такая хорошая, спасла, скажем, пёсика от злой живодёрки, забыв, что этим чудовищем я была сама. В 12 лет я прекратила издеваться над животными, потому что я убила бабушкиного любимого щенка и видела, как она горько плакала. Я наврала, что щенок сорвался в восьмого этажа — это я его поставила на перила и выжидала, пока он упадёт. В 13 лет этот пёс начал меня преследовать. Я слышала, как ходят его лапки с маленькими коготочками по линолеуму. Видела его... Он скалился на меня, мне было страшно, я истошно кричала.

* * *

Просматриваю газету. В газете фото какой-то актрисы. Фото как фото. Но глаза у нее живые! Смотрят прямо на меня! У меня жуткий страх.

* * *

У меня было нечто похожее. Глаза как бы выделялись и светились, тоже страшно было.

* * *

А мне, наоборот, все люди в газетах казались мертвыми. Как будто это снимки трупов.

* * *

Мне видятся глаза огромного размера, в диаметре где-то метр, и их очень много, они со всех сторон смотрят на меня.

* * *

Когда долго в зеркало смотрю, все вокруг растворяется, и я вместо себя вижу черного человека, страшного до жути. Сейчас боковым зрением начала видеть его вместо других людей.

* * *

Ко мне по ночам приходит то ли дьявол, то ли нечто какое-то, и я с ним разговариваю.

* * *

Мне часто являются глюки, связанные с телом. То вдруг понимаю, что руки не мои. То глючит, что между головой и ногами расстояние в несколько километров. То я безмерно огромный, то очень маленький, то меня вообще нет, меня забыли сотворить.

* * *

Появились зрительные галлюцинации — они разные. Очень разные. И красивые, и жуткие. Я не управляю иногда вообще собой. Недавно я хотела утопиться, правда, этого я не помню. Меня вытаскивали из ледяной ванны в одежде, не реагирующей ни на кого и заплаканную.

* * *

Года четыре назад я чуть с катушек не слетел — такие были глюки. Внутрь моей комнаты вползали на четвереньках голые люди без лиц. С потолка спускались пауки размером с собаку, фотографии начинали разговаривать со мной шепотом, напротив дома на ветках сидело человекообразное существо с головой свиньи.

* * *

Я сидел на берегу реки и смотрел в окно заброшенного здания, которое было на другом берегу. Там серая тень женского пола с роскошными формами танцевала стриптиз, а потом стала вести себя еще пожарче... Я перешел через мост и подошел к этому окну, посмотрел в него — и увидел костлявую старуху с косой, и она этой косой резко махнула в мою сторону. Ощущение было такое, как будто она меня и скосила, но я не упал.

* * *

На меня когда находит мысль, будто я играю главную роль в фильме ужасов. Сценарий всегда один и тот же — меня хотят убить. В последний раз я была на природе на шашлыках. Так мне начало казаться, что шашлыки сделают из меня. Всех начала подозревать в людоедстве, а меня будто туда специально заманили, чтобы съесть.

* * *

Недавно приснилась мне какая-то монотонная музыка неизвестного инструмента. И от этой музыки у меня пошла кровь из носа. Я проснулся, но музыка по-прежнему играла, от этого мне стало страшно.

* * *

Иногда перед сном, когда выключен свет, я чувствую, что в комнату зашел мертвец, стоит и смотрит на меня.

* * *

Ночью проснулась оттого, что меня душат. Начинаю кричать, пытаюсь пошевелиться — тело скованное, и чья-то рука зависла надо мной. Лежу и вижу, как я сама от себя отделилась и пошла в другую комнату. Саму себя видела, своего двойника.

* * *

В темной комнате, когда я пыталась заснуть, мне казалось, что кто-то рядом, кто-то смотрит на меня, мерцали тени и блики. Были слышны шорохи и шаги, дыхание. Несколькими часами ранее, когда я сидела за компьютером, мне казалось, будто кто-то дотрагивается до меня. Такое со мной бывает нередко. Жутко. Меня трясет, и я мокрая от пота, хоть в комнате прохладно. Каждый шорох пугал меня до мурашек. Некоторые предметы сами падали. Ночь была похожа на фильм ужасов.

* * *

А у меня такое было: проснулась посреди ночи, а на меня из темноты смотрят два красных глаза, и как будто вокруг них темнота гуще. Как будто там маленькое тело, но его не видно. Оно было маленькое — глаза находились сантиметрах в 15 — 20 от пола. И оно было враждебное. Я смотрела ему прямо в глаза. Так испугалась, что потом еще несколько лет не могла уснуть сразу — ждала и боялась.

* * *

Иногда кажется, что я на самом деле не живу, а лежу в глубокой коме, и все, что происходит вокруг, мне только мерещится.

* * *

Самое ужасное — просыпаться после кошмара прямо в кошмаре и так несколько раз подряд, пока не проснешься на самом деле.
♦ одобрил friday13
16 декабря 2013 г.
Сразу предупреждаю — в моей истории нет мистики, монстров, мёртвых девочек и вообще чего-либо сверхъестественного. Я рождён и воспитан в СССР, поэтому во всё это не верю, хотя и люблю почитать иногда страшилки на ночь. Здесь только тот ужас, который любой из вас может пережить, если сам к этому придёт.

Началось с того, что я дико задолбался на работе. Причём не грузчиком каким-то работаю, а с полной отдачей интеллектуальных ресурсов. Несколько месяцев работы по 12-14 часов в день, зачастую без выходных, постоянные энергетики и сильные ноотропы... Мозг молил о пощаде и, наконец, уже ползком я добрался до отпуска. А как бы расслабиться после этого всего, угадайте? Забухать! Бинго!

Первые дней пять отпуска прошли в хорошем таком алкогольном марафоне. Никаких поисков приключений, никакого времени дня и ночи, просто водку водкой закусываешь, смотришь какие-то клипы, пока пальцы мышку держат. Проснулся — и по-новой... На пятый или шестой день я дал себе команду тормозить это дело. Взялся резво: промывание желудка, душ, много литров минералки.. Я же просто не знал, что так делать нельзя. Запомните — НЕЛЬЗЯ, ребята! От такого резкого торможения происходит какой-то коллапс в нервной системе, и приходит она. Делириум тременс. Белка.

Поначалу не было никаких зелёных чертей, тараканов, прочих кусачих тварей, как об этом любят писать. Пришла очень сильная тоска. Тревога. Какая-то мнительность, непонятный страх. И бессонница. А чем ещё заняться при бессоннице? Правильно, залезть со смартфона в Интернет и читать. Причём, я, как самый умный, решил клин клином вышибать и залез на «Мракопедию». Сна нет, читаю час, другой, третий, потом как-то отвожу телефон в сторону. И чётко вижу, как поднимается по стене и ползёт ко мне по потолку какая-то клубящаяся масса и норовит сформироваться в какой-то конкретный образ...

Это был настоящий ужас. Я с трудом подавил желание заорать и кинуться прочь. Ведь не может же этого быть. Вообще. Никак. Я понял, что такое холодный пот и настоящий страх, как сердце рвётся из груди. Мне хватило сил дотянуться до выключателя и включить свет. Конечно, в комнате ничего не было.

Когда успокоилось дыхание, пульс упал раза так в три и вернулась способность мыслить, я начал что-то подозревать. Я вспомнил, что когда-то читал об алкогольном делирии, но не принимал прочитанное всерьёз — ведь со мной же этого не случится! По крайней мере, всё это происходит в моей голове. Я выключил свет...

Эта тварь снова висела на потолке. То ли паутина, то ли ткань, которая постоянно струится и колышется. Движется вслед за взглядом. Это меня более-менее успокоило — значит, это точно какое-то нарушение либо в зрительном нерве, либо в долях мозга, которые обрабатывают зрение. Но всё равно, это было очень жутко: когда единственное, чему ты в полной мере доверяешь — твой мозг, твоё сознание, — даёт такое зримое искажение реальности.

Конечно, до утра я так и не уснул. Лежал, читал в Интернете о делирии, смотрел на потолок. К утру оно стало светящимся и зелёным, съёжилось в размере, но всё так же было абсолютно реальным, висело там и струилось.

Днём я взял машину, съездил к своей любимой, и мы прекрасно провели вечер. Перед сном выпил пару бутылок пива — ну, чтобы резко не завязывать. Лёжа на кровати, с удовольствием смотрел на стены и потолок, снова ставшие привычными и чистыми, и потихоньку уснул.

Проснулся оттого, что на кровать залез обгорелый чёрный труп. Он крепко держал меня за плечо. Ничего не говорил, только клацал перед моим лицом кривыми зубами без губ.

«Цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок...».

В общем, краткосрочной госпитализации избежать не удалось.

Сейчас мне жутко вспоминать о тех днях. Но я всё равно считаю, что в этот раз Белка лишь хвостиком мне помахала — а ведь однажды может и вся вылезти. В любом, самом страшном облике.

Берегите себя.
♦ одобрил friday13
Автор: niko7183

Эта история характерна для истоков многих страшных историй. Она является прототипом народных «ужастиков», которые потом трансформируются, набираются кошмарных сцен и кровавых подробностей. Я не отрицаю факты наличия действительно ужасных и необъяснимых случаев и явлений, однако в основном все такие истории рождаются по типу той, которая приведена мною ниже.

Данный случай был рассказан мне моим дедом и полностью соответствует действительности. До войны, будучи молодым парнем, дед часто ходил из своей деревни Старочемоданово, что находится в Рязанской области, в клуб на танцы в соседнюю деревню Новочемоданово. В тот выходной день, о котором идет речь, дед, как обычно, был в клубе соседней деревни. В разгар безудержного, по тем временам, веселья, когда дамы приглашали на танец кавалера, к нему подошли ровесники с этой деревни. Один их сверстников был двоюродным братом моего деда. Он сказал ему напрямую, без обиняков, чтобы он уходил с танцев, так как сегодня будет выяснение отношений со Старочемодановскими ребятами из-за девушки. Дед не знал, что за девушка и с кем она встречается, так что тихо предупредил своих, чтобы они уходили, и сам покинул клуб.

Когда он отправился к себе в деревню, время было далеко за полночь. Деревенская лесная дорога была щедро усыпана светом луны. Полнолуние было умопомрачительное, пейзаж казался нереальным — точная копия картин художников-авангардистов. Так он и шел по дороге, пока не услышал крики и топот сзади него. Он понял, что кто-то убегает из клуба по направлению к нему и по той же дороге. Дед решил сократить расстояние до деревни, чтобы позвать сверстников на подмогу, однако кратчайший путь шел через кладбище, где хоронили людей с нескольких близлежащих деревень. Побежав по дороге на кладбище, дед вдруг почувствовал, что куда-то проваливается, и тут же оказался на дне свежевырытой могилы. Над головой деда были видны лишь звезды в прямоугольном обрамлении. Вот что называется, в буквальном смысле, «небо с овчинку».

Могилка была свежая, и земля была, прям как в песнях, сыра. Попробовав выбраться, дед понял, что земля осыпается, а высота не позволяет подпрыгнуть к краю и вылезти. После нескольких неудачных попыток выбраться дед присел и закурил. И тут ужас буквально парализовал его: в кромешной темноте в свежевырытой могиле он услышал чье-то тяжелое дыхание...

Оставшись один на один с первобытным ужасом темноты и неизвестности, человек реагирует, как правило, легким ступором, но это нормальная защитная реакция организма. Дед забился в угол могилки и начал пристально всматриваться в темноту, одновременно напрягая слух. Несколько минут затянулись на несколько часов, но тут вдруг громко и отчетливо рядом с дедом раздался леденящий кровь звук: «Ме-е-е!». Дед сжался, пытаясь защититься, и тут отчетливо увидел страшный силуэт апокалиптических очертаний — вытянутое лицо, козлиная борода и сатанинские рога. Очертания приблизились и тут же разродились еще одним блеянием: «Ме-е-е!». Дед был ни жив не мертв, однако быстро сообразил, что вместе с ним в могиле находится коза, которая, видимо, упала сюда же ранее.

Успокоившись, дед подсел к козе и, обняв ее, начал греться, так как ночи уже были прохладные. Прошло какое-то время, луна скрылась за облаками, и тут дед услышал, что по дороге едет телега. Раздался голос возничего «Тпру!», в котором дед безошибочно узнал своего дядю со Старочемоданово, который, видимо, возвращался с ярмарки из города. Поняв, что это единственный шанс не остаться на кладбище до утра, дед изо всех сил начал кричать:

— Дядя Трофим! Дядя Трофим, помоги мне!

Дядя Трофим остановил телегу и, будучи мужиком завидного здоровья (на ярмарках он за деньги гнул подковы и постоянно принимал участие в кулачных боях на Прощеное воскресенье), решительно подошел к могилке:

— Племянничек, ты, что ль?

— Я, дядя Трофим! Помоги выбраться!

— Хорошо, сейчас поводья тебе, дураку, скину — обвяжись, и я тебя вытяну.

— Хорошо, дядя Трофим!

Дальше события развивались, как в фильмах ужасах, и все из-за моего деда. Ему дядя сбросил поводья, и дед уже практически начал обвязываться, как тут ему стало жалко бесхозную козу. Не подумав о том, что в то время была ночь, около трех часов, что это было старое кладбище и не было ни души вокруг, он «героически» решил спасти сначала спасти козу, а потом вылезти сам. Дед привязал козу и крикнул дяде Трофиму, чтобы тот тянул. Каково же было изумление и нескрываемый ужас дяди Трофима (несмотря на физическую силу), когда он после общения с племянником вытянул из могилы козу, а может, и само дьявольское отродье!.. Бежал до деревни он быстрее лани, бросив лошадь, телегу и товары. Прибежав, он начал ходить по односельчанам, выпивая самогон, и рассказывал про ужасы, творящиеся на кладбище.

Стоит добавить, что по поводьям дед вылез сам и вытянул из могилы козу. Однако, когда он вернулся в деревню, ему пришлось еще несколько недель жить на мельнице у отца, чтобы не быть побитым дядей за ночное недоразумение.
♦ одобрил friday13
4 декабря 2013 г.
Автор: AntonR

Он всегда был немного странным. Когда они познакомились, он казался ей тем, кто создан специально для нее. С ним ей было спокойно. Не сказать, что у них была какая-то потрясающая страсть. Да и большой любовью-то это можно было назвать с натяжкой — но все-таки она, не раздумывая, согласилась стать его женой.

Внешне он был довольно заурядным, даже немного запуганным. И в компаниях он вел себя несколько скованно. Но она-то знала, что скрывает эта блеклая внешность. Он был сильным. И он мог защитить ее и их сына в любой момент.

Но потом эта убежденность в силе стала переходить в некоторый страх. Ей стало казаться, что она знает своего мужа уже не так хорошо. И чем дальше, тем сильнее стало в ней укореняться это чувство.

А потом начались эти всплески. В какой-то момент он начинал цепляться к каждой мелочи, раздражался, кричал. Потом пропадал на несколько дней. И когда появлялся — его было не узнать. Тихий, спокойный, он улыбался ей, как когда-то в молодости. Она сразу поняла — у него появилась любовница...

Открыв дверь подъезда, женщина медленно стала подниматься по лестнице. В почтовом ящике что-то лежало. Квитанция.

В их ящик уже несколько раз бросали квитанции соседей, поэтому она каждый раз смотрела на имя получателя. А нет, все верно — на имя А. Р. Чикатило, ее мужа.
♦ одобрил friday13
2 декабря 2013 г.
Для любителей сверхъестественных явлений моя история, наверное, не будет интересной, но все же...

Случилось это пару лет назад. Жил я тогда в пятиэтажном доме, но не в «хрущевке», а в экспериментальном доме. На лестничной площадке было всего по две квартиры на каждом этаже. Так что со мной на этаже жил всего один мужчина — на вид ему было лет 30-35, не больше. Я с ним ни разу не общался, как и с другими жильцами. Наши квартиры были абсолютно идентичны друг другу, разве что располагались в зеркальном отображении. Комнаты не граничили между собой, так что, даже если бы были тонкие стены толщиной с картонный лист, ничего не было бы слышно. Однако ванные комнаты находились в одном и том же месте — их разделяла единственная стенка. В остальном же можно было считать свою квартиру полностью автономной.

Но был в этом чудном доме один изъян. Непонятно, с какой целью, но в стене ванной почти под самым потолком было что-то вроде форточки размером примерно с тетрадный лист. Соответственно, при подходящем росте можно было подсматривать в ванную комнату соседа по лестничной площадке. Окошко было запаяно металлической решеткой.

События, произошедшие со мной, начались ночью. Я уже не помню, что тогда разбудило меня, но я проснулся посреди ночи весь в поту. Майка прилипла к телу. Немного полежав в постели, я понял, что спать совершенно не хочется, и решил принять ванну. Порой горячая ванна помогала мне расслабиться. Я пошел в ванную комнату, открыл воду и стал ждать, пока ванна заполнится. Когда это случилось, я погрузился в теплую воду. Мысли полностью покинули меня — я готов был пролежать так всю ночь.

Не знаю, сколько времени прошло, но в один момент я понял, что что-то не так: я слышал глухие звуки ударов чем-то тяжелым. Я не сразу понял, в чем дело, но потом сообразил, что звуки доносятся из соседской ванной комнаты. Я еще подумал: «Чего это он там гремит? Ночь на дворе!». Решил, что не стоит вникать в дела соседа, но звуки все продолжались и постепенно начали меня раздражать. Впервые я решился воспользоваться тем странным окошком.

Я приподнялся и оперся руками о стену, дабы не упасть, и встал на ванну. Рост позволял мне не только находиться на уровне окошка, но еще и видеть часть ванной комнаты соседа. То, что я там увидел, чертовски напугало меня. Несмотря на то, что было лето и я только что вылез из горячей ванны, я ощутил своим телом нечто похожее на то, как будто меня окатили из ведра ледяной водой.

Я видел руку соседа, которая взмывала вверх и резким движением опускалась вниз. В руке у него был топор. Краешек стены, который я мог разглядеть, был весь заляпан кровью. Пытаясь отогнать мысли о том, что за чертовщина тут происходит, я начал сам себя утешать: «Сосед, наверное, ходил на рынок и купил свиной или говяжий окорок, он оказался большим, вот он и надумал его разделать», — но тут вспомнил, что время позднее. И чего ему сейчас приспичило?.. Поразмыслив немного, я снова прильнул к окну и тут случилось такое, отчего я чуть было не издал истошный крик, но все-таки успел прикрыть рот ладонью. В маленьком окошке я увидел, как передо мной, в нескольких метрах, промелькнула часть человеческой ноги. Судя по накрашенным ногтям, это была женская стопа.

Сквозь оцепенение я понял, что звуки прекратились. Я снова посмотрел в окно и увидел, что рука с топором застыла в воздухе, словно кто-то нажал на пульте кнопку паузы. Я понял, что сосед сейчас тоже смотрит на это окошко. Тут я растерял остатки храбрости. Медленно, стараясь не шуметь, я спустился и вышел из ванной. Как только я, весь сырой и голый, вышел в коридор, то тут же побежал к телефону, чтобы вызвать полицию. Вызвав ее, я быстро натянул на себя одежду и стал ждать.

Услышав за окном звук автомобиля, я выглянул и увидел, что приехала полиция. Я стал ждать. Подошел ко входной двери и начал прислушиваться. Полицейские поднялись на этаж и начали звонить в квартиру соседа. Спустя, наверное, пять минут сосед открыл дверь и вопрошающе уставился на полицейских. Слов я не мог разобрать, но после недолгого разговора полицейские вошли в квартиру. Я все стоял у глазка и смотрел на входную дверь. Спустя, наверное, полчаса или час, входная дверь открылась. Оттуда вышли полицейские и, извинившись, как я понял, за беспокойство, попрощались и ушли.

На следующее утро, я вышел из квартиры, чтобы пойти в ВУЗ. На лестничной площадке я столкнулся с соседом. Сначала я не понял, что это был он. Я шел, слушал музыку и думал о своем. Но, чуть не налетев на него, я поднял глаза и увидел, что он как-то странно улыбается мне. Не отводя от него глаз, я продолжил спускаться по лестнице. Выйдя на улицу и размышляя об этой встрече, я сделал неутешительный вывод, что он понял, кто именно вызвал полицию.

Тот день у меня прошёл прошел в адском напряжении. Но шло время, а соседа я больше не видел.

Казалось бы, прошло много времени с тех событий и вспоминать тут особо нечего, но теперь, спустя почти три года я вновь вспомнил эту историю. Пришлось.

Сейчас я живу уже в другом доме на 10-м этаже. На днях в воскресенье я решил подольше поваляться в постели. Проснулся около двух часов дня, налил себе чай и стал думать о том, чем же заняться в выходной день. Решил для начала выглянуть в окно, дабы определиться с погодой, стоит ли вообще выходить из дома. Я посмотрел в окно. Небо было ясное, безоблачное, солнце светило мне прямо в глаза. Опустив взгляд вниз, я увидел, что на детской площадке играют дети, ходят люди. Но моё внимание привлек мужчина, который стоял посреди двора и смотрел вверх. Я присмотрелся к нему, думая, с чего же это он уставился вверх, прямо на солнце — так и глаза испортить недолго...

И в этот момент я понял, кто этот мужчина. Это был мой сосед, которого я застал тогда в его собственной ванной за разделыванием трупа. И он смотрел именно на мое окно. Мне даже показалось, что мы с ним незримо встретились глазами.
♦ одобрил friday13
1 декабря 2013 г.
Все эти чудища и призраки из страшилок — это, конечно, страшно. Но что может быть страшнее реальных историй — не дурацких выдумок, а действительно происходивших случаев? Собственно, в этой группе историй не будет ни капли выдумки, только реальные истории от людей, которым мне нет причин не доверять. Буду рассказывать не по порядку, а как вспомню. Истории сильно разбросаны во времени и могут некоторым показаться не очень страшными, но чем богат, тем и рад.

Прежде чем начну писать, упомяну, что наша семья жила в частном доме в захолустном городке (сейчас мы там не живём). Ближайшие соседи — в соседнем доме, в промежутке шириной где-то три метра, другие — метрах в тридцати, после густого кустарника, железа и брёвен. Само собой, тёмными зимними ночами (особенно, если ты дома один) любой скрип и шум превращался в признак присутствия ужасных чудовищ, так и ждущих момента ухватить тебя за ноги, когда переходишь из тёмной комнаты в светлую. Также в той комнате, где я спал, в своё время убили человека (умер по пути в больницу от кровотечения из-за практически отрубленной головы).

Начнём...

* * *

ДОМОВЫЕ

Однажды (лет 40-50 назад) мой дедушка спал в прихожей своего дома. Устал со смены, сразу заснул. А был тёмный вечер, сумерки. Проснулся он оттого, что на грудь давило что-то тяжёлое, «свинцовое», но при этом очень мягкое, как кошка. Дед испугался, заёрзал на лежанке, и существо скатилось с его груди.

Про домовых слышал много историй — есть поверье, что надо спрашивать у него, к добру или к худу он появился. Слышал про знакомую, задавшую этот вопрос; домовой провыл что-то вроде: «Ху-у-у-у», — и исчез. Спустя некоторое время у неё умер близкий родственник.

Лет в 15 я увлекался магией и заклинаниями и любил почитывать книжки с ними. Однажды прочитал про вызов домового и решил поэкспериментировать с другом у него дома. И таки вышло! Суть была в том, чтобы удерживать карандаши в пальцах — они должны подниматься или опускаться. Надо сказать, что так и было — удержать карандаши в одном положении было невозможно. Попросили домового обозначить себя и через пару секунд услышали единичный громкий стук со стороны дивана. Хорошо хоть, что был солнечный летний день.

* * *

ДУХИ

Слышал массу историй про то, как вызывали духов, чертей и прочих существ, сам присутствовал на таком сеансе (с друзьями баловались, опять же). Блюдце таки движется, серьёзно, почти само. Рассказывали, как в молодости родственники баловались, вызывая чёрта (а процесс немногим отличался от вызова духов). Поговорили, поругали и решили спросить: «А где ты сейчас находишься?». В тот же момент в комнате, где происходило действо, что-то сильно бабахнуло, а в следующую же секунду комната опустела.

Кстати, от духов действительно можно было узнать некоторые события, которые произойдут в будущем. Иногда даже совпадало. Единственное — на вопросы вроде: «Когда умрёт такой-то?» — блюдце начинало елозить по столу в виде восьмёрки и прочих фигур, не отвечая. Впоследствии, если кто-то спрашивал, к примеру, как у него будут дела через год, и блюдце начинало ездить точно так же, можно было насладиться зрелищем насмерть напуганного человека.

* * *

ЗВУКИ, ВИДЕНИЯ И ГАЛЛЮЦИНАЦИИ

Лет 6-8 назад, если мне память не изменяет, сидел я в зале (главная комната) и играл в «Денди» (приставка такая, должны знать). Тёплое яркое солнечное утро, игра весёлая, наслаждаюсь процессом. Дома, разумеется, никого нет и не будет несколько часов. Играю, сижу и вдруг слышу какой-то звук. Включаю паузу, прислушиваюсь. В комнате, соприкасающейся углом с той, в которой я сидел, что-то покатилось по деревянной поверхности (как будто шарик из флакона из-под дезодоранта) и упал на деревянную же поверхность (как будто со шкафа), ударился несколько раз и покатился дальше; за ним второй шарик. Вот только в комнате шариков не было, деревянных поверхностей на полу кот наплакал, как и вообще какой-либо возможности чему-либо откуда-либо скатиться. Потом читал много подобных историй — что это было, не знаю, страшно было ужасно.

Помню, что когда я болел в детстве, у меня часто бывали галлюцинации. Помню самую первую — я лежу на кровати, утро. Я смотрю на ряд шкафов вдоль стены, которые начинают искажаться, расшатываться и с грохотом падать, издавая ужасающе громкий звук трескающегося дерева, бьющегося стекла и перекатывающегося содержимого ящиков. Перепугался я тогда знатно, потому что считал, что меня накажут за испорченные шкафы. Помню ещё одну галлюцинацию — я просыпаюсь среди ночи от шума воды. Поворачиваю голову к двери — она открывается, и откуда-то из тёмной глубины соседней комнаты появляется огромная волна. Брызги блестят в лунном свете, шум, волна быстро приближается ко мне. Я тогда жутко перепугался, особенно когда она пронеслась мимо меня. Судя по всему, я потом заснул.

Но, пожалуй, самый жуткий случай со мной произошёл классе в восьмом-девятом. Была зима, ночь, где-то февраль, быть может. Запомнил всё очень детально, опишу подробно.

Тогда мне снился мультяшный сон — как карандашом нарисованный мультик, где возле жёлтой стены лежит антропоморфная кошка в пышной одежде (но не нарядной), хотя было, судя по всему, лето. Красивая такая анимация, и эта кошка как будто просит милостыню. К ней подходит некто женского пола и восклицает: «А-а-а, ты Тру Девис!» (главная героиня фильма, от которого я тогда «фанател»). Кошка отвечает: «Я из второй части», — после чего у неё изо рта начинают вываливаться рисованные жёлтые волосы, причём «частота кадров» резко падает (как будто притормаживает). И в следующий момент, собственно, я почувствовал, что по моей шее с правой стороны кто-то мягкой, тёплой и шершавой рукой проводит вдоль шеи — от плеча к затылку, при этом я сначала не понял и испугался — там, где проводила рука, волосы вставали дыбом. Первая мысль — мама ночью что-то делает и подумала, что разбудила меня. Открываю глаза, поворачиваю голову — а в комнате никого. Как же я тогда испугался… Я чуть не заорал, но не стал, ибо подумал, что «нечто» меня за это покарает, и никто мне уже не сможет помочь. Я до сих пор помню ту руку. Мигом залетел под одеяло и так до утра под ним и проспал, сделав туннельчик для дыхания.

Также как-то раз проснулся среди ночи от громкого маминого крика из соседней комнаты. Спросил, что случилось — сказала, что приснилось, но на следующий день всё-таки рассказала, что когда она ложилась спать, кто-то начал поднимать её за руки, усаживая на кровать. После этого произошёл неприятный случай с одним родственником.

Также слышал такую историю: один знакомый ложился спать и увидел в комнате какого-то страшного лохматого человека. Знакомый заорал, а это нечто двинулось к нему и начало давить, бороться и ударять. Разумеется, знакомый начал защищаться и бить в ответ. Когда к нему в комнату прибежал кто-то из домашних — лохматого уже не было, но «висюльки» на двери сильно болтались, как будто в дверь кто-то всё-таки прошёл.

Ещё рассказывали, что одна из родственниц ещё в молодости в родительском доме стояла на кухне и чистила картошку. Вдруг по окну кто-то начал водить когтем, производя неприятный скрежет и время от времени постукивая. Родственница, думая, что это сестра, крикнула в сторону окна (не глядя туда) что-то вроде: «Прекращай, мне совсем не страшно». А страшно стало, когда родственница поняла, что дома никого нет, сестра гуляет на улице, а окно у них на втором этаже. И птиц нет никаких. Через секунду в кухне её уже, разумеется, не было.

Ещё раньше, когда бабушка (или прабабушка) ложилась спать, то услышала, что за иконами в углу явственно и громко раздаётся грохот бьющихся банок. Банки всё бились и бились, всё громче и громче, до того момента, как ложившаяся не сказала что-то вроде: «Да я слышу, хватит уже». На следующий день они узнали, что один из родственников решил жениться и уже посватался.

Совсем недавно, уже в общежитии, со мной произошёл ещё один жутковатый случай, о котором я тут же написал одной знакомой. Собственно, приведу это сообщение здесь, ибо написано было тем же утром и под впечатлением:

«Вчера (уже вчера) такая чертовщина привиделась, даже страшно. Чуть инфаркт не отхватил, испытав гамму новых интереснейших ощущений.

В общем, я не мог заснуть где-то до пяти часов точно. Лёг, поспал немного, проснулся и начал дремать. Причём снятся осознанные сны — ну ты знаешь — которыми можно управлять и всё такое. Сон крайне необычный, как я уже писал, мне всю неделю снится чёрт знает что — судя по всему, вчера была кульминация.

Снилось, будто я живу в доме в родном и играю в «Денди», причём сильно ностальгирую. Будто я сначала был 15-летним школьником (за окном лето), а потом превратился в малыша, причём была ночь и телевизор стоял, как в то время. Играл я в «Контру», причём сон был скучный, и я не прерывал его только из-за того, что с трудом бы уснул снова, а так — хоть что-то. Музыку из игры я помню с трудом, а во сне спокойно воспроизводил, играя в игру. Собственно, всё началось, когда сон перешёл в заключительную фазу — я решил вспомнить, какая музыка играет из джойстика (который, на минуточку, ничего никогда не играл, ибо там нет динамика). В этот момент я стал просыпаться, и среди полнейшей тишины в комнате услышал явственный и громкий плач младенца. Причём не привычное «увя-я-я, увя-я-я-я» с синусоидной высотой, а звук, когда младенец плачет на выдохе, то бишь последним воздухом, понижая высоту голоса.

Я благодарил всё на свете за то, что у меня в комнате было два соседа. Один не спал и заворочался аккурат после этого крика, от другого вообще не было ни одного звука. Собственно, диспозиция в комнате такая — представь прямоугольник, и в каждом его углу — кровать. В одном углу кровати нет и на одной длинной стороне комнаты две кровати, на другой — одна и стол рядом с местом для обуви; на этой кровати я и сплю. Крик шёл либо с середины комнаты, либо от спящего соседа. Сосед, которого я наутро спросил, слышал ли он крик, списал всё на мои галлюцинации и удивился, чего я так испугался. Собственно, казалось бы, пугаться-то нечего, но, понимаешь, я НЕ СПАЛ, и это был не сонный паралич (могу объяснить суть уверенности, но это муторный психоанализ) и не галлюцинация. Испугала внезапность крика, его громкость и продолжительность (около секунды, хотя мне показалось — секунд пять). Как будто тому, кто издал крик… не знаю, как сказать… ну, кажется, что его никто не услышит. Слава богу, я лежал спиной к источнику звука, от которого я на себе испытал метафору «сердце выскакивало из груди» — оно бешено и глубоко колотилось, причём частота пульса была маленькой. Ещё в туалет хотелось. Мне даже накрыться одеялом страшно было, а тот факт, что мои ноги торчат под столом (где всегда темно и который находился рядом с источником звука), вселил мне обречённую уверенность, что сейчас меня укусит за лодыжки кричащая тварь. При этом бояться было легче, чем потревожить это нечто, залезая под одеяло. Хотел спросить соседа, слышал ли он это, но передумал. Кстати, меня в тот момент посетило такое печальное чувство уверенности, что я всё-таки шизофреник и словил свой первый в жизни «глюк», находясь в нормальном состоянии сознания, и боялся повернуть голову к звуку, боясь увидеть там нечто из разряда галлюцинаций уже зрительных. Как я рад, что начинало светать… Я так и не сомкнул глаз, пока не рассвело, и только тогда «отключился». Сейчас не знаю… либо буду сидеть до утра и потом завалюсь, либо дотерплю до того, что захочется спать так, что только лягу — и сразу засну».

И да, сейчас уже не так страшно, хотя пару дней спустя в полусне я услышал громкое и явственное дыхание спящего человека. А ведь в комнате никого не было… «Википедия» утверждает, что это гипнопомпические галлюцинации, то бишь те, которые являются во время пробуждения.

Как-то раз, несколько лет назад, в пятницу (тринадцатого, да-да) у нас в доме заискрился счётчик. Тот случай, пожалуй, переплёвывает даже ночное поглаживание, ибо искрилось с огнём. Жуткое совпадение. Если б нас не было в той комнате — дом бы сгорел.

Однажды я построил весьма хороший шалаш на участке, отдалённом от всех домов. Хороший, обшитый жестью, с деревянным полом — я там часто лежал на самодельной лежанке, читал или писал. Людей там не бывало практически никогда, но что странно, примерно раз в неделю возле шалаша кто-то ходил. Сделает шаг-два по жестяной тропинке (а она громыхает неплохо, когда её просто задеваешь) и остановится. Ещё шаг (уже гораздо дальше) и снова всё. Ни до, ни после звуков, ни во время них возле шалаша никого не было (даже птиц и животных), что можно было наблюдать в окно или щель в стене. Склоняюсь к неправдоподобной мысли, что это кряхтела жесть под лучами солнца, но, с другой стороны, почему она не громыхала в другие дни?

До того, как я построил шалаш, на том месте жила наша вторая собака, охраняя участок. Большая белая псинка, год-два, может, ему было — Рэем звали. Как-то раз зимой, когда я решил его навестить, ни в будке, ни на участке его не было. Лежала только цепь с ошейником; никакой крови или клоков шерсти. Я нашёл только кончик белого хвоста где-то в два-три сантиметра длиной. Когда я пришёл домой и спросил, где пёс, мне ничего не сказали; впоследствии сходивший туда брат что-то тихо говорил маме про пса, но я ничего не смог услышать. Когда я снова спросил про собаку, брат наорал на меня. Рэя я больше никогда не видел.

* * *

ЗАБАВНОЕ

Пожалуй, самая первая действительно страшная история произошла со мной, когда мне было лет 5-6. Тогда у меня женился брат, и со свадьбы принесли много еды, в том числе банку голубцов (это такой варёный фарш в капустной обмотке; вкусная вещь, надо сказать). А я был незнаком с таким кушаньем. Брат поставил передо мной банку, сказал: «Ешь», — и пошёл дальше. А я сидел и охреневал, что передо мной в банке лежат отрубленные человеческие руки, которыми меня хотят накормить (а толщина была именно такой; в анатомии в то время, я, естественно, не разбирался). До сих пор помню, как сказал брату, чуть не плача: «Я не буду есть эти руки». Смеялись долго.

В захолустном городке, разумеется, было полно недостроек. В одной из них (разумеется) ходил маньяк, убивавший кошек (друг друга моей подруги его таки видел), а в заброшенном клубе по вторникам и пятницам (иначе никак) ходил Фредди Крюгер.

Ещё был случай, когда меня укусил пластмассовый жук — мне лет пять тогда было...

Где-то год назад, моя знакомая, общаясь со мной на сайте, сказала, что рядом с ней взорвалась зажигалка. Сама. Я бы инфаркт словил, пожалуй.

Ещё помню свой первый рассказ, написанный на бумаге. Лет мне было очень мало, писать я умел не в том смысле, как обычно — известными буквами, а своими иероглифами, которые лишь отдалённо напоминали буквы. Не хочу хвастаться, но история была на тему страшилок. Собственно, она заключалась в том, что «мужик увидел крысу в сарае, побежал за вилами, но не успел — она убежала».

Учился в начальной школе, и классе во втором, когда сидели на уроке, открытое окно из-за ветра с диким грохотом захлопнулось. Класс как током шибануло.

Классе в 7-м увлекся сатанизмом (о да) и на домашнее задание по рисованию (свободная тема) нарисовал картины пыток грешников демонами — там и рука, торчащая из проруби, наполненной кровью, и висящие на перекладинах трупы, и раздавленные бетонными блоками грешники, и Смерть с косой… Слава богу, что я его так и не сдал (учительница забыла про домашнее задание), иначе б мой опыт пополнился бы общением со школьными и не очень психологами (впоследствии я с ними таки пообщался, но это другая история).

Но по-настоящему познал суть страха я тогда, когда увидел себя в списках на отчисление в университете...

* * *

ЛЮДИ

Разумеется, самое страшное — это люди. Рассказывала мне мама пару историй. Обе произошли лет 15 назад, если не больше. Однажды поздно вечером к маме домой пришёл некий начальник её мужа. Спросил, дома ли её муж (а дома его как раз не было). Мама спросила в ответ что-то вроде: «А что?» — на что мужик растопырил руки и начал с ехидной улыбкой на неё надвигаться. Но мама молодцом — сориентировалась, и, спокойно повернув голову к проходу в комнату, крикнула: «Сергей, иди сюда, к тебе пришли!». Мужик ретировался.

Второй подобный случай был через несколько лет, когда мама возвращалась с работы поздно ночью. Когда до дома было метров сто, она заметила, что за ней по пятам идёт человек в фуфайке, сутулый, небритый (видимо, «откинувшийся» с зоны заключенный). Она прибавила шаг — мужик побежал за ней. И вот тут ей крупно повезло. Обычно она долго стучала в дверь, прежде чем будила шумом мужа, но в эту ночь и именно в этот момент он не спал, так как мой брат, которому тогда было совсем мало лет, захотел в туалет. Когда мама заходила в дом — мужик уже был метрах в двадцати во дворе дома, но когда увидел, что дверь открывается, то ушёл.

Третий случай, опять же связанный с ней, случился в Москве, где она жила у родственников. Как-то летом в течении где-то недели в их квартире витал лёгкий сладковатый запах, постепенно начавший трансформироваться в дикую трупную вонь. Запах шёл снизу, и домашние, собственно, отзвонились в милицию, которая мигом вынесла дверь. По словам мамы, картина мёртвой и полуразложившейся бабульки, лежавшей на диване, повергла не видавших виды понятых и того, кто там вообще был не из органов, в лютый блевотный шок. Дальше подробностей про изъеденные червями глаза я уже не заходил. Запах выветривался где-то полмесяца.

Лет пять назад у меня повесился лучший друг и несколько раз потом снился мне, рассказывая, что не хотел умирать, что звонил девчонке своей, при этом угощал меня едой (вкус явственно чувствовался во сне — такого больше не было никогда, до сих пор помню вкус тех охотничьих колбасок). К сожалению, подтвердить или опровергнуть его информацию я не могу.
♦ одобрил friday13
24 ноября 2013 г.
Одна женщина заснула на пляже, и крошечная уховёртка заползла ей в ухо. Через несколько дней женщина пришла к врачу с ужасной болью в ухе. Осмотрев её ухо, доктор сказал:

— Я ничего не вижу, вам нужно сделать рентген.

После того, как доктор получил снимки, он пригласил её вместе с мужем к себе в кабинет.

— Прежде всего, я хочу, чтобы вы сохраняли спокойствие. Уховёртка забралась вам в ушной канал слишком глубоко. Мы не можем добраться до неё, не повредив мозг. Единственное, что нам остаётся, это ждать, пока она сама не выберется наружу. А пока я пропишу вам сильное обезболивающее.

Примерно через неделю уховертка вылезла из уха женщины.

— Теперь нужно сделать ещё один рентген, чтобы убедиться, что всё в порядке, — сказал доктор, когда женщина вновь пришла к нему и показала мёртвое насекомое.

Когда женщина с мужем зашли в кабинет доктора, чтобы узнать, что показал рентген, то они нашли его крайне подавленным.

— Боюсь, у меня плохие новости, — сказал доктор. — Я осмотрел уховертку, которую вы мне приносили, и снимок рентгена...

Он сделал глубокий вдох.

— Это была самка. Должно быть, она была беременна, когда залезла вам в ухо. Она отложила яйца в вашем черепе. Когда из яиц вылупятся молодые уховертки, они сожрут ваш мозг.
♦ одобрил friday13
Автор: Мартин Уоддел

Деннис упокоился среди большого числа своих родственников, но не сознавал их присутствия, так как в склепе было темно, темнее, чем в гробу. Он был жив, а они — мертвы. Лишь местонахождение — вот что было общего между ними.

Это было ужасающе затруднительное положение, но Деннис еще не в полной мере пришел в себя, чтобы осознать это. Если он о чем и грезил сейчас в состоянии легкой комы, так это о великолепном ужине, которым он наслаждался в Олд Лодж Ин восточнее Брайдинга, и длительной прогулке по низинам Аферхилла; чудесной прогулке по осенней природе. На этой высокой ноте его жизнь, по-видимому, оборвалась. И теперь он лежал в темном сыром склепе с особым тошнотворным запахом, причиной которого было начавшееся разложение трупа его бабушки, похороненной им же неделю назад.

Деннис, очевидно, умер спокойно, во сне. На его лице не было и следа той распущенной жизни, которую он вел постоянно. Напротив, на нем запечатлелось выражение набожной, благочестивой чистоты, которая так ему не соответствовала, но которая украшала его тетю, последнюю представительницу их угасающего рода. И совсем не забавно узнать — в свете того, что впоследствии случилось с Деннисом, — что его отец и дед ушли на тот свет точно так же: неожиданно, после хорошего ужина. Его брат Уильям, однако (возможно, к счастью), умер на действительной военной службе, оплакиваемый чужим человеком, вынужденным по долгу службы заниматься его похоронами. Уильям, стало быть, был счастливчиком.

Никто, кроме тети, не был озабочен его кончиной, а она, правду сказать, осталась довольна. Бабушка, внук и тетя длительное время жили в Аферхилле в злобе и обиде друг на друга. Смерть бабушки, а затем и внука, доставила незамужней леди большое удовольствие; хотя мы должны предположить, что она даже не могла представить себе ни на минуту, что когда Денниса опускали в могилу его предков, он, накрытый крышкой гроба, слегка дышал. Так как болезнь эта была наследственной, умершего не трогали добрых четыре дня, давая возможность прийти в себя, и этот промежуток времени сам по себе казался до сих пор вполне достаточным — он гарантировал, что вокруг не будет ни души, чтобы ответить на безумный стук, доносящийся из гроба.

С Деннисом пришлось все изменить. Если бы он был добрым и внимательным к своим старшим родственникам, он бы оставил этот мир так же, как и другие члены его фамилии; достаточно плохо. Так как именно он… ну, что ж, он получил то, что заслужил.

Утром на четвертый день, то есть день спустя после погребения в склепе у Аферхилльской церкви, Деннис открыл глаза в белый атласный мир. Мир этот был узким, чрезвычайно неудобным; его руки на груди были пришиты к пиджаку тщательно скрытыми стежками. Через несколько часов он, в конце концов, нашел в себе силы, чтобы попытаться двигаться, но тщетно, слишком тесно ему было. Это, однако, было его собственной виной, так как он совершенно случайно закончил свой жизненный путь в гробу, приготовленном для тети, которая теперь пережила его. В связи с его скоропостижной кончиной она считала своим долгом уступить гроб, ведь он в нем, несомненно, больше нуждался.

Однажды Деннис, разозлившись в очередной раз, сколотил ящики для тети и бабушки; жест, который стал предметом жестоких колкостей в семье, так как обе леди считали это знаком того, что он желает от них побыстрее избавиться, что соответствовало действительности. Оставшаяся в живых тетя была только счастлива видеть, как ее противного племянника впихивали в гроб, специально для нее сделанный. Правда, он был для него маловат, это, конечно, было не слишком хорошо. Но его очень быстро уложили в гроб. Будучи скрупулезной немолодой женщиной, она слегка связала его ноги, пока не наступило трупное окоченение… или то, что называлось трупным окоченением на языке медиков; с точки зрения Денниса, неудачное притворство. Если бы его колени не были так неопытно связаны тетей, гроб без труда бы открылся, так как крышка была не слишком плотно прикрыта, пропуская внутрь воздух — сырой, затхлый, отдающий плесенью, мертвый воздух, усиленный запахом начавшегося разложения останков бабушки. Воздух просачивался в щель между крышкой и гробом, которые, как уже было сказано, не очень плотно прилегали друг к другу. Это не дало ему задохнуться, что вполне могло случиться с его отцом и дедом; по крайней мере, надо милостиво на это надеяться.

Он пытался надавить на обтянутую атласом крышку, которая прижимала его, еще раз и еще раз, со всей силой, которую он только мог собрать. Он колотил, кричал, но только мертвая бабушка могла услышать его… по крайней мере, она была единственным человеком из окружающих его, у которых еще не сгнила барабанная перепонка — остальные, бедняги, уже давно прошли эту стадию. Не то чтобы бабушкины несгнившие уши могли как-то ей пригодиться или пригодиться Деннису, хотя слух у нее был утонченным, как будет доказано далее.

Но все было тщетно. Чувства, испытываемые им, сменяли друг друга: от страха — к отчаянию, от отчаяния — к изнеможению. Когда он проснулся в очередной раз, ему не стало лучше; атлас все так же прижимался к его щеке… его розовой щеке. Он неподвижно лежал в гробовой тишине, слишком хорошо понимая, что те небольшие силы, которые у него оставались, быстро убывали, что ощущение сосущего голода притаилось где-то внутри страха, голода, который можно было сравнить только со все усиливающейся жаждой.

Ему надо было выбраться из тетиного гроба во что бы то ни стало.

А такие возможности у Денниса еще были. Он хорошо знал секреты тетиного гроба. Один из них заключался в том, что сделан он был не из самого лучшего дерева, как могло показаться. Изготовление гробов всегда было не самым приятным занятием рода человеческого, но он никогда всерьез и не намеревался роскошно хоронить и ту, и другую леди. Он купил дорогостоящий лак для дерева, а не само дорогое дерево. Гроб этот, как и вообще гробы, был весьма непрочным.

Он спокойно обдумал этот аспект проблемы или, по крайней мере, настолько спокойно, насколько можно было ожидать, принимая в расчет те жестокие обстоятельства, в которых он поневоле оказался. Он очень хорошо знал склеп, тщательно осмотрев его по случаю погребения бабушки. Склеп был продолговатой формы; гробы в нем лежали на полках ровными рядами, по три на каждой. Он знал, где должен быть расположен его гроб: прямо над гробом великого дядюшки Мортимера, умершего лет восемьдесят назад, и он понял, что если бы смог надавить каким-то образом на крошащийся, разваливающийся гроб дядюшки Мортимера всем тем весом, который на него поместили, то оба гроба могут вместе упасть на каменный пол склепа, и тот, в котором он сам лежит, непременно сломается.

Чтобы совершить этот — нельзя сказать, что ничтожный — подвиг, ему было необходимо попытаться подтолкнуть гроб изнутри, что оказалось делом чрезвычайно сложным. Если бы гроб не был настолько легким и так халтурно сделанным, едва ли бы ему удалось справиться с этой задачей. Но он с ней справился. Гроб, стоящий сверху дядюшкиного, начал раскачиваться. Мортимер, который мучительно отошел в мир иной во сне, неожиданно, после хорошего ужина, и его старый гнилой ящик постепенно начали поддаваться. Наконец Деннис почувствовал, что его гроб слегка накренился, и удвоил свои усилия. Потом он услышал хруст — это его гроб навалился на бедренную кость Мортимера. Удар, еще удар и еще один удар, и гроб Денниса начал скользить вниз. Он падал и в следующий момент с дребезгом грохнулся на каменный пол склепа. Деннис потерял сознание.

Придя в себя, он ощутил, что на грудь ему навалилось нечто серое и пыльное, в истлевшем саване, напоминающее мумию. Иссохшее, потемневшее от времени лицо с отвратительной ухмылкой прислонислось к его щеке, и рядом с его губами оказались сморщенные губы и полуоткрытые челюсти. На него смотрели глаза, похожие на пожелтевшие горошины, лежащие глубоко в глазных впадинах. Все, что было в падающих гробах, перемешалось: рядом с Деннисом лежало то, что когда-то было великим Мортимером.

Ну, это не столь важно… главное, он выбрался из гроба. Сквозь щели двери, ведущей в склеп, проникал слабый свет, и в его отблеске Деннис увидел гробы, лежащие вокруг ровными рядами. Сквозь разваливающееся дерево проглядывали белые кости, полуистлевшая ткань… или кожа.

Он прислонил пропыленные и разложившиеся останки Мортимера к своему разбитому гробу, очистил, как мог, свои волосы и глаза от трупной пыли и утешился тем, что самое худшее позади, и теперь надо выбраться из склепа.

Проблема, с которой он столкнулся, имела под собой основания. Странная наследственная болезнь, которую он только теперь начал постигать, уносящая жизни одну за другой неожиданно, после хорошего ужина… Эта странная скоротечная болезнь, пережитая, по крайней мере, одним, который здорово за это настрадался. К счастью, Деннис сосредоточился теперь на том, чтобы найти цепь, ведущую из-под земли наверх, на кладбище, к похоронному колоколу, сохраненному здесь на случай, чтобы погребенные в склепе заживо могли из него выбраться.

Там, наверху, в мире, который покинул Деннис, был холодный неспокойный день. Над кладбищем бушевал ветер, переплетая и пригибая к земле ветви лиственниц, нависающие над кладбищенской стеной; мелкий осенний дождь монотонно стучал по церковной крыше. Вечер снес несколько листов шифера, и они с грохотом упали на вымощенную дорожку. Но отошедшие в мир иной этого не видели — они были укрыты и от дождя и от холода.

К пяти часам поднялся ураган, ветер со свистом проносился над мысом; в разные стороны разлетались брызги от морских волн, бьющихся о пирс у основания церкви. В темноте своего склепа бедняга Деннис ни о чем этом не знал. Несчастный Деннис наощупь в темноте искал цепь колокола. Руки его скользили по мокрым гробам, копошились в прахе давно умерших родственников, он спотыкался, застревая ногами в их грудных клетках, когда гроб за гробом падал на пол под тяжестью его веса. Но сырость на стенах склепа даже по-своему устраивала его. Он промокал ее своим саваном, а потом подносил к губам, пытаясь тем самым утолить жестокую жажду. Это помогало ему, но не могло ослабить нарастающее чувство голода.

Он заставил себя забыть обо всем, кроме цепи, и в конце концов поиски увенчались успехом. Силы почти оставили его, но он ухватился за нее и начал раскачивать.

Там, наверху, колокольный звон был едва различим среди вспышек молнии и раскатов грома, отдаленного рокота морского прибоя и убаюкивающего постукивания дождевых капель. Колокол звонил и звонил, но звук его терялся в шуме и грохоте стихии. И люди улеглись в постели, не потревоженные печальным звоном, ни на миг не представляя себе, как Деннис раскачивает цепь, повиснув на ее конце, упираясь коленями в мертвого племянника.

Позже — должно быть, это было намного позже — он проснулся, чтобы обнаружить, что грудная клетка племянника развалилась, и сломанные кости упирались ему в бедра. И некому было утешить его, снаружи не доносилось ни звука; его окружали покой и тишина.

От колокола толку было мало. Надо было придумать что-то другое. Ему необходимо было выбраться отсюда. А что, если попробовать сдвинуть какой-нибудь камень?.. Но для этого нужны инструменты…

Из третьего гроба, который он вскрыл, он достал то, что искал — не сгнившую еще бедренную кость. Он оторвал ее от скелета и начал долбить ею раствор, соединяющий камни… но тщетно.

Силы почти покинули его. Отчаянное желание есть в конце концов овладело им теперь, когда последняя надежда спастись ускользнула. Сначала он пожевал мокрый конец своего савана, но это не помогло. Ему нужна была пища, если он намеревался остаться в живых. Он поднял одну из костей Мортимера, казавшуюся неповрежденной, и попробовал грызть ее, но она раскрошилась. Он попытался поесть мох с сырого пола, соскребая его ногтями… но этого было мало, совсем мало. Сейчас все желания казались ничтожными, кроме одного — поесть.

И теперь, только теперь, он вспомнил о своей бабушке.

Шторм утих, когда колокол начал звонить опять, и на сей раз он был услышан, но вызвал чувство большого раздражения у тех, до которых донеслись его звуки. В конце концов, было два часа утра, хотя Деннис об этом не знал. Впрочем, ему это было бы безразлично, даже если бы он и знал. Колокол звонил громко, наполняемый силой и решительностью отчаявшегося человека, умоляющего спасти его жизнь.

Церковный староста, приходской священник, затем полицейский — один за другим взобрались по холму на кладбище и увидели колокол и раскачивающуюся цепь.

Они предположили, что виной всему шторм. Подземный поток, сказал полицейский совсем неубедительно. Надо спуститься вниз и проверить. Эта мысль никому не пришлась по душе. Уже было за полночь, и вряд ли нашлось много охотников разгуливать по кладбищу в этот час.

Приходской священник, человек практического склада ума, предлагал убрать язык колокола и разойтись по домам; но полицейский находился при исполнении служебных обязанностей и настаивал на своем. При сложившихся обстоятельствах им пришлось поднять с постели тетю Денниса, что она сделала весьма неохотно. Они взяли факелы и дубинки и отправились в путь.

Вид у процессии был весьма серьезный, когда они прошли через старые дубовые двери и стали спускаться вниз по сырым ступеням, ведущим к склепу, — месту малоприятному, посещаемому в печальные дни, месту, где покоилась местная знать. Они миновали проход, выложенный каменными плитами, и наконец остановились у большой стальной двери.

То, что последовало затем, было неприятно для всех, кроме Денниса. Дверь распахнулась настежь, когда они сняли с нее засов, и Деннис, спотыкаясь, вышел наружу в рваном измятом саване, со сломанными от соскребывания мха ногтями. Речь его, особенно когда он обратился к тете, была весьма далека от светской.

В большом смятении повели они его наверх и уложили в церкви на скамье со спинкой, подложив под голову подушки и послав церковного старосту за местным доктором.

Тетя была первой, кто обратил внимание на то, что Деннис крепко сжимает в руке кость, с которой клочьями свисала мягкая плоть, а к изодранному савану прилипли сухожилия.

А могильщику в склепе пришлось вновь собирать все, что осталось от еще свежего трупа, раскладывая по местам изжеванные куски мяса.

Они решили никому об этом не рассказывать, даже тетя согласилась на это. Деннису, которому никогда не нравилась бабушка, пришлось признаться всем без исключения, что он многим обязан старой леди. Больше он никогда не скажет о ней плохого слова.

В конце концов, самым чудесным образом его вернули к жизни. Неожиданно, после хорошего ужина.
♦ одобрил friday13